Глава 13

В субботу утром все случившееся накануне приобрело для Люды несколько иной окрас. Кровавая картинка все еще стояла перед глазами, но теперь ей казалось, что все это произошло с другой девушкой, не с ней. В ее жизни ничего не изменилось, разве что новая работа теперь под большим знаком вопроса. Но ведь это не конец света, и без работы она не останется. Что-нибудь обязательно найдет. А Павлов… так тому достаточно протрезветь, чтобы понять, насколько больше шансов у нее засудить его, нежели наоборот. Она не превысила самообороны, она всего лишь защищала себя от насильника. А вот в его намерениях сомнений не оставалось, и у нее был свидетель.

Мама уже суетилась на кухне, когда Люда зашла туда, широко зевая и потирая спросонья глаза.

- Доча, мне показалось, или ты вчера пришла заплаканная? – поинтересовалась мама, едва Люда опустилась на табурет. – Что-то случилось на работе?

Заплаканная – не то слово. Она извела половину пачки влажных салфеток у Влада в машине, чтоб стереть следы слез и косметики с лица. И конечно же, это не укрылось от внимательных материнских глаз. Нужно было срочно что-то придумать, чтоб притупить ее бдительность. В любом случае, правды Люда ей говорить не собиралась, да и нельзя ее так пугать – не девочка уже.

- Ой, мамуль, не поверишь! – воодушевленно воскликнула Люда. – Над романом расплакалась. В электричке читала… Такой сентиментальный попался, что разревелась как малолетка.

- Не поверю, - медленно кивнула мама, внимательно глядя в лицо дочери. – Потому что тебя вчера подвезли на машине, с окна видела.

Об этом Люда не подумала и сразу же стало стыдно за собственную ложь, да еще и такую неправдоподобную.

- Ладно, все равно не скажешь, по лицу вижу, - махнула рукой мама. – Тебя ж пытать можно – тайны не выдашь, - грустно улыбнулась она. – Надеюсь только, что не случилось ничего непоправимого.

- Все нормально, мам, не волнуйся.

- Да уж, не волнуйся! – в сердцах отозвалась та. – А кто это тебя подвез вчера? Это ж в такую даль…

- Друг.

- Только друг? И даже до подъезда проводил?

Мама перла напролом, даже не пытаясь скрыть, что вчера подглядывала за дочерью. В любое другое время Люда посмеялась бы столь явному любопытству, но сейчас почему-то ей было не до смеха. Да и не знала она, как ответить на мамин вопрос.

- Пока еще только друг, - решила не лукавить.

- Но есть вероятность, что дружба перерастет во что-то большее? – допытывалась мама. - А он кто вообще?

- Мужчина, мам, - не выдержала и рассмеялась Люда. Смех помогал ей в любых ситуациях и сейчас она решила прибегнуть именно к нему.

- Ну понятно, что не женщина, раз друг, - не заразилась весельем мама. – Вы вместе работаете?

- Нет, мам.

- Тогда, где ты с ним познакомилась?

- В электричке, - выпалила Люда, не успев подумать.

- Ой, врешь ты все! – скривилась мама. – Станет человек ездить на электричке, когда под жопой такая машина. Ты уж извини за прямолинейность… Ладно, иди умывайся, завтрак почти подоспел, - в очередной раз махнула на нее мама рукой.

Люда могла только тихо радоваться, что на этом вопросы иссякли, хоть и в душе испытывала легкий стыд, что приходится врать родному человеку. Но она пока не могла рассказать правду про Влада. Почему, и сама не понимала. Просто язык не повернулся бы.

После завтрака она собралась в магазин. С зарплаты у нее была отложена сумма на покупку зимней обуви. Самое время настало ее потратить, потому что зима уже практически окончательно вступила в свои права. На дворе все было белым-бело. Деревья стояли в белом сказочном убранстве. Легкий морозец щипал щеки. И ни дуновения. Такую зиму Люда любила больше всего. Осталось позаботиться о ногах, которые нещадно мерзли в демисезонных ботиночках.

На обратном пути из магазина, согреваемая мыслью о симпатичных угах, спрятанных в пакете, и теплых колготах, которые прикупила по случаю, в сумке Люды завибрировал телефон.

- Ты где? – опуская приветствие, спросили ее голосом Алексея, от которого сразу же внутри все замерло, напряглось.

