Глава 3.

Максим.

— Ты опоздала на три минуты.

Я сказал это спокойно, не отрывая взгляда от меню, хотя заметил её сразу, как только она вошла в ресторан.

Анастасия остановилась возле стола, будто решая, садиться или развернуться и уйти. На секунду мне показалось, что она действительно это сделает.

Но она подошла.

— Добрый вечер, — тихо сказала она.

— Добрый, — ответил я и на секунду задержал на ней взгляд. — И давай сразу договоримся об одном.

Она вопросительно подняла брови.

— Здесь нет начальника и подчинённой. Это не рабочая встреча.

Она чуть напряглась, будто ожидая продолжения.

— Нам придётся изображать пару, — спокойно сказал я. — Людей, у которых есть близость, личное пространство и доверие. В этом формате «вы» звучит как дистанция, которую окружающие быстро заметят.

Она молчала несколько секунд, обдумывая.

— Ты предлагаешь перейти на «ты»?

— Я предлагаю начать привыкать к роли уже сейчас.

Она медленно выдохнула и кивнула.

— Хорошо… Максим.

Я едва заметно улыбнулся.

— Вот и отлично, Настя. Тогда начнём.

Она села напротив, осторожно положив сумку на соседний стул. Пальцы выдали её напряжение — она сжала ремешок так, будто это был единственный якорь в реальности.

Официант появился мгновенно.

Я заказал ужин, не спрашивая её мнения. Привычка. Контроль. Скорость.

Когда официант ушёл, между нами повисла тишина.

Не неловкая.

Скорее настороженная.

Она первой нарушила её.

— Я прочитала контракт.

— Я ждал.

— Там всё слишком продумано.

Я поднял взгляд.

— Это проблема?

Она слегка качнула головой.

— Это пугает.

Честно.

Редко кто говорил со мной настолько прямо.

— Тогда давай упростим, — сказал я. — Сегодня без юридических формулировок.

Она удивилась.

— Правда?

— Правда.

Я отложил меню.

— Мы заключаем фиктивный брак сроком на один год. Публичные мероприятия — вместе. Совместное проживание — формально. Давление на тебя со стороны моей семьи беру на себя. Твоя личная жизнь — свободна, если это не разрушает образ пары.

Она внимательно слушала, не перебивая.

— И самое важное, — продолжил я, — ты можешь выйти из соглашения в любой момент.

Она медленно выдохнула.

— Это не было прописано в контракте.

— Потому что это моё устное условие.

Она нахмурилась.

— Устные условия в твоём мире не работают.

Я едва заметно улыбнулся.

— Для всех — нет. Для тебя — да.

Она отвела взгляд.

Слишком быстро.

Я сделал вывод: она не привыкла к личным уступкам.

— Почему именно я? — спросила она.

Я ожидал этот вопрос.

— Потому что ты не заинтересована во мне.

Она растерялась.

— Это звучит странно.

— Это звучит безопасно.

Она склонила голову.

— И ты уверен?

— Да.

Она тихо усмехнулась.

— Самоуверенно.

— Практично.

Официант принёс воду, и пауза дала ей возможность собраться.

Она сделала глоток.

— Хорошо. Тогда мои вопросы.

— Слушаю.

— Совместное проживание обязательно?

— Да. Это условие наследства.

Она кивнула.

— Отдельные комнаты?

— Разумеется.

Она заметно расслабилась.

— Публичные поцелуи?

— По необходимости.

Она чуть покраснела, но не отвела взгляд.

— И кто определяет необходимость?

— Я.

Она прищурилась.

— Тогда добавим правило. Без неожиданностей.

Интересно.

Она не боялась спорить.

— Согласен, — сказал я.

Она на секунду замолчала, собираясь с мыслями.

— Моя семья не должна пострадать от этого.

— Не пострадает.

— Никаких манипуляций из долгами.

— Я закрываю их без условий.

Она замерла.

— Это тоже не было прописано.

— Это личное решение.

Она долго смотрела на меня, будто пыталась понять, где подвох.

— Почему?

— Потому что ты не должна чувствовать себя купленной.

Она резко отвела взгляд.

Попал.

Её голос стал тише.

— Спасибо.

Официант принёс блюда, и разговор прервался. Мы ели несколько минут в молчании, но оно уже было другим.

Менее напряжённым.

Она снова заговорила первой.

— Мои условия.

Я отложил приборы.

— Говори.

— Никакого контроля моей работы.

— В рамках безопасности — допустим.

— Никакого вмешательства к моим друзьям.

— Если они не угрожают репутации.

Она нахмурилась.

— Ты всё равно оставляешь лазейки.

— Я бизнесмен.

Она вздохнула.

— Ладно. Тогда главное условие.

Она посмотрела прямо на меня.

— Если это начнёт разрушать меня — мы прекращаем.

Чётко.

