Глава 2

Боже, и почему это звучит сексуальнее, чем должно? Загораюсь от его честности, как светофор, и слишком очевидно моргаю зеленым светом.

Марк улавливает посыл, склоняется ближе — настолько, что запах его парфюма бьет в нос. Тяжелый, с древесными нотками, обволакивающий, словно он собирается укрыть меня собой. Делаю один-единственный рваный вдох и тяжело сглатываю.

— Так что, уединимся? — напоминаю, словно мужчина страдает провалами в памяти.

Марк поднимает бровь: опасно и хищно, но заинтересованно. Наверное, все еще оценивает, стоит оно того или нет.

Я уже сама ни в чем не уверена, мозг работает плохо, окутанный туманной дымкой, но стоящая перед глазами измена мужа добавляет решительности. Уверенно стискиваю пальцы в кулаки и киваю сама себе, будто подписываю смертный приговор. Кому только: себе или изменщику-мужу?..

Всего секунда колебания, и я вдруг оказываюсь тесно прижатой к горячему телу. Марк делает это настолько профессионально, словно тренировался долгие годы — даже стул подо мной не пошатнулся. Что ж, если мужик пикапер — так даже лучше. Проще будет уйти утром без сожалений.

Пока я в объятиях чужого мужчины, все смешивается в одно пятно: страсть, боль, азарт и, конечно же, месть. Она стоит в моем списке на первом месте. Умру, если не утру Игорьку нос!

Наконец Марк принимает решение: спешно расплачивается и, хватая меня за талию, уверенно уводит с собой. Покидаем бар торопливо, видимо, моему спутнику так же не терпится, как и мне.

Машину он ведет быстро, но твердо, проворачивая руль на поворотах лишь одной ладонью. Это внезапно… заводит меня буквально с пол-оборота. Сгораю от страсти, что уже бурлит в венах, и, пока едем, пристально наблюдаю за мужчиной.

Марк излучает ауру силы и несокрушимости, а так же жесткости и циничности. Он хорош собой, но не как модель с глянцевого журнала. У него та самая брутальная харизма, что сводит женщин с ума.

В итоге тормозим у отеля, но прежде чем выйти, он дает мне выбор:

— Заметь, насильно я тебя в номер отеля не тащу.

С коварством, что плещется в крови, спешно хватаю брутального мужика за галстук и нахально тяну на себя. Он подчиняется, но глаза буквально пылают от желания наказать непослушную женщину.

— Меньше слов, больше дела.

Осознаю происходящее, только когда за нами с громким стуком запирается дверь номера. Марк подкрадывается сзади, его руки ложатся мне на талию, чуть сдавливая и прижимая к себе. Горячее дыхание уже щекочет кожу на шее, отчего мурашки прокатываются по телу. Где-то на задворках крутится мысль, что я совершаю ошибку, но все сомнения растворяются в тот миг, когда его крепкие руки срывают с меня одежду.

Со стоном отдаю себя во власть незнакомцу без стеснения, но слезы всё равно скапливаются в уголках глаз. Не такой я себе представляла семейную жизнь, но Игорь не оставил мне выбора.

К счастью, Марк не видит моей слабости, от которой подгибаются колени. Он напорист и страстен, умело находит те самые точки, от которых тело выгибается навстречу. Всё искрится так, что можно смело разжигать костер.

Забываюсь в объятиях, тону в ощущениях, которые дарят и его руки, и губы. Бессовестно ныряю в удовольствие, оставляя измену Игоря за бортом собственной жизни. Изменяю ему так же бесстыдно, как и он мне много раз. Только с одной огромной разницей — я уже подала на развод, и, можно сказать, считаю себя свободной.

Плевать на мнение окружающих. Насрать на то, что скажут близкие. Я бы всё могла простить, но измену — никогда! Изменяют либо много раз, либо ни разу. Что муж и доказал на практике.

Марк словно считывает меня как открытую книгу, когда напирает сильнее. Наверное, чувствует, что мысленно я где-то далеко от номера отеля. Мужчина для меня сейчас как анестезия, чтобы заглушить в голове слова Игоря.

И он слишком, черт подери, искусно он затмевает собой все мои проблемы. Он правда опытен, действует не банально, не на одних лишь природных инстинктах, сразу беря то, что преподносят на блюдечке. Он действует тоньше, играя на женском теле, как на гитаре, — приятную мелодию, от которой подгибаются пальчики на ногах.

В его действиях есть всё: страсть, нежность, дикость, напористость, но нет искренности, которая могла бы пробраться прямиком в душу, вывернув ее наизнанку. Но этого нет и у меня, поэтому мы просто наслаждаемся друг другом, возносясь на пик наслаждения.

