5

***

Перешагнув порог своей квартиры, Гриша испытал облегчение. Все же его дом был для него всегда, чем-то вроде убежища, где можно было скрыться от проблем и всего, что беспокоит.

Немного отдохнув, он занялся приготовлением своего ужина. Но в дверь неожиданно позвонили.

Сегодня захотелось замариновать для себя куриные крылышки в медово-горчичном соусе. Он любил такие необычные сочетания. Одновременно сладкое и острое.

И, как всегда, по уже устоявшейся привычке, соус распределял пальцами. Не признавал он использование всяких кисточек в процессе готовки. Повар должен руками чувствовать продукт, с которым работает, вкладывать в его приготовление свою душу и энергию. Так он считал и к этому приучал своих поваров в ресторане.

Облизывая пальцы и не глянув в «глазок», открыл дверь.

Обнаружившийся на пороге Егор тут же расплылся в плотоядной улыбочке.

– Как заманчиво… – промурлыкал он и прежде, чем Гриша успел отреагировать, цапнул его за руку.

Гриша заворожено наблюдал, как его палец сначала медленно облизали, неотрывно глядя в глаза. А потом пропустили сквозь губы, внутрь горячего рта. От порнографичности происходящего у Гриши дыхание перехватило, а в паху сладко заныло.

– Вкусный… – проурчал этот «змей-искуситель». – Пригласишь в дом?

Только в этот момент Гриша очнулся и сообразил, что застыл как каменное изваяние.

– Да, конечно. Проходи. – он отступил в сторону, пропуская незваного гостя. – А что ты тут делаешь? – спросил насторожено.

Егор будто сразу заполнил собой все пространство. Остановился в прихожей и с любопытством заозирался вокруг.

– У тебя очень уютно. В прошлый раз я даже не успел ничего рассмотреть.

– И все же? – намекнул Гриша на то, что он уклонился от ответа.

– Накормишь меня? – Егор сдвинул брови «домиком» и жалобно протянул. – По-о-ожалуйста! Заодно и поговорим.

Гриша кивнул ему в сторону кухни, а сам пошел отмывать от соуса руки.

– О, ты как раз ужин готовишь? Давай помогу.

Егор лукаво улыбнулся, и Гриша готов был поклясться, что в этот момент он вспоминал, как они готовили втроем у них дома. И как готовка периодически прерывалась спонтанным сексом на любой горизонтальной поверхности, будь то кухонный стол, подоконник или диванчик.

Гриша разволновался. Почему-то в эти минуты он чувствовал себя так, будто это было свидание. И будто интересный ему мужчина впервые пришел в его дом. При этом оба понимают, чем закончится сегодняшний вечер.

Но ведь это история не про них.

Отправив Егора заниматься свежим салатом, Гриша вернулся к крылышкам. Но по загривку и вниз по позвоночнику то и дело пробегали мурашки. Он был уверен, что Егор сейчас смотрит на него. И не просто так смотрит. Такой его взгляд, от которого встает все что может встать, он знал хорошо.

И словно в подтверждение его догадок, Егор нет-нет да и прикасался к нему невзначай. То якобы потянувшись вверх за тарелками, то слишком близко проходя к раковине.

Гриша вздрагивал каждый раз и косился на вездесущего «гостя».

А «гость» себе ни в чем не отказывал. И через несколько минут неожиданно оказался у него за спиной. Очень близко. Не прикасаясь и не прижимаясь, но настолько близко, что Гриша кожей чувствовал тепло другого тела. Когда по бокам от него на столешницу легли руки, он сделал глубокий вздох и замер.

Егор ничего не говорил. Он был слишком занят… Гришей. Теплое дыхание прошлось по его шее, вызвав новую волну мурашек. А следом за ним аккуратно пробежались губы.

Чтобы не застонать от нахлынувшего удовольствия, Гриша больно прикусил нижнюю губу. Но побежавшее по крови возбуждение остановить уже не мог.

– Что ты делаешь? – неожиданно осипшим голосом спросил он.

– Я соскучился. По тебе, твоему запаху, тому как ты чутко реагируешь на прикосновения, вздрагивая и учащенно дыша. Прямо как сейчас.

Все это говорилось с тихо, с придыханием и урчанием. И каждое сказанное слово резонировало сейчас по напряженным нервам Гриши.

Егор прошелся носом по его шее, шумно втянул воздух и зарылся лицом в волосах на затылке. А Гриша вцепился в куриные крылышки, как в спасательный круг. Очень хотелось, чтобы Егор не останавливался.

В паху уже не ныло, а все потяжелело и требовало внимания. Домашние брюки не могли скрыть возбуждения Гриши. И то ли от смущения, то ли из-за внутреннего протеста, не желая радовать Егора своей реакцией на него, Гриша пахом прижимался к кухонной тумбочке. Его член упирался в вертикальную поверхность, слегка елозил по ней, от чего приятный озноб пробегал по телу. Или возможно он пробегал еще и от того, что в ягодицы упиралось яркое доказательство возбуждения Егора.

Окружавшие его руки, нырнули в миску с соусом и крылышками, и переплели их пальцы вместе. Гриша смотрел на них заворожено и боялся шелохнуться. Боялся того, что если сейчас повернется к Егору, то сам поцелует его. Первым.

И пока он боролся с собой и пытался удержаться от соблазна, губы Егора пропутешествовали по щеке и отыскали его рот. Гриша и не заметил, как оказался лицом к нему. В задницу болезненно упиралась столешница, в паху уже все болело и требовало большего внимания, чем еще один упирающийся в него член и прижимающееся горячее тело.

Но всего этого Гриша не замечал. Как и не замечал того, что жадно отвечает на поцелуй и громко постанывает Егору в губы, обняв его за шею и прижавшись всем телом.

Как долго длился их поцелуй, Гриша не знал. Останавливаться очень не хотелось. Да и не нашел бы он в себе сил это сделать.

Но неожиданно остановился сам Егор. Тяжело дыша, будто после длительной пробежки, он уперся лбом в его лоб.

– Нам нельзя… – тихо прошептал Гриша, не в силах разорвать зрительный контакт с гипнотизирующими его глазами.

Егор в ответ тихо рассмеялся.

– Илья был бы только «за». Еще бы и присоединился по мере возможности. Или потребовал хотя бы показать.

– Не потому… – отрицательно мотнул головой Гриша. – Слишком сложно все. Мы же не… – ему не дали договорить, прижав к губам пальцы сладкие от соуса.

Гриша совершенно неосознанно, рефлекторно их лизнул. А потом также, на автомате, еще раз.

– Что же ты со мной делаешь… – застонал Егор. – У меня же сейчас яйца взорвутся из-за шалостей твоего юркого язычка. Я же помню, что он может вытворять.

Гриша отвел взгляд и попытался скрыть улыбку. Было приятно осознавать, как остро реагирует на него Егор. Но все же…

– Давай займемся нашим ужином. Хотя бы там все четко и понятно.