2

***

Костя аж захлебнулся от возмущения.

– Ты че, охренел? А ну убрал свои блядские глаза с моего члена. – схватился он за одеяло и натянул его чуть ли не до самого подбородка.

Никогда в жизни Костя еще не чувствовал себя НАСТОЛЬКО голым.

Нет, ну случалось, что они с друзьями отдыхали в бане. Да и на работе нередко душ принимал, когда вокруг крутились коллеги. Но никто и никогда не смотрел на него как… как на того, кого собираются поиметь.

Никита только саркастично хмыкнул в ответ, перекатился на спину, широко зевнул и почесал живот. А заодно и по члену ладонью прошел.

– Хорош истерить с утра пораньше.

Он насмешливо фыркнул, сладко потянулся, и будто специально вильнул бедрами. Его находящийся в полной боевой готовности член качнулся как маятник метронома. А Костя залип на этом мерном покачивании того на что ему смотреть было в принципе не положено.

– Раз уж ТАК облапываешь взглядом, мог бы хотя бы руки подключить. – донесся до него словно сквозь пелену язвительный комментарий.

– Чего? – будто очнувшись от гипноза, Костя дернулся и перевел взгляд на лицо Никиты. И тут его осенило. – Ты что? Из этих… вот тех…?

– Каких таких «тех»? – сдвинул брови Ник.

Уточнять Костя не решился. Никита был намного крупнее его. И если надумает двинуть, то он точно улетит с кровати головой в пол и костей не соберет. Да, у него где-то там в одежде было с собой табельное. Но до него же еще успеть добраться нужно. И толку-то? Применять против гражданских без особой угрозы его нельзя. А этот голый «лось» в постели, судя по всему, угрожал сейчас только его заднице.

Потенциальная жертва домогательств явно была очень против и рефлекторно поджалась, заставив непроизвольно попятиться назад.

Никита заметил эту попытку к бегству, ехидненько улыбнулся и решил повысить ставки. Перевернулся на бок, погладил член и пошленько промурлыкал.

– Ты даже не представляешь от чего отказываешься, сладенький, – для пущей убедительности еще и протянул руку к Косте.

«Угроза» подействовала именно так, как он и рассчитывал.

Костя испугано икнул, вылупил на него свои красивые глаза и опрометчиво-быстро попятился назад. В чем был подвох, он сообразил только тогда, когда неожиданно свалился с довольно высокой кровати, и, больно приземлившись на задницу, еще и затылком стукнулся так, что аж звездочки перед глазами замелькали.

– Живой? – раздался красноречивый хохот где-то сверху.

– Иди в задницу! – рявкнул Костя в ответ и тут же пожалел об этом – в ушах зазвенело.

– Да я бы с удовольствием, – как-то уж чересчур игриво проурчал Ник. – Тем более мне сверху тут такой чудненький вид открывается.

Костя пришел в себя моментально. Резко поднял голову, которая еще звенела от удара.

Ешки-матрешки! Разлегся тут на полу голый с ногами вразлет. Только и осталось, что сверху «припарковаться». Снова испугавшаяся, слегка пришибленная после падения «пятая точка» мобилизовала весь организм в считанные секунды. Он и сам не заметил, как оказался на ногах. Наклонился, сцапал свои вещи, одновременно ища глазами выход.

– А так вид еще лучше, – прилетело ему… ну почти в спину.

Костю из спальни просто вышвырнуло. Наспех запрыгивая в джинсы, заталкивая боксеры в карман, он сшибал плечом чужую мебель и судорожно пытался вспомнить где его обувь.

– Что, даже кофе не выпьешь? – в дверном проеме нарисовался спокойный, как сытый удав, Никита, к счастью уже одетый в домашние брюки. Он оперся плечом о косяк и с ироничной улыбкой наблюдал за метанием по комнате нервного, несостоявшегося любовника.

Как назло, кофе захотелось до жути. Даже страх за целостность «тушки» чуть отступил на задний план перед таким соблазном.

И хозяин квартиры считал это моментально. Недаром говорят, что бармены отлично разбираются в людях.

– Идем. Не съем я тебя. Позавтракаешь и сбежишь, как и порываешься сейчас.

Мысль о еде заставила желудок жалобно заурчать. В последний раз Костя нормально ел где-то вчера в обед. И то, на ходу схомяченный бутерброд вместе с кофе, вряд ли можно засчитать за полноценную еду.