Глава 3

Лиза

Вечер должен был быть идеальным. Так я и планировала. Уютная пиццерия с Катей и парой девчонок из команды, где можно наконец-то расслабиться, говорить о своем, жаловаться на мозоли и заученные до дыр движения, смеяться над глупостями. Никаких мажоров, никакой показухи, никакого Дронова. План рухнул в момент, когда его черный внедорожник исчез за поворотом, увозя его королевскую особу и его придворных шутов. Воздух снова стал нашим, но его ядовитый след остался. Мои девочки не говорили ни о чем другом.

- Ты просто не представляешь, Лиза! Он такой… прямой! - вздыхала Машка, размазывая сыр моцареллу по тарелке. Ее глаза блестели как два золотых кругляша. - Пригласил лично! На яхту! Это же уровень!

- Уровень истерички, да, - буркнула я, отламывая кусок от своей «Четыре сыра». Аппетит напрочь пропал. - Маш, он пригласил не тебя лично. Он бросил клич в толпу, как кидают кость собаке. И вы все дружно побежали, виляя хвостами.

За столом повисла неловкая пауза. Катя под столом пнула меня ногой.

- Ну, Лиза… - начала она, но я ее перебила.

- Что «ну»? Он же даже не запомнил твое имя! «Девочки», «красавицы»… Это унизительно.

- Но он запомнил твое, - тихо, но очень четко сказала Света, самая тихая из нашей команды. Она смотрела на меня не с упреком, а с каким-то странным любопытством. - Он обращался только к тебе. По фамилии. Вы как будто в своем собственном мире там стояли.

По спине пробежали противные мурашки. Она заметила. Все заметили этот дурацкий, наэлектризованный пузырь, который возник между нами на тротуаре. Этот взгляд. Этот тихий, опасный шепот.

- Он обращался ко мне, потому что я единственная, кто не падает в обморок от его внимания, - отрезала я, отпивая глоток колы. Она была теплой и противно сладкой. - Для него это вызов. Как новая игрушка, которая не хочет заводиться. Как только он добьется своего, интерес пропадет. И вы все это знаете.

- А может, он просто наконец встретил девушку, которая заставляет его попотеть? - не унималась Машка. - Это же романтично! Как в фильмах! Принц и строптивица!

Я фыркнула так, что чуть не поперхнулась.

- Принц? Маш, он не принц. Он испорченный, избалованный ребенок в теле взрослого мужчины, который покупает все, что захочет. И я не намерена становиться очередной его покупкой. Точка.

Я сказала это резко, почти зло. Чтобы убедить их. Чтобы убедить в первую очередь себя. Потому что внутри все еще колотилось и горело от того взгляда. От того, как он подошел близко. От запаха его дорогого парфюма, смешанного с потом. Чтобы заглушить это, я полезла в карман за телефоном. И тут же пожалела. Экран светился уведомлением о новом сообщении. В мессенджере. От него.

«Признайся. Ты специально злишь меня, чтобы я на тебя обратил внимание. Получилось. Довольна?».

Кровь ударила в голову. Я чуть не выронила трубку. Наглость этого человека не знала границ! Он что, действительно считал, что весь мир крутится вокруг его персоны? Что каждая моя насмешка - это крик о его внимании?

Пальцы сами собой задрожали от ярости. Я быстро пробила ответ, едва попадая по клавишам.

«Дронов, единственное, чего я хочу от тебя, - это чтобы ты исчез из моего поля зрения. Идеально - навсегда. Рассчитываю на твое благоразумие».

Отправила. И сразу же положила телефон экраном вниз на стол, как раскаленный уголь. Сердце бешено колотилось. Глупо. Совершенно идиотски.

- Лиза, с тобой все ok? - Катя наклонилась ко мне, ее лицо выражало беспокойство. - Ты вся красная.

- Да ничего, - буркнула я, снова хватая стакан с колой. Рука дрожала. - Просто… вспомнила его наглую рожу. Нервы не выдерживают.

