Глава 4.

Я хлопаю за собой дверь, и только тогда понимаю, что дыхание сбилось. Пальцы дрожат. Ладони потеют.

Тапки скидываю небрежно, почти зло… И откуда это странное состояние, словно… Организм перешёл в состояние возбуждения, но не получил ожидаемой развязки.

Учащённое сердцебиение, повышенная температура кожи, потоотделение, гипервентиляция лёгких.

Типичная реакция на острое эмоциональное раздражение. На возбуждающий стимул. В виде самца, что поселился напротив. А может быть я давно не получала разрядку, поэтому тело реагирует так остро?

Прохожу на кухню. Открываю холодильник, не глядя. Закрываю.

Пытаюсь что-то делать, что-то думать — но внутри всё пульсирует.

Не из страха.

От него.

Не от того, что он заступился.

Не от того, что ударил другого.

А от того, как он прижал меня к стене.

Как его тело легло на моё — тяжёлое, плотное, уверенное.

Как его рука проникала под вырез, между грудей, медленно, как будто он имел на это право. И ведь у него почти получилось.

Я словно до сих пор ощущаю, как пахнет его кожа — жаром, потом и чем-то… животным.

Я могла поддаться. Могла запрокинуть голову, вцепиться в его волосы, застонать прямо там, в коридоре. Он бы не остановился. Он бы вошёл в меня — не спрашивая, не нежно, нет.

Он бы взял. До конца. Грубо, властно, как будто я принадлежу ему.

Я хватаюсь за край стола.

Меня трясёт. Не от ужаса. От воспоминания.

Он был пьяный. Я — не в себе. Это всё — неправильно.

Между ног — напряжение. Концентрация кровотока в области гениталий.

Привет, тазовое дно.

Влагалищные стенки наполняются, слизистая увлажняется — всё, как я сто раз объясняла ученикам на уроках.

Половое возбуждение — физиологический процесс.

Чистая биология.

А мне стыдно. До тошноты. Он не просто возбудил меня. Этот уголовник за несколько мгновений сделал то, чего Вите не удалось за три года брака. Возбудить, заставить задыхаться от желания.

До сих пор в ушах звенит хриплый шепот Стаса:

"Ты ведь этого хочешь…"

И мне хочется заорать: "Нет, не хочу, ты болен, ты мерзкий"

Я иду в ванную. Ополаскиваю лицо и шею ледяной водой. И грудь...

Боже, он почти её коснулся…

Смотрю на себя в зеркало.

Вижу, как горят глаза. Как покраснела кожа на груди — там, где он скользнул пальцами.

И говорю вслух:

— Никогда. Больше.

Но сама знаю — я уже думаю о нём.

Не как о соседе. Не как об опасном типе.

А как о мужчине, который мог бы довести меня до грани.

И, чёрт побери, я бы шагнула туда, если бы не сотни «но» в моей голове, в моей жизни, во всем его опасном облике.

Я долго хожу по квартире — с кружкой, без кружки, просто так.

То сажусь, то встаю.

Телевизор шумит фоном — какой-то глупый сериал, актёры смеются не впопад. Я не слышу слов. Слышу только его голос.

«Ты ведь этого хочешь…»

У меня холодные ступни. Влажные ладони. Горячая шея.

Господи, да почему я просто не могу пойти спать?!

Смотрю на часы — половина второго. Лечь — не могу. Заснуть — невозможно.

Тело гудит. Оно всё ещё там, у него, в коридоре.

Прижатое его силой.

Сдавленное его руками.

Разгорячённое его напором.

Я закрываю глаза.

Мгновение — он. Его лицо. Тень от ресниц, небритая щека, жёсткая челюсть.

Его рука, пробирающаяся под вырез.

Он смотрит мне в глаза, а сам медленно скользит вниз.

Я сжимаю ноги. Бесполезно. Это уже не остановить.

Желание лезет под кожу.

Я включаю лампу. Выключаю. И снова включаю.

Да пошло оно всё. Я женщина, я одна в своей спальне и имею право делать со своим телом всё что угодно… И никто не ворвется в комнату, никто не помешает...

Шлепаю босыми ногами в спальню.

Снимаю пижамную рубашку — ткань царапает соски, и это дико приятно.

Сажусь на край кровати. Закрываю глаза. Медленно провожу рукой по бедру, по животу, ниже… И даже порно не надо, в голове слишком яркий образ того, что бы случилось, позови я соседа сюда.

Он здесь…

Накрывает сзади. Дышит в шею. Пальцы сжимаются на моей груди, на талии.

Дай мне силы это пережить…

Одна рука на животе, вторая скользит ниже.

Замедленное прикосновение. Дифференцированное давление на область клитора.

Мышцы пресса вздрагивают. В паху — вспышка.

В голове он.

Не милый. Не нежный.

Жёсткий. Доминирующий. Грубый. Настоящее животное.

И я сама лишаюсь человеческого облика, когда двигаю скользкими от секреции пальцами, когда сдавливаю клитор в попытке достичь...

Оргазм накрывает волной — резкой, необратимой. Я выгибаюсь, хватаюсь за простыню, задыхаюсь, вою в подушку. Пытаюсь вспомнить, когда вытворяла с собой такое последний раз... Наверное еще до замужества.

Я лежу, тяжело дыша, чувствуя, как пульсирует в паху.

На лице — влага. Я не знаю, это пот или слёзы.

Может, и то, и другое.

Смотрю в потолок.

Мерзко. Позорно. Восхитительно.

А самое главное, сосед никогда не узнает, что был моей порнофантазией. Это останется в моей голове, в моей постели, в которую я никогда никого не пущу.