- Здравствуйте, Алексей Витальевич. Я дома, ну почти…

- Что значит, почти?

Ни тени улыбки или дружелюбия. Ничего такого в его голосе Люда не подметила. Лишь сухость и отрывистость, от которых сразу же захотелось пить, чтоб промочить и прочистить горло вместо него.

- Это значит, что я иду из магазина и сейчас уже заверну во двор, - невольно разозлилась она.

- Хорошо, - еще более отрывисто бросил он в трубку и отключился.

Люда даже остановилась, разглядывая трубку. А его звонок ей не примерещился случаем? И что это вообще было такое?!

Уже через пять минут все стало понятно. Не успела она свернуть во двор, как увидела машину Алексея. И теперь уже ей пришлось усмирять собственное сердце, что моментально начало выписывать пируэты в груди. Да такие, что она аж оглохла на короткое время, только и слышала, как пульсирует в висках и ушах кровь.

Алексей ее тоже увидел и вышел из машины, преграждая путь. Выглядел он, мягко говоря не очень. Волосы взлохмачены, на лице проглядывается щетина. И глаза такие… воспаленные что ли, словно ночь он провел бессонную, ну или принял на грудь больше положенного накануне. Но перегаром от него не несло, а напротив, Люда уловила привычный мужской аромат, который моментально заставил трепетать потаенные струны души, что неизменно на него отзывались против ее желания. Интересно, что его заставило примчаться сюда в такую рань? Ну, условную рань, конечно. Время уже приближалось к одиннадцати, но он же сколько-то провел в дороге. И спал ли он вообще сегодня?

Все эти мысли вихрем пронеслись в голове, но ничего сказать она не успела. Алексей схватил ее за руку, повыше локтя и настойчиво повел к машине.

- Что вы делаете?! – невольно возмутилась Люда подобному отношению, хоть даже себе не признавалась, насколько рада была его видеть, даже такого сердитого и небритого, до какой степени она по нему соскучилась.

- Если мы будем разговаривать на улице, ты замерзнешь, - лаконично ответил он, и Люда решила, что в логике ему не откажешь. Она уже не чувствовала ног в ботинках. А надеть сразу в магазине уги не захотела, жалко стало обновки.

Оказавшись в тепле салона его автомобиля, Люда даже испытала прилив благодарности, чувствуя, как начинают оттаивать ее конечности. Но хамского поведения это не отменяло, и она надеялась получить тому объяснения.

Какое-то время Алексей продолжал хранить молчание, не глядя на нее. Он словно собирался с мыслями. Люда же терпеливо ждала, сама не зная чего, и тихонько наслаждалась теплом, чувствуя, как все тело расслабляется, отдавая дань удобному сидению и приятному запаху кожи вкупе с освежителем воздуха.

- Почему ты мне ничего не рассказала? – так резко повернулся он к ней и заговорил, что Люда аж вздрогнула от неожиданности.

- О чем? – решила включить она дурочку (говорят, иногда это даже полезно делать).

- О Павлове, что он приставал к тебе.

Слушая его и глядя в это суровое лицо, ей захотелось взмолиться, чтобы хоть чуточку смягчил тон, проявил минимум сострадания, а не набрасывался сразу с обвинениями. Ведь даже сейчас он именно что обвинял ее, как будто это она приставала к его заму. Но ломать и дальше комедию Люде резко перехотелось. Наверное, настало время поговорить с ним по душам.

- Я пыталась…

- Когда?! Ты ни словом не заикнулась об этом! – он говорил даже тише обычного. Так почему же Люде казалось, что он кричит?

- Еще тогда, в самый первый раз, когда Дмитрий Юрьевич хотел сделать меня своей секретаршей.

- Но ты не сказала, что он претендует на что-то большее, - Алексей придвинулся к ней ближе, намного ближе. Теперь она могла разглядеть даже едва заметные темно-серые крапинки в его глазах. И смотрел он на нее пристально, не мигая. – Почему?

- Да я пыталась!.. – воскликнула она, пытаясь избавиться от желания сжаться под этим инквизиторским взглядом. – Но вы!.. Ты!.. – внезапно выступившие слезы на глазах помешали ей говорить дальше. Люда резко отвернулась и уставилась в окно, пытаясь прогнать и слезы и ком из горла. Но их становилось только больше, и она с ужасом поняла, что уже плачет.