Телефон под столом завибрировал. Один раз. Коротко. Он ответил. Мне стало физически плохо. Что он мог еще написать? Какую гадость? Я не выдержала. Под предлогом того, что нужно в туалет, я схватила телефон и почти побежала вглубь заведения, оставив недоумевающих подруг. Укрывшись в кабинке, я прислонилась лбом к прохладной двери и открыла сообщение.

«Благоразумие - не моя сильная сторона. А вот настойчивость - да. Удачи в попытках меня не замечать. У тебя не получится.»

Я застонала. Тихо, от бессилия. Он не отстанет. Он воспринял это как игру.

Мне хотелось написать ему что-то длинное, язвительное, уничтожающее. Разнести его самомнение в пух и прах. Но слова не шли. В голове была каша из гнева, раздражения и… чего-то еще. Какого-то щемящего, опасного любопытства. Вместо этого я вышла из чата и заблокировала его номер. Детский поступок. Бесполезный - мы учимся в одном колледже, мы постоянно пересекаемся. Но это дало мне призрачное ощущение контроля. Я отрезала его от себя. Взяла тайм-аут. Сделав глубокий вдох, я вышла из туалета, пытаясь изобразить на лице невозмутимость.

Вечер был безнадежно испорчен. Я улыбалась шуткам, кивала, но сама не слышала, о чем говорю. Мысли были там, в телефоне, с его сообщениями, которые жгли карман.

Когда мы, наконец, распрощались и я пошла к остановке, тишина и одиночество навалились на меня всей своей тяжестью. Город шумел вокруг, мигали неоновые вывески, проносились машины. А я чувствовала себя как в аквариуме - отрезанной от всего этого шума и суеты, в полной тишине собственных мыслей.

Он был прав в одном. Не замечать его было невозможно. Он был слишком яркий, слишком громкий, слишком вездесущий. Он был как граната, брошенная в стоячее болото моей размеренной жизни.

Дома меня ждала рутина, которая обычно успокаивала: душ, маска для волос, планирование тренировок на завтра. Но сегодня ничто не помогало. Я ворочалась в кровати, а перед глазами стояло его самодовольное лицо. Его ухмылка. Его слова: «У тебя не получится».

Он думал, что может сломать меня? Своими деньгами, своей наглостью, своим статусом? Он думал, я такая же, как все эти куклы, которые готовы распластаться у его ног за пару ласковых взглядов?

Яростное, жгучее желание доказать ему, что он ошибается, заполнило меня изнутри. Да, он обратил на меня внимание. Но не так, как он думает. Не как на объект вожделения. А как на противника. Достойного противника. И я собиралась выиграть эту войну.

План созрел мгновенно, ясно и холодно. Я не буду убегать. Не буду прятаться и игнорировать. Это только разожжет его азарт. Я буду делать то, что делала всегда. Быть лучше. На тренировках, на учебе, везде. Я буду сиять так ярко, что его наглая ухмылка померкнет рядом со мной. Он будет смотреть на меня и понимать, что все его деньги, все его связи не могут купить то, что есть у меня - упорство, талант и настоящую, не купленную силу. С этим решением наконец пришло спокойствие.

Утро началось с дождя. Холодного, осеннего, назойливого. Он соответствовал моему настроению - собранному, решительному, без единой ноты легкомыслия.

Я пришла на тренировку первой, как обычно. Зал был пуст и тих, пахло чистящим средством и остывшим потом вчерашнего дня. Начала разминку одна, под мерный стук капель по стеклянной крыше. Каждое движение было выверенным, точным, наполненным новым смыслом. Я больше не просто отрабатывала программу. Я готовилась к битве. Постепенно подтянулись и остальные. Вид у них был помятый, некоторые прятали глаза. Яхта Белова, судя по всему, дала о себе знать.

- Ну как, девочки? - спросила я, не прекращая тянуть мышцу бедра. Голос прозвучал ровно, без упрека. - Понравилось царство мажоров?

Катя, бледная и с темными кругами под глазами, только мотнула головой.

-Было… громко. И много пафоса. И Дронов весь вечер просидел в углу с телефоном, хмурый, как туча. Испортил всем настроение.

