Глава 5

Лиза

Мои девочки переодевались молча, избегая моих глаз. После вчерашнего провала на яхте и сегодняшней изматывающей тренировки настроение было на нуле. Я сама его и создала, выжимая из них все соки, пытаясь загнать куда подальше собственное раздражение и навязчивые мысли о Дронове. И тут дверь распахнулась, и в раздевалку ворвалась Катя. Не вошла - именно ворвалась, с лицом, сияющим как новогодняя елка, и глазами, круглыми от переизбытка счастья.

- Девочки! - выдохнула она, задыхаясь, будто пробежала стометровку. - У меня новость! Новость всей нашей жизни!

Все замерли, застигнутые врасплох ее энергией. Я медленно застегивала джинсы, скептически подняв бровь.

- Кать, если ты сейчас скажешь, что Дронов лично пригласил нас всех на частный остров, я тебя придушу своим помпоном.

- Еще лучше! - выпалила она, не обращая внимания на мой сарказм. Она вскочила на скамейку, как на трибуну. - Внимание! В эту пятницу - благотворительный прием фонда Дронова! И знаете, кто будет там выступать с открывающим номером? - она сделала драматическую паузу, оглядывая нашу ошарашенную публику. Ее взгляд сиял триумфом. - Мы!

В раздевалке повисла мертвая тишина. Потом ее разорвал нестройный визг. Девочки бросились к Кате, засыпая ее вопросами, обнимая, тряся за плечи.

- Ты серьезно?!

-Прием Дроновых? Это же…

-Нас увидят все! Все СМИ!

-Катя, ты гений!

Я стояла как вкопанная, чувствуя, как леденеет кровь в жилах. Это не могло быть правдой. Это была какая-то шутка. Дурной вкус.

- Стойте! - крикнула я, и мой голос, резкий и холодный, прорезал всеобщее ликование. Все замолкли, обернувшись ко мне. - Катя. Откуда эта информация? Кто тебе это сказал?

Катя спрыгнула со скамейки, ее лицо все еще пылало.

-Сам Артем! Звонил мне вчера поздно вечером! Лично! Говорит, мы так его впечатлили вчера на тренировке, что он поговорил с отцом и организаторами! Это же огромный шанс для нас, Лиза! Представь - нас увидят спонсоры, ректорат! Это ж можно будет просить увеличение финансирования, новые костюмы! И гонорар будет! И благодарственное письмо от фонда для наших портфолио!

Каждое ее слово было как удар хлыста. «Сам Артем». «Звонил поздно вечером». «Лично». Он обошел меня. Сделал вид, что я не существую, и пошел на слабое звено. На Катю, которая готова была продать душу за его внимание. Он знал, что она не сможет отказаться. И знал, что она проигнорирует любые мои возражения, ослепленная блеском «вечера всей жизни».

- Нет, - сказала я тихо, но так, что было слышно каждое слово.

Веселье в раздевалке мгновенно утихло. Все смотрели на меня с недоумением и растущим разочарованием.

- Что… «нет»? - не поняла Катя, ее улыбка медленно сползала с лица.

- Я сказала, нет. Мы не идем. Это ловушка.

- Какая еще ловушка? - взорвалась Катя. - Это шанс! Единственный и неповторимый! Ты что, с ума сошла от своих тренировок? Ты хочешь лишить нас этого?

- Он использует тебя! Использует нас! - голос мой сорвался, я не могла сдержать ярости. - Ему плевать на нашу команду! Ему нужно только одно - поставить меня на место! Унизить! Заставить танцевать под свою дудку! И вы все готовы плясать, лишь бы он на вас посмотрел!

- О боже, Лиза! - Катя закатила глаза с таким драматизмом, будто играла в мыльной опере. - Хватит уже везде видеть его козни! Может, он просто наконец увидел, какие мы крутые? Может, ему правда понравилось наше выступление? Ты всегда все усложняешь!

- Он не звонил тебе, чтобы сказать, какие мы крутые! - я уже почти кричала. - Он звонил, потому что я его заблокировала, и ему нужно было найти способ добраться до меня! И он нашел! Через вас! Он играет с вами, как кошка с мышками!