Она так многое хотела ему сказать и не могла. Впервые нашлись слова, чтобы выразить мысли, но мешали проклятые слезы. Да, она тогда пыталась все честно рассказать. Но он хоть раз представлял, как выглядит со стороны?! Да это же глыба! Которую не обойти, не объехать. И любые слова отскакивают от его каменной поверхности, едва коснуться ее. Тогда у нее язык не повернулся, стоило только увидеть его. А потом уже поезд уехал…

- Посмотри на меня…

Люда лишь тряхнула головой и отвернулась от него уже всем корпусом. За свои слезы ей было стыдно, но их поток только нарастал. Где-то она слышала, что плачем мы от жалости к себе. Наверное, так и есть. Сейчас она усиленно себя жалела и ничего не могла с этим поделать.

Алексей взял ее за плечи и мягко, но настойчиво развернул к себе лицом. Ну что с ним сделать?! Не вырываться же, хоть и стыдно было ужасно.

- Почему ты плачешь? – потрясенно проговорил, стирая пальцами дорожки слез со щек Люды.

- Не знаю, - ответила она. Не признаваться же ему, что плачет от жалости к себе.

- Я его уволил. Вчера же… Больше он ничего тебе не сделает. Ты его даже не увидишь, - губы Алексея дрогнули в едва заметной улыбке.

Ну почему он сейчас такой, что хочется довериться ему в самом сокровенном?! Ведь через время он снова станет самим собой – большим начальником, жителем столицы, к которому лучше не приближаться и на пушечный выстрел. Нет, сколько можно обжигаться! Для себя она уже все решила, и то что он приехал, рядом сейчас и такой внимательный, не меняет ровным счетом ничего. И все же, Люда была благодарна ему за все! В особенности за то, что уволил Павлова. Ведь уволил он его из-за нее, поверив тому, что рассказал, по всей видимости, ему вчера Влад. Больше это некому было сделать.

- Он хоть не умирает там? – всхлипнула она, понимая, что поток слез сходит на нет. Не желая думать о горячих руках Алексея, продолжающих сжимать ее плечи, и не в силах отвлечься от этих мыслей.

- Дурочка! – беззлобно усмехнулся он. – Чего ему будет? Жив-здоров и даже не кашляет. Пьянь! – отвернулся лишь на миг с гримасой отвращения на лице. – И когда только успел надраться, ведь на работу от меня уехал…

- Я рада, что пострадал он не сильно, - тихо проговорила Люда, не в силах отвести взгляда от его глаз. Между ними прямо сейчас что-то происходило. Казалось, что даже воздух вокруг стремительно загустевал. Какая-то сила притягивала Люду все ближе к Алексею, и противиться этой силе она не могла. Да и он вдруг стал очень серьезным, каким-то даже сосредоточенным.

Когда в голове промелькнула мысль, что он сейчас точно ее поцелует, и помешать ему в этом она не сможет, да и не захочет, воздух прорезала громкая трель его телефона.

Оба они одновременно вздрогнули, словно наваждение вдруг спало с них как прошлогодняя сухая листва. Алексей отстранился и достал телефон, а Люда попыталась привести мысли в порядок.

- Алло! – бросил он в трубку, и в голосе его отчетливо промелькнуло раздражение. Люда напрягла слух, но разобрать голоса говорившего на том конце не получилось. – Я сейчас занят и не в городе… - повисла пауза, в течение которой, наверное, он выслушивал поток речи абонента. Почему-то Люде казалось, что звонит ему женщина, и с каждой секундой уверенность эта в ней только крепла. – Я помню… Скоро уже возвращаюсь. Позвоню, - и он отключился.

На Люду Алексей не смотрел, продолжая вертеть телефон в руках. Настал момент, когда нужно прощаться. Она просто больше не могла оставаться в его машине, чтоб неловкость между ними не выросла еще больше.

- Я пойду, - проговорила непослушными губами, пытаясь не обращать внимания, как защемило при этом сердце. – Вам пора ехать… Да и мне тоже пора, - уже тверже закончила и взялась за ручку дверцы, когда ее остановил его голос:

- Обещай, что впредь будешь все рассказывать мне.

Люда обернулась и не смогла скрыть удивления.

- Вас и в офисе-то не бывает, - невольно вырвалось у нее.