Что-то внутри меня екнуло - маленькая, гадкая искорка удовлетворения. Значит, мой блокировщик сработал. Он не смог написать еще. Он сидел и злился. Отлично.

- Жаль, что испортил, - сказала я без тени сожаления. - Ну что, красотки, отрывались вчера, теперь отрабатываем. Вся программа, с начала до конца. И чтобы я видела огонь в глазах, а не похмелье. Понятно?

Они застонали, но застроились в шеренги. Они боялись меня больше, чем похмелья. Как раз то, что нужно.

Тренировка была жесткой, даже жестокой. Я выжимала из них все соки, не давая ни секунды на передышку. Я кричала, требовала, заставляла повторять снова и снова. Я сама работала на износ, пока мышцы не горели огнем, а в горле не пересыхало. Я должна была быть безупречной. И моя команда - тоже. И вот, когда мы уже заканчивали, дверь в зал снова открылась. На пороге стояла баскетбольная братва. Во главе с ним.

Он выглядел… иначе. Не помятым, как мои девочки, а собранным. Сосредоточенным. Его взгляд сразу нашел меня в зале, будто у него был встроенный радар. И в его глазах не было вчерашней насмешки. Был холодный интерес. Я сделала вид, что не заметила его, и скомандовала девчонкам на растяжку.

Он не пошел в раздевалку. Прислонился к стене и стал смотреть. Просто смотреть. На меня. Его ребята перешептывались, хихикали, но он не обращал на них внимания. Это было в тысячу раз хуже, чем его колкости. Эта тишина. Этот неотрывный, тяжелый взгляд. Он чувствовал мое решение. И принимал вызов.

Я чувствовала его взгляд на каждой клеточке своей кожи. Когда я наклонялась, когда поднимала руки, когда поправляла резинку на волосах. Это сводило с ума. Но я не подала виду. Я улыбалась своим девочкам, шутила, показывала движения. Я была солнцем, уверенным в себе капитаном, идиллией командного духа. А внутри все замирало и сжималось в комок. Он наблюдал за мной, как хищник за дичью. Выжидая. Высчитывая.

Когда мы закончили и стали собирать вещи, он наконец оттолкнулся от стены и медленно пошел в мою сторону. Разговор в зале затих. Все замерли, ожидая продолжения вчерашнего спектакля.

Он остановился передо мной. Совсем близко. Снова.

- Заблокировала? - тихо спросил он. Так, чтобы слышала только я.

Я подняла на него глаза, изобразив легкое недоумение.

-Прости, я с тобой не разговариваю. У меня есть правило - не общаться с теми, кто меня бесит. Это экономит кучу времени и нервных клеток.

Уголки его губ дрогнули. Ему понравилось.

-Правила существуют, чтобы их нарушать, Соколова.

- Только если ты мажорный сопляк, который думает, что ему все можно, - парировала я, накидывая на плечи куртку.

Он засмеялся. Коротко, беззвучно.

-Ладно. Играем в молчанку. Посмотрим, как долго ты продержишься.

Он повернулся и пошел к своим. Но прежде, чем уйти, обернулся и бросил на прощание, уже громко, на весь зал:

-Кстати, отличная работа сегодня. Видно, что капитану не все равно. Респект.

И ушел. Оставив меня в полной прострации и под оглушительный гул недоумевающих взглядов моей команды.

Это был гениальный ход. Он не полез в конфронтацию. Он похвалил меня. Публично. Сделал вид, что вчерашнего разговора и не было. Он выбил у меня почву из-под ног. Я стояла, сжимая ремешок своей спортивной сумки.

Он был хорош. Чертовски хорош. Но я была лучше. Я выпрямила спину, посмотрела на своих девчонок и сказала абсолютно спокойно:

-Что уставились? Собрались и на пары. Кто опоздает - завтра десять дополнительных джампов.

Я вышла из зала первой, с высоко поднятой головой, чувствуя на спине его взгляд, который, казалось, преследовал меня даже сквозь стены. Он думал, что может сломать меня комплиментами? Сделать своим союзником? Нет, мой милый мажор. Ты только что объявил войну. И я принимаю твой вызов.