Глава 1

Соня

Не думала я, что спустя три года брака моя жизнь так стремительно полетит к черту.

Если бы кто-то еще вчера сказал мне, что я проведу сегодняшний вечер, заливая горечь предательства дешевым коктейлем в прокуренном баре, я бы просто рассмеялась этому человеку в лицо. Но вот я здесь. Сижу у стойки, сжимая пальцами ледяной бокал, и даже не пытаюсь делать вид, будто у меня все в порядке. Вокруг пульсирует музыка, кто-то смеется, а внутри меня — выжженная пустыня.

Игорь, чтоб тебя завтра собаки покусали!

Он не просто предал меня. Он сделал это настолько банально, что впору аплодировать стоя. Мой муж оказался «человеком широкой души», которой, как выяснилось, хватило не только на меня, но и на младшую стажерку в офисе, и еще бог знает на кого. Список в его телефоне напоминал каталог сомнительных услуг. Я никогда не имела привычки рыться в его гаджетах, но вчера будто само провидение подтолкнуло меня заглянуть в оставленный на столе айфон.

Краем глаза зацепила всплывшее уведомление: «Котик, ты скоро свалишь от своей крысы-жены? Я уже в кроватке и дико скучаю!»

Зная пароль, я разблокировала экран и… Наверное, лучше бы я этого не делала вовсе. Игорь даже не пытался шифроваться. Все девицы были подписаны согласно их «заслугам». «Вика — твердая четверка», «Валя — укротительница кочанов», «Милана — богиня кровати»…

Меня передергивает от одного воспоминания об этой мерзости. Последняя переписка со стажеркой была самой «яркой»: они две недели обменивались пикантными фото, и на девице с каждым разом становилось все меньше одежды.

А дальше всё как в бреду: крики, звон разбитой вазы, едкие упреки. В порыве ярости я даже постирала вещи Игоря… в унитазе. Просто чтобы хоть как-то выплеснуть злобу, которая вскипала в крови, заставляя виски пульсировать.

Но «вишенкой на торте» стал наш утренний разговор.

— Давай разведемся, — бросила я ему, стараясь, чтобы голос не дрожал. Пальцы сами собой сжались в кулаки. Во мне не осталось ни любви, ни доверия. Всё сожрала та самая «злобная крыса», которой они меня считали.

Но Игорь лишь прищурился, как ядовитая змея, и выплюнул:

— Хоть понимаешь, что мои адвокаты тебя разденут догола? Еще и компенсацию потребуют за моральный ущерб.

— С чего бы это? — я попыталась отбить атаку, но его угрозы били наотмашь. — А с того, Сонька, что я — наследник империи Волковых. А ты — никто. Вчерашняя нищая студентка.

— Но это ты мне изменял! — закричала я на весь дом, чувствуя, как по коже липкой улиткой ползет осознание несправедливости.

Я не хотела уходить с пустыми руками. Мне была нужна хоть какая-то сатисфакция. Мы три года строили этот быт, как-никак что-то нажили вместе!

— Твое слово против моего, — ухмыльнулся этот кретин, уже празднуя победу.

Я чувствовала, как гасну внутри, словно перегоревшая лампочка. Горькая истина жгла: на его стороне деньги, связи, лучшие юристы и власть. А я? Действительно, просто девчонка, когда-то выигравшая грант на обучение. А теперь без гроша за душой и с кем я пытаюсь воевать?

И всё же я не собиралась отступать. Ярость внутри меня звенела, требуя ответов. Мы же любили друг друга! В университете на нас смотрели с завистью, мы были «золотой парой», но куда всё делось? Смылось в унитаз вместе с его верностью?

— Черт, Игорь, зачем ты вообще на мне женился, если изначально собирался ходить налево?! — выпалила я, едва сдерживая желание разнести всё к чертям.

Но в этом роскошном доме не было ни единой моей тарелки, которую я могла бы разбить без последствий.

— Несмотря на твой низкий статус, ты понравилась моим родителям. Воспитанная, гордая, покладистая, — каждое его слово било, как хлыст. — Они решили, что ты будешь идеально смотреться в роли покорной и милой жены. Но я не обязан быть тебе верным. Мужчины по природе охотники, им нужна свежая добыча, понимаешь? Думаешь, мой отец святой? Ха! Но мать терпит и закрывает глаза, потому что развод для нее — это крах.

На миг мне показалось, что я ослышалась и это какой-то дурной сон.

Игорь посмотрел на меня с ледяным превосходством и подвел итог:

— Так что ты выберешь, Сонь: дальше жить в роскоши, закрыв рот, или потерять всё за один миг?

Кажется, выбор очевиден, и муж уже ехидно тянет уголок рта. Только правда из моих уст слишком больно бьет его дубинкой по голове:

— Я лучше лишусь всего, чем молчаливо буду терпеть всех твоих любовниц. Ты противен мне настолько, что скорее меня стошнит, чем я смогу снова лечь с тобой в постель.

— Хорошо подумала? — злится, судя по покрасневшей роже, но слова бросает равнодушно, как если бы мы обсуждали, какое блюдо приготовить на обед. — Я не просто у тебя отберу всё. Я тебя уничтожу. Растопчу, как слон букашку. Из семьи Волковых уходят только с «волчьим билетом», так что найти приличную работу даже не надейся.