- Хоум офис закончился, - тряхнул он головой. – Правда в понедельник я уезжаю… но потом буду работать в офисе.

- Хорошо, - только и кивнула Люда. Этим словом она сказала вроде бы и все и в то же время ничего. Она уже сейчас многое бы могла ему рассказать, но почему-то делать этого не хотелось. И проблема оставалась в нем. Он все так же продолжал держать ее на расстоянии. И как работника, и как женщину. – До свидания, Алексей Витальевич, - бросила она на него последний взгляд и распахнула дверцу.

- Да стой же ты! – даже не проговорил, а прорычал он, хватая ее за руку, притягивая к себе и второй рукой захлопывая дверцу. – Что же ты делаешь со мной!..

Люда не то что ответить, она и сообразить-то ничего не успела, как губы Алексея прижались к ее. Не просто прижались, они завладели ее губами целиком, без остатка. Не ответить на такой поцелуй у нее просто не было возможности. Да и тело ее среагировало гораздо раньше, чем Люда осознала, что же случилось.

Он целовал требовательно, подчиняя ее себе. Делал это так же, как и все остальное. Язык его по-хозяйски ворвался в ее рот, словно заявляя на нее права, говоря тем самым, что больше никто не в праве этого делать. Люда задыхалась и не от поцелуя, что плавил ее мышцы, превращая их в податливый воск. Ее переполняли эмоции! И где-то в подкорке головного мозга пульсировала противная мысль, что сейчас они делают то, чего не должны делать.

Отлив случился так же стремительно, как и прилив. Алексей оторвался от ее губ и несколько секунд рассматривал лицо. А потом резко отвернулся, и прижался лбом к рулю.

Люда еще посидела рядом сколько-то, помолчала, пытаясь собрать крупицы разумных мыслей, что продолжали разлетаться в разные стороны. Когда поняла, что он больше не скажет и не сделает ничего, все так же молча покинула машину и на негнущихся ногах направилась к подъезду. А дома она будет думать, что же только что произошло, и как это изменит ее жизнь.

***

Алексей слышал, как она открыла дверцу и аккуратно прикрыла ту за собой, но так и не заставил себя повернуть голову.

Идиот! Какой же он идиот! И так было тошно, а сейчас и вовсе хоть вой на луну. Ну какого черта он полез к ней с поцелуями? Какая пьяная пчела его укусила? Ведь от вкуса ее губ на своих он теперь ни в жизнь не избавится. Он будет преследовать его во сне и наяву. Даже когда от него ничего не останется, он будет помнить, какие мягкие у нее губы, как доверчиво они распахнулись под его натиском, как впустили его глубже…

Идиот! Тупень!..

Алексей завел двигатель и рванул с места так, что аж у самого заложило уши от визга шин. И до города домчался в рекордно короткое время. Но даже скорость не смогла выветрить из головы образ Людмилы. Как же он ненавидит это имя! Сейчас в разы больше, чем раньше.

Первой реакцией вчера было желание убить Влада на месте, когда тот ворвался к нему домой и выложил с порога все, чему свидетелем стал в офисе. Ревность застила глаза, что рядом оказался Влад, а не он. С трудом получилось сдержаться и настроиться на нужную волну.

А потом он едва не убил Павлова.

Как только Влад ушел, обозвав его горе-начальником, который не видит того, что творится под его носом, который погряз в собственных проблемах и подчиненные которого нимало не заботят, Алексей собрался и отправился к своему первому заму, теперь уже бывшему. Итог беседы заранее был известен – спускать такого он не собирался. И даже если бы подобное произошло не с Людмилой, а с любой другой девушкой, работающей у него, он вышвырнул бы Павлова из компании взашей.

- Как хорошо, что ты заехал! Я уже и сам собирался звонить… - договорить Павлов не успел – получил с размаха в глаз, да так, что проехался пятой точкой по своему паркетному полу. – Чего руки распускаешь, с*ка, - проскулил, хватаясь за глаз, который моментально начал заплывать. Надо было шарахнуть в переносицу, чтоб завтра под обоими глазами светились фонари! Немного не рассчитал.

Алексей молча приблизился к нему и какое-то время наблюдал, как тот все затравленнее смотрит на него. Не трогали его ни повязка на лбу, ни разбитая губа… Всего этого было мало! А стоило только подумать, что этот придурок своими корявыми пальцами лапал Люду, так и вовсе захотелось затоптать. Но он даже не достоин, чтобы руки об него пачкать.