Без истерики.

Без просьбы.

Просто граница.

Я кивнул.

— Принято.

Она медленно расслабила плечи, будто только сейчас позволила себе дышать.

— Тогда сроки, — сказала она.

— Один год.

— Без продления?

— Только по взаимному желанию.

Она задумалась.

— И помолвка?

— В течение недели.

Она чуть не уронила вилку.

— Недели?

— Пресса уже готова к новости.

Она нервно усмехнулась.

— Конечно. В твоём мире всё готово заранее.

— Это облегчает жизнь.

— Или делает её постановкой.

Я внимательно посмотрел на неё.

— Тебя это пугает?

— Меня пугает, что я могу привыкнуть.

Этот ответ оказался неожиданным.

И слишком честным.

Я сделал глоток воды, чтобы скрыть реакцию.

— Ты не привыкнешь, — сказал я.

Она тихо усмехнулась.

— Люди привыкают ко всему.

Пауза затянулась.

Я достал папку с контрактом и положил на стол.

— Тогда перейдём к формальностям.

Она посмотрела на документ так, будто он весил больше, чем на самом деле.

— Можно ещё один вопрос?

— Конечно.

— Ты уверен, что сможешь играть мужа?

Я поднял бровь.

— Ты сомневаешься?

— Ты слишком холодный.

Честно.

Опять.

— Это не мешает роли.

— Иногда мешает убедительности.

Я наклонился ближе.

— Поверь, убедительность — не проблема.

Она замерла.

Слишком близко.

Слишком личное пространство.

Она первой отстранилась.

— Хорошо, — тихо сказала она. — Тогда подписываем.

Я открыл папку и взял ручку.

Она наблюдала за каждым движением.

— Ты даже не перечитаешь? — спросила она.

— Я его писал.

— Всё равно.

— Я доверяю своим решениям.

Она внимательно смотрела, как я ставлю подпись.

Момент оказался странно тихим.

Будто что-то необратимое уже произошло.

Я подвинул контракт к ней.

— Теперь ты.

Она взяла ручку, но не сразу подписала.

Пальцы слегка дрожали.

— Поздно передумать? — спросила она.

— Всегда можно передумать.

Она посмотрела на меня.

— Но ты всё равно найдёшь другой выход.

— Найду.

Она глубоко вдохнула.

И подписала.

Ручка коснулась бумаги, и в этот момент в её взгляде мелькнуло не страх.

Решимость.

Она закрыла папку.

— Значит, всё.

— Почти.

Она напряглась.

— Что ещё?

— Помолвка.

Она нервно рассмеялась.

— Ты не шутишь.

— Нет.

— И как это происходит?

— Я дарю тебе кольцо. Ты говоришь «да». Пресса делает остальное.

Она покачала головой.

— Это звучит безумно.

— Это звучит эффективно.

Она молчала несколько секунд.

— Когда?

— Через три дня.

Она снова удивилась.

— Ты всё уже решил.

— Я планировал.

Она тихо вздохнула.

— Тогда у меня последнее условие.

— Слушаю.

— Если мы играем пару — ты не можешь быть полностью холодным.

Интересно.

— Уточни.

— Люди не поверят. И я тоже.

Её голос стал мягче.

— Мне не нужна нежность. Но нужна… реальность.

Я несколько секунд молчал.

Это условие было сложнее любых юридических пунктов.

— Я постараюсь, — сказал я.

Она внимательно посмотрела на меня.

— Не «постараюсь». Либо да, либо нет.

Я выдержал её взгляд.

— Да.

Она медленно кивнула.

Напряжение немного отступило.

Официант принёс десерт, но мы почти не обратили на него внимания.

Она вдруг улыбнулась.

Впервые за вечер.

— Знаешь, это самый странный ужин в моей жизни.

— В моей тоже.

Она удивилась.

— Правда?

— Обычно люди соглашаются быстрее.

Она усмехнулась.

— Мне нужно было напугаться.

— Получилось?

Она посмотрела прямо на меня.

— Ещё как.

Я позволил себе едва заметную улыбку.

Мы доели в молчании, которое уже не давило.

Когда я оплатил счёт, она снова стала серьёзной.

— Что дальше?

— Я отвезу тебя домой.

— Водитель?

— Сегодня я сам.

Она растерялась.

— Это обязательно?

— Это удобно.

Она поднялась из-за стола.

— Хорошо.

Мы вышли из ресторана, и холодный вечерний воздух резко вернул ощущение реальности.

Она остановилась рядом со мной.

— Максим.

Я посмотрел на неё.

— Да?

Она секунду колебалась.

— Спасибо, что не давишь.

Я открыл для неё дверь машины.

— Это ещё не началось.

Она села, но перед тем как закрыть дверь, тихо сказала:

— Тогда мне немного страшно представить, что будет, когда начнётся.