1.3

Хироки. Он зовет меня?

Я сжимаю кулаки, стараясь сопротивляться, но странное потягивание не прекращается. Более того, чем сильнее я сопротивляюсь, тем больнее пульсирует метка на губах.

— Не пойду, — шепчу я в пустоту. — Ни за что не пойду к тебе.

Но всю ночь я чувствую этот зов. И всю ночь борюсь с желанием встать, одеться и побежать туда, куда меня тянет эта проклятая связь.

К утру я измотана окончательно. Встаю с головной болью и темными кругами под глазами. В ванной смотрю в зеркало и снова вижу его тень за своим плечом. На этот раз Хироки выглядит довольным.

— Хорошо спала? — словно спрашивает его отражение, хотя губы не двигаются.

— Чтоб тебя перекосило.

Он улыбается только шире.

Я резко отворачиваюсь и выхожу из ванной. Но его насмешливый взгляд еще долго преследует меня.

На кухне завтракают Хаято и Акияма. Они поднимают на меня обеспокоенные взгляды.

— Ты выглядишь ужасно, — констатирует Хаято.

— Спасибо, приятно слышать, — сухо отвечаю я, наливая себе кофе. Он, конечно, тоже безвкусный. Но даже такое дрянное утро лучше, когда с кофе.

— Не спала?

— Он звал меня всю ночь. Через эту проклятую связь.

Акияма хмурится:

— Звал? Как? И точно ли звал?

— Тянул. Словно на невидимой веревке. — Я массирую виски. — И чем сильнее я сопротивлялась, тем больнее становилось.

— Нужно рассказать об этом Осакабэ-химэ, — решает Хаято.

— Потом. Сначала я хочу проверить кое-что.

— Что именно?

— Хочу съездить в «Ракун». Посмотреть, как дела у хозяина Окавы. И заодно узнать, не замечал ли он ничего странного.

Хаято явно не доволен этой идеей.

— Это может быть опасно. Если Танака Хироки действительно может отслеживать тебя через метку...

— Тем более нужно знать, как это влияет на окружающих, — перебиваю я его, делая глоток. — Особенно на тех, кто мне дорог.

Час спустя мы едем к «Ракун». По дороге я замечаю, что на улицах меньше людей, чем обычно. Многие магазины закрыты, хотя сейчас время активной торговли. Атмосфера в городе действительно стала какой-то... нездоровой.

Мы с Хаято выходим возле лапшичной, Акияма, естественно, не поехал. Хозяин Окава как обычно стоит за стойкой, но когда видит меня, его лицо озаряется особенной радостью.

— Ямада-сан! — приветствует он меня. — Как хорошо, что вы пришли. Я уже начал беспокоиться.

— Беспокоиться? — удивляюсь я, садясь на свое обычное место.

— Вы выглядите... по-другому. — Темные глаза чуть прищуриваются. — Словно вас что-то тяготит. Что-то тяжелое.

Значит, изменения заметны даже постороннему глазу. Плохо. Хозяин Окава готовит мне лапшу, и я тайно надеюсь, что уж любимое блюдо не подведет, но… снова чувствую только текстуру, а не вкус.

— Что-то не так с блюдом? — замечает он.

— Нет, все прекрасно, — быстро отвечаю я. — Это я сама… немного нездоровится.

В это время в лапшичную заходят еще несколько постоянных посетителей. Пожилая пара, которая приходит сюда уже лет двадцать (как-то подслушала их разговор), и молодой офисный работник, который обедает здесь каждый день.

— Ох, эти кошмары опять, — громко жалуется пожилая женщина мужу. — Всю ночь мне снились какие-то тени. Преследовали меня по темным коридорам.

— И мне, — кивает муж. — А вчера по телевизору говорили, что по всему городу люди говорят об одном и том же.

Офисный работник поднимает голову от своей пиалы:

— А у меня вчера на работе коллега упал в обморок. Говорит, увидел в зеркале в туалете своего умершего отца. Врачи сказали, что это переутомление, но он клянется, что все было по-настоящему.

Слушаю эти разговоры, и настроение только ухудшается. Все эти странности начались после того, как Хироки поставил на меня свою метку. Неужели через меня он получает доступ к... ко всему городу?

— Окава-сан, — тихо зову я его. — А вам ничего не снилось странного?

Он задумывается, ловко протирая стакан:

— Знаете, снилось. Вчера во сне ко мне пришел мой отец. Он умер десять лет назад. Сказал, что грядут тяжелые времена, поэтому мне нужно беречь тех, кто мне дорог.

Мне становится дурно. Это все из-за меня. Явно какой-то катализатор. Из-за того, что я позволила Хироки себя поцеловать, из-за этой проклятой метки весь город погружается в хаос.

Еда больше не лезет. Хорошо, что Хаято уже поел.

— Извините. — Я резко встаю. — Нам нужно идти.

— Ямада-сан? — Хозяин Окава смотрит на меня с беспокойством. — Вы же вернетесь?

Я оборачиваюсь в дверях. Внутри что-то екает. Очень непривычно, когда о тебе кто-то волнуется. Особенно, когда это не близкий человек.

— Конечно, — отвечаю я, стараясь улыбнуться как можно беззаботнее. — Обязательно вернусь.

Пусть не в ближайшее время, но обязательно вернусь. И плевать, кто там желает мой мир. И не только мой.

***

Утром я просыпаюсь под звуки телевизора из гостиной. Акияма всегда включает новости, пока готовит завтрак — привычка, оставшаяся еще с тех времен, когда он следил за упоминаниями о себе в прессе. Но сегодня голос диктора звучит особенно напряженно, и я невольно прислушиваюсь.

— Третий день подряд службы экстренного реагирования фиксируют аномальный рост обращений граждан. Жители жалуются на галлюцинации, кошмарные сновидения и встречи с умершими родственниками. Психиатрические клиники переполнены.

Я встаю с постели, чувствуя, как в груди сжимается тяжелый узел вины. Иду в гостиную, где Акияма стоит перед большим экраном, сосредоточенно слушая новости.

— Представители корпорации «Танака Групп» выступили с официальным заявлением. По словам пресс-секретаря, компания готова взять на себя ответственность за стабилизацию обстановки в городе....

— Стабилизация? — фыркаю я, подходя ближе.

На экране появляется знакомое лицо. Не сам Хироки, но один из его подчиненных — человек в дорогом костюме с натянутой улыбкой.

— Корпорация «Танака Групп» понимает обеспокоенность граждан текущей ситуацией. Мы готовы предложить комплексные меры по обеспечению безопасности и психологической поддержки населения. Наши специалисты уже разрабатывают программы...

— Какие еще специалисты? — шепчу я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Акияма переключает канал. Но на другом та же тема, но подача иная:

— Эксперты не исключают, что массовые галлюцинации могут быть связаны с экологической обстановкой. Некоторые активисты указывают на активную застройку исторических районов города...

Еще один канал:

— «Танака Групп» объявила о запуске программы «Безопасный город». В рамках инициативы будут установлены дополнительные камеры наблюдения, созданы мобильные пункты психологической помощи.