Глава 8

Богдан

Жажда. Дикая. Неуёмная. Всепоглощающая жажда. Такая, что желудок сводит, пока бешеное биение сердца разгоняет по венам вскипающую кровь. Пульс долбит в уши. Ломит виски. Я ни черта не слышу, кроме этих ударов, короткими медленными рывками втягивая в себя кислород, пока смотрю вслед убегающей девчонке.

Вот уж и правда ведьма!

Просто потому, что это реально что-то запредельное. Ни разу в жизни до этого момента мне не хотелось сломя голову броситься за кем-либо и догнать, вернуть, заставить остаться. На любых условиях. Моих. Я вообще не из тех, кто в ком-либо нуждается. По крайней мере, так было, сколько себя помню. Ровно до этого момента. До неё.

Синеглазка с золотистыми косами. Та, кто самим фактом своего существования выбивает весь воздух из моих лёгких, стоит лишь раз на неё посмотреть. Финита ля комедия всей моей жизни с первого взгляда. И как на повторе, одно и то же в моей голове картинкой из недавнего прошлого, как эта ведьма стоит перед всем классом и не смотрит ни на кого из нас, пока в её волосах играют лучи солнца, а я могу думать лишь о том, как сильно зудят мои ладони от желания намотать эти косы на кулак. Натянуть на руку, запрокинуть симпатичное личико, которое она зачем-то прячет за несуразными очками, а затем накрыть искусанные розовые губы своими, и терзать, терзать, терзать. До синяков. В кровь. Не только её губы.

Всю…

Чтоб на этой миниатюрной хрупкой фигурке не осталось ни миллиметра, которое бы я не отметил…

Кажется, я шизанулся.

Но не похрен ли?

Похрен.

Тем более, что один шанс остаться нетронутой я ей уже предоставил, когда свалил из класса, начав терять контроль, с которым у меня и без того всегда вечные проблемы. Второго шанса не будет. Не после того, как я слышу от неё писклявое и ни разу не убедительное:

«Никогда. Никогда больше так не делай…»

Смешная. Пугливая.

И вкусная, аж до отвала башки.

Да, башню сносит по крупному. Даже после того, как она сваливает от меня. Очень уж глубоким осадком въедается в нутро её сладкий запах.

Чем она себя облила?

Феромоны? Афродизиаки?

Поэтому меня так клинит до сдвига по фазе?

Хотя пофиг, почему. Куда интереснее поднять потерянные ею при побеге от меня ленты, очки, сумку. Неплохой такой повод встретиться с девчонкой вновь. Мне-то самому он не нужен. Но теперь и у неё не будет повода и возможности удрать от меня раньше времени.

Сумку перекидываю через плечо, заодно и свой рюкзак подбираю. Очки засовываю в карман. А вот атласные ленточки… ленточки решаю оставить себе. Они хранят тонкий, едва уловимый запах моей ведьмы. Повязываю обе на левое запястье, чтоб оставались на виду и в лёгкой досягаемости.

— Ну что, нашла тебя та рыжая красотка? — интересуется Измайлов из параллели, вывалившийся из раздевалки, едва я покидаю тренажёрку.

Он не один. Вместе с ним и вся его компашка баскетболистов-качков любителей покрасоваться своими бицепсами перед девчонками. Все как один одновременно с озвученным вопросом заглядывают мне за спину, словно за ней могла бы сейчас спрятаться синеглазка, но естественно ни хрена не находят. Кроме моей не особо дружелюбной реакции.

— Как запомнил, так и забудь про неё, — советую мрачно в качестве ответа.

На роже Измайлова отпечатывается удивление. Вместе с ним приходит и понимание, что лучше бы так и сделать. Но не его дружку справа.

— Ты же с Марго, зачем тебе вторая? — хмыкает Решетов.

А я смотрю на него и размышляю, то ли съездить ему по челюсти, чтоб точно заткнулся, то ли проявить ещё немного терпения и подождать, когда он вспомнит, кому именно сейчас эту дичь ляпнул.

Реально вспоминает.

Хотя и не совсем он.