Возвращаясь мыслями в настоящее, горько улыбаюсь пустому бокалу. Иронично, но я выбрала «волчий билет». Ушла, громко хлопнув дверью, в никуда.

И вот теперь я, София Богдановна Левченко, двадцати пяти лет, без детей и с тонной иллюзий, сижу в баре, рассматриваю мужчин вокруг себя, будто листаю каталог женихов в элитном агентстве. Разбираю их слишком детально, как эксперт в области разочарования. Но со стойким желанием отомстить муженьку его же монетой, пока мы еще в браке.

Первый — типичный айтишник. Стильный, в худи трендового шоколадного цвета, а на столе энергетик и макбук. Не пьет, даже не дышит, а усердно кодит, сгорбившись над клавиатурой. Ну серьезно? Чувак, ты пришел в бар за халявным вай-фай? Стыдоба! Передергиваюсь и мысленно открещиваюсь. Нет, хватит, один «хакер» уже взломал мою самооценку, и теперь она ниже плинтуса.

Второй — любитель спортзала. Каждое его движение — это демонстрация бицепсов на зависть сидящим вокруг «дохлякам». Зачем, спрашивается, напялил на себя водолазку меньше на два размера? Да она же трещит на его теле по швам! Миленько, конечно, но нет. Это уже перебор. Чувак тут явно на свидании с собственным раздутым эго.

Третий на вид — типичный «не разведен, но спим в разных комнатах, имею ипотеку и собаку». Сидит, пьет пиво и неотрывно смотрит в пустоту, будто она ему денег должна. Усмехаюсь от понимания, что в моем собственном каталоге разочарований всё стабильно.

Но стоит только скользнуть взглядом дальше, как замираю с отвисшей челюстью. А вот это уже что-то интересное. Словно pro-версия для купивших подписку! Взрослый мужчина, лет на десять меня старше, а может, и больше. Сидит в тени, явно прячась от всего мира. Не пьет, просто вертит стакан в руках, чтобы снять напряжение после рабочего дня. Широкие плечи, темная рубашка, рукава дерзко закатаны, и на левой руке — наручные часы, что поблескивают в отражении искусственного света под потолком. Профиль лица резкий: грубая линия скулы, чуть искривленный нос и пухлые губы на зависть многим женщинам. Сидит еще так… дерзко-расслабленно, словно хозяин в этом баре. Держится манерно. Холодно. Расчетливо.

Моргаю, и в голове зависает только одна мысль: «Вау!». Кажется, жертва найдена.

Голос совести тут же тихо попискивает, что я, вообще-то, приличная женщина и подкатывать к мужикам в баре — моветон. Но сразу вспоминаю наглую рожу Игоря, и не осознаю, что ноги уже несут прямиком к незнакомцу. К черту всё! Гулять так с музыкой.

— Эй, красавчик, свободен? — подмигиваю наглецу, а он оценивающе проходится глазами по моей фигурке. — Уединимся? — выпаливаю, пока во мне горит уверенность.

Его глаза горят ярко, как огни на темном участке дороги, но в них стоит непоколебимая жесткость, что заводит похлеще флирта. Едва он фокусируется на моем лице, замечаю, как в омутах мужчины мгновенно взрывается, подобно салюту, азарт. Ага, есть контакт!

Бессовестно усаживаюсь рядом за барную стойку, расценивая молчание за приглашение. Я уже немного навеселе, и мне всё равно, кто и что обо мне подумает.

— Свободен, — тянет с иронией, вскидывая бровь. — В отличие от некоторых.

Кивком головы указывает на мой безымянный палец, на котором всё еще надето кольцо, как клеймо на всю жизнь.

— Ах, это... — прокручиваю украшение, которое не решилась снять ранее. — Это уже не проблема.

Долбаный Игорь! Долбаная любовница-стажерка! Да катитесь вы оба! Снимаю кольцо и швыряю куда-то за барную стойку без сожалений или угрызений совести. Но успеваю подметить алчный взгляд бармена на халявное золотишко.

— Даже так... — мужчина щурится, я же беззастенчиво улыбаюсь ему, пытаясь склеить. Боже, дожила! В баре поздней ночью ищу себе приключений на задницу.

Мужчина смотрит на меня слишком долго и пристально — так, будто взвешивает, стою я того или нет. Но я непоколебима и вдохновлена двумя выпитыми ранее бокалами игристого. Оно плещется сейчас внутри, задорно играя пузырьками по нервным окончаниям, толкая на греховные поступки. Повисает неловкость, ее можно уже ножом разрезать, как торт. Выпаливаю на автомате, протягивая ладонь:

— Соня.

— Марк, — хмыкает в ответ и пожимает лишь мои пальчики.

Дергаюсь так резко, будто схватилась за оголенный провод. Миг. Глаза в глаза. Его — цвета молочного шоколада, так и манят к себе, затягивая в порочные сети. Напряжение искрит вокруг нас, только мужчина и вида не подает. Но говорит с коварной усмешкой, словно понял, почему я выбросила кольцо:

— Мужики те еще уроды.

— А ты? — парирую, на что он равнодушно пожимает плечами.

— А я урод с принципами.