6

***

Егор сделал шумный вздох и выдох. Он обещал себе учиться слушать и слышать Гришу. Это было нелегко, когда так распирают эмоции. Но взяв себя в руки, он пусть и нехотя, но отодвинулся.

Гриша тут же этим и воспользовался, проскользнув между ним и тумбочкой к плите. Ходить с напряженным членом, так и не получив желанной разрядки, было очень неудобно. У Гриши мысль об этом вызвала нервный смешок.

– Что тебя так рассмешило? – прищурил свои хитрые глаза Егор.

– Да так… Ничего особенного. – Легкий румянец побежал по щекам Гриши. Он бы ни за что не признался.

– Я ведь могу и помочь с этим… «ничем особенным». – Егор кивнул на хорошо заметную выпуклость в паху Гриши.

– Ужин! Мы занимаемся ужином и ничем другим.

Гриша засуетился, выкладывая крылышки в форму, включая плиту на запланированное время, выставляя нужную температуру. И сам не замечал, как постоянно улыбался.

Такая игра в соблазнение приятно будоражила. Не было того нахрапа, с которым его атаковали боссы раньше. Егор соблазнял мягко, осторожно, давай возможность отступить, остановиться в любой момент.

– Так почему ты сегодня сбежал из больницы?

Вопрос Егора застал врасплох и прозвучал тогда, когда Гриша меньше всего ожидал. Где-то на середине процесса поедания крылышек, когда Гриша совсем расслабился и отвлекся на беседу «обо всем и ни о чем».

– Я… я не сбежал. – он опустил глаза в тарелку.

– Ну да, ну да, расскажи мне. – Егор чуть подался вперед. – Зайчик, я неплохо тебя изучил. Твою мимику, реакции, эмоции. Не скажу, что ты для меня открытая книга. Но все же я знаю, что сегодня ты сначала выскочил из палаты, как ошпаренный, а потом слинял вместе с Юрой.

– Я не Зайчик. Не называй меня так. – возразил Гриша, нахмурившись, но, по сути, тянул время, чтобы найти что ответить.

– Не проблема. Не буду так называть. Но и ответ на свой вопрос жду.

Егор настаивал. Не давил, не запугивал, не требовал. Просто выжидающе смотрел так, что Гриша не знал куда себя деть и не мог сообразить, как уйти от ответа.

– Не надо, – будто прочитав его мысли, Егор покачал головой. – Правду говори. Мы и так слишком запутались во всем. Так никогда не разберемся что к чему в наших отношениях.

Он был прав. Гриша это очень хорошо понимал. Молчание и не проговоренные вопросы, претензии их и так уже завели в тупик. И он решился.

– Я почувствовал себя лишним. Когда вы целовались, я видел вас одним целым. Вы – семья. А я там вообще не к месту был.

Егор выдал целый набор эмоций. Удивился, мотнул головой, будто прогонял абсурдную мысль, нахмурился.

– Это что за новости такие? Именно потому что ты лишний, мы и соблазняли тебя так активно? Уговаривали вернуться? Не думаешь, что это нелогично?

– С тех пор многое что изменилось, – голос Гриши стал тише, но он быстро затараторил. – Илья чуть не умер, ничего не помнит пока что. И возможно ему не нужны будут такие отношения на троих. Тебя он еще вспомнит, потому что любит. А я в этой формуле вообще никто. Он даже не знает КТО Я. Ты почему-то ничего ему не сказал. И теперь вообще непонятно зачем я там.

На душе снова стало тяжело. А в голове и до этого разговора была полная неразбериха.

Егор какой-то время молчал. Затем неожиданно поднялся, подошел к Грише, стал очень близко, буквально навис над ним.

– Вот что ты себе уже надумал? Да, не сказал, кто ты. Но хотел предложить самому завтра с Ильей поговорить. Даже без моего присутствия, чтобы ничего тебе не мешало. Ты имеешь право рассказать, кто ты и как вы были связаны. И только тогда нужно будет смотреть, как отреагирует Илья. Не сейчас об этом думать и предполагать. А действовать по ситуации.

Егор сделал паузу, не отводя пристального взгляда от смотрящего на него снизу вверх Гриши, который замер и будто не дышал.

– Дальше. С моей стороны ничего не изменилось. Ты мне нужен. И не только, как иногда приходящий любовник. – Егор снова шумно выдохнул. – И еще одно. Илья вспомнит и тебя. Потому что ты тоже ему нужен. Он просто боялся… боялся, что привязался к тебе слишком сильно.