— Не все же такие лузеры, как ты, — пихает локтем в бок Решетова Садовский. — Я бы на месте Дана тоже не отказался иметь две тёлки сразу. Зачем отказывать себе в таких маленьких радостях жизни?..

— Ты бы ни на чьём месте не отказался, только тебя даже Харитонова, которая обычно вообще всем даёт, отшила, так кто из нас рил лузер? — огрызается Решетов.

Коридор наполняет всеобщий ржач. Хотя тот же Измайлов ненавязчиво жмётся ближе к стеночке, заметив, что всеобщее веселье обходит меня стороной, и своих дружков тоже двигает прочь с моей дороги.

Что сказать…

Проблемы с контролем гнева у меня случаются и за меньшее. Тут каждый об этом наслышан. Везёт им, что у меня есть куда более насущные дела.

Например, куда пошла ведьма, когда от меня свалила?

Разумеется, в жилой блок. Покинув неудачников из параллели, я направляюсь прямиком туда. Выяснить, куда именно заселили златовласку, тоже не сложно.

Сложнее то, что будет дальше…

Моя рука замирает перед нужной дверью, едва я слышу донёсшийся из-за неё всхлип. Тихий. Едва уловимый. Но точно он. Сперва один. Затем другой. И ещё. И ещё.

Она плачет.

Из-за… меня?

Из-за того, что я сделал?

И кто скажет, почему одна только мысль об этом будто чёрную дыру в мозгах моментально прожигает? По венам уже не кровь бурлит, сгустки чистейшего яда. Травят. Оставляют горький тошнотворный привкус, от которого срочно требуется избавиться любым доступным способом.

Набить кому-нибудь рожу — фактически идеальный способ. Проверенный. Неоднократно. Есть и другой. Хотя им пользоваться в данный момент я не намерен.

Или намерен?

Потому что он буквально сам плывёт в руки, стоит мне отвернуться от двери в комнату синеглазки.

— Дан? — удивлённо хлопает ресницами остановившаяся передо мной Марго. — Ты что здесь делаешь? — спрашивает, а сама скользит липким взглядом по моей руке, в которой зажата лямка женской сумки.

— С каких пор тебе интересно, чем я занят? — отзываюсь, вопросительно выгнув бровь.

— Мне всегда интересно, просто не хочу тебя доставать приставучими расспросами, как последняя ревнивица.

На её сдобренных жирным блеском губах расползается кокетливая улыбка, а Градская прижимается ко мне ближе, обдавая терпким облаком своего цветочного парфюма, тронув пальчиками моё плечо, заискивающе глядя мне в глаза снизу-вверх.

Мля, терпеть не могу, когда она такое исполняет.

— Мы расстались, Марго. Забыла? — избавляюсь от навязчивого прикосновения.

— Я помню, — улыбается она беззаботно. — Но это же не значит, что мы не остались друзьями? — добавляет всё в той же кокетливой манере, выдерживает короткую паузу, после которой опять прижимается ко мне вплотную. — К тому же, я же вижу, какой ты весь напряжённый сегодня весь день. Кто ещё может так помочь, если не я?

— Помочь… по-дружески? — ухмыляюсь, глядя на неё со всем шмальнувшим мне в мозг скептицизмом.

— Почему нет? — округляет глаза девушка. — Я помогаю тебе, а ты мне. Никаких обязательств, — чуть отодвигается и вновь переводит своё мнение на женскую сумку. — Конечно, если у тебя нет каких-то других планов на ближайшие полчаса, — заканчивает многозначительно.

Вообще-то планы и у меня как раз есть. Вернее, были. А теперь… А что теперь? Стоять тут и дальше под дверью, как истукан, слушая чужие всхлипы, ощущая себя последним мудаком? Или же реально пойти, найти себе новые неприятности и отвести душу, помахав кулаками? А может поступить гораздо проще? Как и предложила Марго.

Размышляю я не так уж и долго.

— Нет, других планов у меня нет. Идём, — соглашаюсь после недолгих сомнений.

Сумка ведьмы остаётся перед её дверью.