- Я вас всех засужу… - пискнул было Павлов.

- Заткнись и слушай! – рыкнул на него Алексей, не узнавая собственного голоса. – Ты уволен! Что б в компании я больше тебя не видел. Посмеешь сунуться, и так быстро я не остановлюсь. На выходное пособие не рассчитывай, иначе путь тебе будет закрыт в любую нормальную компанию, понял?! – повысил голос и чуть склонился, хоть и противно было приближаться к этому ноющему и пускающему сопли слизняку. – А сунешься к ментам, сам сядешь, - не удержался – пнул гниду. Хотелось еще и плюнуть, но делать этого не стал.

Покидал Алексей квартиру своего бывшего первого зама под аккомпанемент его подвываний. Вот же гнида, а он и не знал… Или не хотел знать? Ведь и до него доходили слухи о любвеобильности Павлова, только вот он ничего такого предпочитал не знать. Получается, что зря. Иногда и слухи нельзя игнорировать.

Из машины он позвонил начальнице отдела кадров.

- Елена Сергеевна, извините за ночной звонок. С сегодняшнего дня увольте, пожалуйста, Павлова Дмитрия Юрьевича. Без выходного пособия и без отработки.

- Доигрался, значит? – спокойно отреагировала та.

- Вы о чем?

- О его наклонностях. Кто стал очередной жертвой?

Говорить об этом с ней не хотелось, но и не ответить на вопрос Алексей не мог. Все же Елена Сергеевна – не последний человек в компании и очень ценный сотрудник. Таких еще поискать днем с огнем.

- Мальцева.

- Вот же гад!.. – дальше женщина ругнулась не по-женски. Ни разу он не слышал подобного от нее. – Я же его предупреждала!..

- А вы знали?

- Мальцева вынужденно рассказала мне, когда приперла ее к стенке, - ограничилась она ответом, а выпытывать подробности Алексей не рискнул. – Все поняла, Алексей Витальевич. Спокойной ночи, - отключилась она.

Алексей едва поборол в себе вчера желание ехать к Людмиле. Ночь на дворе, да и ей точно не до него. Но уснуть так и не смог. Под утро провалился в болезненную дрему, а сразу после пробуждения вынужден был глотать анальгин, чтоб притупить головную боль. Чувствовал себя так, будто перепил накануне. И снова хотел сразу же ехать к ней, но выждал время, чтоб не заявиться слишком рано.

А дальше… дальше был этот поцелуй, который испортил все…

Не доезжая до центра, Алексей достал телефон и позвонил.

- Ты где?

- Дома. Жду тебя, - ответила Лариса.

- Я сейчас подъеду, собирайся.

- Уже давно собрана. А куда ты меня повезешь? – кокетливо спросила, и Алексей скривился. Пока она не видит, он может себе это позволить. Потом начнет притворяться.

- Куда захочешь.

- А почему таким голосом? – что-то просекла Лариса. – Случилось что?

По всей видимости, брат ей ничего не рассказал. И правильно сделал. Оставалось надеяться, что у Влада и дальше хватит ума молчать об этом. Иначе весь офис вскоре будет знать, за что уволили Павлова. А допускать этого нельзя. Слухи и так поползут, но лучше, если они ничем не будут подкреплены.

- Мелкие неприятности, - соврал Алексей. – Через десять минут буду, - и отключился.

Ему надо отвлечься, забыться. Постараться не вспоминать этот поцелуй, вкус которого до сих пор хранится на губах. Не важно, кто поможет ему в этом, хоть бы и Лариса. В конце концов, эту девчонку он знает с детства, уже привык к ней. И когда она не корчит из себя светскую львицу, до которой ей как до луны, то вполне приятна в общении. А про маленькую провинциальную простушку лучше забыть и как можно скорее. Неужто он не сможет излечиться от этой напасти?!

***

Люда релаксировала в наушниках, сидя перед компьютером, когда на плечо опустилась мамина рука. Испугалась от неожиданности – она не слышала, как мама вошла в ее комнату.

- Дочь, к тебе там пришли, - выглядела мама немного растерянной.

- Кто? – стянула она наушники с головы.

- Какой-то мужчина, - не менее растерянно пожала мама плечами. – Он не представился. Спросил только, здесь ли живет Людмила Мальцева и попросил позвать тебя.