Марк

Я еще не проснулся до конца, но уже понимаю, что кто-то шуршит рядом, пытаясь незаметно сбежать, как воришка.

Не открываю глаз, даже не шевелюсь, потому что становится интересно до зуда во всем теле. Мягкие шаги, шуршание одежды и, как мне кажется, нервное рысканье руками по прикроватной тумбочке. Ну логично, шмотки свои собирает, боясь оставить хоть одну улику. Тихо ухмыляюсь — естественно, про себя. Давай, пташка, улетай, я не держу.

Хотя… черт, при других условиях удержал бы — слишком уж упоительной оказалась ночь. Такой страстной и жаркой, что я даже забылся на время: где и с кем нахожусь в одной постели.

Азарт просыпается во мне совершенно не вовремя, еще до того, как нервная девица успевает сбежать. Усаживаюсь на кровати и лениво наблюдаю за хаотичными движениями Сони. Она все еще думает, что я сплю, поэтому выглядит настоящей: испуганная, робкая, трепещет от страха и передвигается только на носочках.

Целую минуту тупо пялюсь, как она подрагивающими пальцами застегивает сережку, прикусывая губу, лишь бы… не расплакаться?

А вот это интересно. Жалеешь, Волкова? Сама захотела, я тебя насильно в постель не тащил! Почему, собственно, тебе так остро захотелось изменить мужу? В этом явно кроется какой-то смысл!

Вспоминаю, с чего всё началось…

Когда вчерашней ночью я увидел её в баре, знатно охренел. Не сразу заметил Соню, но мой помощник, что десять минут занудно зудел над ухом о проблемах в компании, вдруг тихо присвистнул:

— Офигеть, это же жена Волкова, да?

Ну вот тогда я и уставился на нее, как голодный зверь на кусок мяса. Реально, жена Игоря Волкова — ненавистного конкурента, который на днях увел у меня землю под проект парка. Я вынашивал идею целый год, искал участок, выбивал разрешения, черт возьми! Сделал всю черновую работу, а Волков отнял землю на тендере с омерзительной улыбочкой. Такой перспективный кусок у меня оттяпал, что злюсь до потемнения в глазах.

— Свали, — командую помощнику.

Тот обиженно бурчит, как баба, которую обломали с покупкой сумочки:

— Вот и жертвуй своим временем ради босса!

— Двигай уже, меньше драмы. У меня созрел план, как насолить Волкову.

Он понимает меня без лишних слов:

— С ней, что ли? — хмыкает, бросая на Соню равнодушный взгляд. — Ну, удачи, босс. Слышал, она мужиков от себя гоняет, как мясник бродячих псов от прилавка.

Смеряю помощника тяжелым взглядом, указывая направление, куда его пошлю прямо сейчас.

— Удачи желают неудачникам.

Наконец он валит, а я фокусируюсь на Волковой. Сидит одна за столиком, уже навеселе, в красном платье, которое так и кричит, что его хозяйка пришла наделать глупостей. Горячая, аж слюни текут. Сексапильная, но дерзкая и злая — одними глазами может поджечь тут всё к чертям.

Отворачиваюсь за секунду до того, как она скользит по мне взглядом. Не узнает: лично мы никогда не пересекались, но вдруг? Смотрит на меня слишком долго, но в итоге подходит и усаживается рядом.

Мысленно ухмыляюсь её неумелым попыткам меня соблазнить, но стойко делаю вид, что заинтересован. В конце концов, я не святой, а она сама лезет. Кольцо с какого-то лешего выкинула, будто готова разрушить за ночь со мной что угодно, даже свой брак. Как примитивно.

Не придал этому значения вчера — я шел сугубо за местью Волкову, но, кажется, где-то просчитался. Использовать жену, чтобы позлить муженька — это ладно, в бизнесе и не такое случается. Ничего личного, но…

Внезапный звон ключей, упавших на пол, звучит в тишине номера как раскат грома. Соня дергается, стонет, и прежде чем наклониться за ними, встречается со мной взглядом.

И что я вижу, черт возьми? В глазах стоят гребаные слезы и плещется неподдельный испуг. А правильно ли я поступил, нагло использовав её в своих эгоистичных целях? Я же просто ненавижу Волкова и его методы ведения бизнеса…

Дорошин, с ума сошел? Эта девица замужем, сама пришла, первая предложила — какого лешего ты себя винишь? Девчонка тоже не святая.

— Убегаешь, Соня? — иронизирую, кивая на обувь в ее руках и сумочку под мышкой.

Она дергается, как машина на неправильной передаче, но быстро берет эмоции в кулак:

— Думаю, нам стоит забыть наше знакомство.