- А может, это ты с нами играешь? - вклинилась тихая Света. Все взгляды переключились на нее. - Ты наша капитан. Ты должна думать о нашей выгоде. О наших стипендиях. А ты думаешь только о своей войне с Дроновым. Может, тебе просто не нравится, что он обратился не к тебе?

Ее слова попали точно в цель. Была в этом какая-то горькая правда. Да, мне было неприятно, что он проигнорировал меня. Что сделал вид, будто мое мнение не имеет значения. Это било по моему самолюбию капитана.

- Это не война, - попыталась я взять себя в руки, но голос дрожал. - Это… принципы. Мы не будем участвовать в этом цирке. Я не позволю ему покупать нас.

- Он не покупает! Он предлагает работу! - настаивала Катя. - Платную! Почетную! Лиза, если мы откажемся, мы будем полными идиотками! Нас все осудят! Ректорат будет в ярости! Нас могут вообще лишить финансирования за срыв такого контракта!

Она была права. Черт возьми, она была права. Это была не просто прихоть. Это был официальный запрос. Отказ мог иметь реальные последствия. Для всех.

Я посмотрела на их лица - на Катю, пылающую праведным гневом, на Свету, смотрящую на меня с упреком, на остальных, в глазах которых читалась жадность, мечта и страх все потерять. Я была в ловушке. В идеально расставленной ловушке. Он загнал меня в угол. Если я откажусь - я стану тираном, который губит будущее своей же команды из-за личной неприязни. Если я соглашусь - я проиграю. Я пойду у него на поводу. Окажусь на его территории, обязанная ему. Жестокая, блестящая игра. Я закрыла глаза, чувствуя, как подкашиваются ноги. Я ненавидела его в этот момент лютой, слепой ненавистью.

- Ладно, - выдохнула я, и в раздевалке повисло напряженное ожидание. - Ладно. Мы идем.

Раздался вздох облегчения, кто-то захлопал в ладоши.

- Но! - я перекрыла начинающийся гвалт. - Мы делаем это по-моему. Мы берем наш самый техничный, самый сложный номер. Тот, что мы готовили на региональные. Без всяких ужимок и подмигиваний публике. Мы едем туда не как украшение их вечеринки, а как профессионалы. Мы работаем, получаем свои деньги и письмо, и уезжаем. Никакого флирта, никакого общения с ними. Понятно?

Хор не очень уверенных «понятно» был мне ответом. Они уже видели себя в платьях и с коктейлями в руках после выступления.

- Катя, - я повернулась к ней. - Ты ведешь переговоры. Ты получила предложение - ты и общаешься с организаторами. По всем официальным каналам. Я не хочу ни слухом ни духом слышать о Дронове. Только договор и техническое задание. Ясно?

Катя кивнула, сияя. Она добилась своего. Она была связующей ниточкой с богом.

- Ясно! Я все улажу!

Я молча кивнула, собрала свои вещи и вышла из раздевалки. Мне нужно было побыть одной. Мне нужно было выть от бессилия.

Он победил. Он меня переиграл. Он использовал мою же команду, мою преданность ей, как оружие против меня. Я шла по пустому коридору, и в голове проносились картины пятницы. Его торжествующая ухмылка. Его взгляд, полный собственнического удовлетворения. Он будет смотреть на меня, как на пойманную птицу, которая бьется о прутья клетки.

И самое ужасное - где-то в глубине души, под всей этой яростью и ненавистью, шевелилось что-то еще. Что-то опасное и запретное. Щемящее ожидание. Предвкушение того, что я увижу его не в спортивных штанах, а в дорогом костюме. Услышу его голос, обращенный ко мне не с насмешкой, а с… с чем? С чем он подойдет на этот раз? Я тряхнула головой, пытаясь отогнать эти предательские мысли.

Я дойду до конца. Я отработаю свой номер с идеальной, ледяной улыбкой. Я возьму их деньги. И я уйду, не оглянувшись, не дав ему ни единого шанса. Он думает, что я сломлена? Пусть думает. Война только началась. И я еще покажу ему, кто здесь королева.