Волнение всколыхнуло душу. Неужто снова Алексей решил нанести ей визит? И даже не побоялся встретиться с родителями?

После вчерашнего поцелуя она еще долго не могла прийти в себя. И даже не самого поцелуя, а того, как он повел себя после. Замкнулся, отрешился, всем своим видом намекая, что ей пора уходить. Она тогда держалась ровно до подъезда, где разрыдалась прям на первом этаже, едва за ней закрылась дверь. Люда и сама не понимала, что испытывает. Поцелуй продолжал приятно жечь губы, словно Алексей не переставал целовать ее. Обида нарастала, что он практически прогнал ее. И еще что-то горестное зрело в душе, отравляя ту своим не смертельным, но изматывающим ядом. Впервые она настолько явно пожалела, что устроилась на работу именно в его компанию, что судьба распорядилась ей встретить именно его на жизненном пути.

Поток слез превратился, только когда сосед с первого этажа торжественно вывел на прогулку своего огромного алабая. Он ничего не спросил у Люды, хоть и заметил, что она плачет. Оставалось радоваться, что увидел ее он, а не баба Стеша из квартиры рядом. Та бы донесла и родителям, и всему двору, что у Люды появилась сердечная рана. Еще бы и придумала что от себя, точно.

А вечером ей позвонил Влад. К тому времени она уже успела успокоиться и решить, что все делается к лучшему. А еще Люда выспалась, прибегнув к дневному сну как самому лучшему и испытанному лекарству. В итоге проболтали с Владом они очень долго. Когда пожелали друг другу спокойной ночи, часы уже показывали половину второго, а ухо болело нещадно от того, как она прижимала к нему телефон. Но засыпала Люда с улыбкой на губах. Влад своими шутками умудрился здорово поднять ей настроение. И отдельную благодарность она испытывала, что он ни словом не обмолвился о вчерашнем происшествии.

И Влад не предупредил ее, что собирается нанести ей сегодня визит. Наверное, потому Люда так и удивилась, увидев его переминающегося под взглядами мамы в коридоре. И еще она постаралась не обращать внимания на легкое разочарование, кольнувшее душу.

- Привет! – тепло улыбнулась гостю, хоть и сама тоже засмущалась. Давненько к ней в гости не забредали мужчины, да еще и такие симпатичные.

Несмотря на явные признаки стеснения, выглядел Влад уверенным в себе красивым мужчиной. Люда словно сейчас увидела его впервые, оценив по достоинству все: и смуглое лицо с крупными но гармонично сочетающимися чертами, придающими тому дополнительную мужественность; и длинноватые для мужчины волосы, которые Влад, как догадывалась Люда, специально носил именно такими, и такая прическа ему невероятно шла, хоть и хотелось все время поправить челку, чтоб та не лезла в глаза; и стройную спортивную фигуру, отлично сочетающуюся с довольно высоким ростом. А стильный пуховик и джинсы-дудки отлично дополняли образ, делая Влада чуть моложе, чем он был на самом деле.

- Привет! – с ответной улыбкой отозвался он, и Люду окатило теплой волной его дружелюбия и человечности. – Не прогонишь?

- В такую погоду? – рассмеялась Люда. С утра валил густой мокрый снег. Видимость была практически на нуле, и воздух серел пасмурностью и влагой. – Как ты вообще решился выбраться из города?

- Я был предельно осторожен. Ехал с черепашьей скоростью.

- Так и будете разговаривать на пороге? – выглянула мама из кухни. При появлении дочери та деликатно удалилась, чтоб не смущать их еще больше. – Люся, пригласи гостя в дом, напои чаем…

- С плюшками, - рассмеялась Люда. – Раздевайся и проходи, - приблизилась она к Владу, принимая у того пуховик и торжественно вручая гостевые тапочки.

- Ну, плюшек не обещаю, а блины на подходе, - проворчала мама, снова скрываясь в кухне, откуда уже вовсю доносились ароматные запахи.

Люда провела Влада в свою комнату и вновь застеснялась тому, что та не совсем девичья. Повсюду валялись запчасти от компьютеров, на столе остывал паяльник и пахло канифолью. Стены украшали постеры с изображением рок музыкантов – увлечение юности. В общем, до идеального порядка комнате было далеко.

- Я был уверен, что ты не любишь розовый цвет, - рассмеялся Влад, закончив осмотр. – И ты очень необычная девушка. Подрабатываешь ремонтом? – кивнул он на разобранный системный блок.

- Подруга попросила, - бросила Люда и кинулась наводить маломальский порядок. Стыд оказался сильнее.

- А ты разбираешься в этом?

- Немного…

- И только этим отдельно можно восхищаться, - оглянулся Влад в поисках места, куда можно было бы опустить пятую точку.

Таких мест в комнате Люды было не так уж и много. Разве что диван. Но и тот сгодился, когда она просто все сгребла с него, плюнув на сортировку.

Влад просидел у нее до вечера, и Люда даже не заметила, как стемнело. Сначала они уплетали мамины вкусные блины с двумя видами варенья и болтали обо всем. Потом они просто болтали и много смеялись. Родители вели себя деликатно и в комнату Люды не заглядывали. Лишь раз еще мама крикнула с кухни, что ужин готов, и они с папой уже поужинали. Тогда они с Владом прокрались на кухню, прислушиваясь к громким звукам работающего телевизора, доносящимся из гостиной, и в очередной раз насмеялись и наелись от пуза мамиными фирменными котлетами с тушеной капустой на гарнир.

- Поздно уже, мне пора, - спохватился Влад, когда луна с намеком заглянула в окно Людиной комнаты.

- Я провожу, - подскочила Люда. Нестерпимо захотелось выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Снег к тому времени перестал, и даже небо очистилось. Только вот, сделало это поздновато – солнышко уже отправилось на покой. Зато звезды призывно сияли на небосводе, настраивая на романтический лад. И полная луна им в этом явно способствовала.

На крыльце у подъезда они остановились. Люде было немного грустно, оттого что замечательный день закончился. А Владу явно не хотелось уезжать. Но уже действительно было поздно. А к тому моменту, когда он доберется до дому, станет еще позднее.

- Замерзла? – привлек он Люду к себе, обхватывая обеими руками.

- Немного, - устроилась она поудобнее в его уютных объятьях. И отчего-то они казались ей естественными, как будто именно так и должно быть, и именно он должен обнимать ее вот так вот по-хозяйски.

Губы Влада приблизились к ее, и в его намерениях не осталось сомнений. Только вот Люда в последний момент проявила слабость. А может сработала нерешительность. Как бы там ни было, но она увернулась и уткнулась лицом в его пуховик, вдыхая его запах, невольно сравнивая его с тем, другим.

- Когда я тебя увижу снова? – пробормотал он ей в макушку, и Люда с облегчением перевела дух, не заметив в его голосе обиды. Какой же он хороший, чуткий и понимающий!

- Не знаю, - пожала она плечами.

- Может быть, завтра? – с улыбкой в голосе спросил он. – Боюсь и до завтрашнего вечера ужасно соскучусь.

- Завтра понедельник, - пробубнила Люда, не переставая тыкаться в полу его пуховика как слепой котенок.

- Ну и что. Отвезу тебя домой и увижу, - прижал он ее к себе сильнее и зарылся лицом ей в волосы.

- Так ты на одном бензине разоришься.

- Не разорюсь. Забыла, кто я? – потерся он носом об ее макушку, а потом быстро чмокнул.

- Хорошо, - только и ответила Люда. Этот мужчина ей нравился, и она ничего не имела против еще одной встречи с ним.

- Тогда традиционно жду тебя после работы.

- Тебе пора, - высвободилась она из его объятий, сразу же замерзнув снова. Пуховик Люда накинула на футболку, и холодный воздух бесцеремонно пробирался под воротник и в рукава.

- Беги, а то совсем закоченеешь, - подтолкнул легонько он ее к двери, не пытаясь поцеловать снова, за что Люда была ему благодарна. – Спокойной ночи, моя принцесса!

Как здорово он это сказал! Словно озвучил ее мысли. Ведь он тоже был ее принцем, который уже спас ее однажды. А теперь продолжает спасать дальше.

Поднималась Люда по лестнице в полной уверенности, что дома ее ждет допрос с пристрастием. И она не ошиблась. Пока не рассказала родителям, кто такой Влад, и не охарактеризовала его по-всякому, спать ее не отпустили. И в отличие от прошлой ночи, на этот раз она уснула сразу же, как только коснулась головой подушки, и спала крепко и без сновидений.