Суккубы и Инкубы

Описание: Эта история об аморальном и низменном: о сексе, разврате, групповушках, изменах и похоти!

В тексте: Даб-кон, Течка / Гон, Gangbang, Суккубы / Инкубы, Секс-магия, Нецензурная лексика, Групповой секс, Кинки / Фетиши, PWP, Омегаверс, Полиамория, Элементы стёба, Альфа/Альфа

Нового омегу на курсе приметили все. Мальчик-одуванчик перевёлся к ним с медицинского, отчего вдруг решил сменить профессию, никого не интересовало, а вот его длинные ноги, узкие бёдра, густые чёрные локоны и охуенный запах приводили всех альф в экстаз.

Пах одуванчик как девственник и вёл себя скромно, опускал пронзительно-синие глаза долу, прикусывал пухлые губки, не лез знакомиться, не соблазнял. Точнее не делал это намеренно. Но стоило ему появиться на занятиях, и члены у всех вставали по стойке смирно.

Янус с братьями и друзьями учились в вышке на инженеров-техников, омег на курсе было двое, и оба крепко замужем. При этом глазками стреляли и подкатывали. И парни на безрыбье их даже тискали временами. Но само собой с новичком этих было не сравнить. За одуванчиком выстроилась очередь, делили его чуть ли не с первого дня, ставили — кому больше повезёт. И омега вроде открытый, доверчивый, но в последний момент всегда срывался с крючка. Да и сами альфы с ним чувствовали неуверенно:

— Таких не катать по ковру надо, а обхаживать.

Одуван этот по имени Ники Раймонд стал занозой и для компании Януса. Родя и Лекс — спортивные блондины, бритые и в татуировках, кузены Януса (но внешне с ним почти неотличимые), близнецы, хоть и не однояйцовые, но одноизвилинные точно, за Ники бегали с высунутыми языками. Пытались зажать в каждом углу, но сами же и отступали. Ники делал огромные глаза, бурчал что-то про «так же нельзя», напоминал про занятия и другие важные дела, и эти остолопы с глупыми лыбами отваливались. Пётр, задрот-зануда, учился с ними со школы, весь такой правильный и умный, в больших очках и при галстуке, хилый, светлокожий и с тёмной макушкой, за Ники ходил хвостом. Двери открывал, помогал на лабах. Ники, конечно, небезмозглый, на удивление сам справлялся с заданиями, но помощь принимал с благодарностью. А Влад на омегу дрочил не скрываясь. Бывший спортсмен, под два метра ростом, рыжий-конопатый, вписался в их компанию с первых дней студенчества. Янус, Пётр, Родислав и Лекс планировали вместе снимать жильё и подыскивали пятого квартиранта, чтоб счета делить было удобно. Влад помог найти супердешёвый вариант, двухэтажный рядный домик недалеко от универа, с общим на всех жильцов бассейном и маленьким спортзалом. И как-то незаметно въехал с ними. Несмотря на рост, Влад оказался тихим, консервативным и добрым увальнем.

После пары месяцев мытарств вся компашка подшофе решила действовать с напором, брать быка за рога, а омегу за член. Соблазнить, раскрепостить, поделить, если сложится. Или оставить тому, кому улыбнется удача. Янус, необременённый моралью и комплексами, голосовал за делёж. С омеги не убудет, а с парнями он всегда договорится. Пётр и Влад метались с решением, оба собственники, но уж больно хотелось. А Родя и Лекс кузена поддерживали — им лишь бы поебаться, и желательно в два ствола.

По результатам розыгрыша (тянули спички) победил Ян. Ему выпало счастье стать первым. Вытащить красавчика из скорлупы, расписать все прелести секса и, конечно же, завалить. Янус так и говорил — буду валить и ебать. И смотря на Ники, жадно облизывался. Но построить грандиозный план по пьяни это одно, и бахвалиться перед друзьями тоже дело нехитрое, а вот воплотить всё в жизнь, подступиться к неприступному, взломать замочек, подобрать ключик — та ещё задача.

Тёрся Ян вокруг да около примерно неделю, потом терпение лопнуло и он решил пойти ва-банк. Договорился с друзьями изобразить праздник, устроить ему день рождения и пригласить туда Ники. До днюхи Яну было ещё полгода, но терпеть стало совсем невмоготу.

Готовились просто — прибрали свою берлогу, заказали торт и купили бухла. Приличного для омеги и себе вискаря и колу. Приглашение вручал Пётр, задрот-зануда к Ники имел подход на занятиях, они сидели рядом и общались на умные темы, потому приглашение было вручено, обещание прийти получено, и все замерли в ожидании дня Х (с кодовым названием хуй).

Ники приехал накрахмаленный: белая рубашка, тёмные брюки, обтягивающие его соблазнительную попку. Густые чёрные кудри обрамляли идеальное, нежное, как персик, лицо. Кожа у омега почти светилась, так и хотелось его потрогать, лизнуть, пробраться пальцами под пуговички и сорвать с него штаны. Янус передвигался короткими перебежками, стояк мешал ходить. И думать тоже. На невинный вопрос: «А где остальные гости?» Ян посмотрел на сожителей и хрипло ответил:

— Вот мои самые близкие друзья. Мы и собрались.

— А я? — резонно спросил Ники.

— И с тобой хочу подружиться, — по-идиотски улыбнулся Янус, и парни у него за спиной заржали.

В общем, с горем пополам Ники оказался в квартире, сел за стол и смущённо опустил нос в тарелку. Янус налил ему полный бокал вина, попытался толкнуть тост. Что делать дальше, он не представлял. Ну не кидаться же на мальчика? Хотя оприходовать его прямо на столе стало бы идеальным подарком. Измазать тортом, вылизать, обсосать, испробовать его член на вкус и запихнуть в нежную задницу четыре пальца. Разыгравшееся воображение окончательно выбило мозги. Ян поплыл, да и остальные тоже. Нелепо ухаживали, вели какой-то дебильный псевдовозвышенный разговор. Ники явно старался поддерживать беседу, рассказывал о себе, что хочет стать проектировщиком и приехал учиться из соседнего городка, откуда каждое утро добирается до университета на электричке. У него большая семья, строгий и очень верующий отец, придерживающийся старых традиций, и невероятно заботливый и добрый папа. Всё это как-то пропустилось мимо слушателей, потому что Ники смущался, розовея ушами, и пах.

Так волшебно пах, словно вот-вот потечёт. У Януса даже мелькнула шальная мысль прикупить правильные таблетки и устроить омеге внеплановую течку. Только когда тот теперь согласится к ним приехать? Раньше надо было думать.

Под идиотские разговоры прошла пара часов, от неловкости Петька два раза сбегал покурить. Родя и Лекс допили вискарь и таращились на омегу. Влад несчастно вздыхал. А потом внезапно Ники стал краснеть сильнее прежнего, сжался как-то, становясь ещё меньше и походя на воробушка. А вернувшийся с улицы Пётр выдал объясняющее:

— Бля...

— Ники, ты как? — заметил состояние омеги Влад. — Может, тебе воды?

— У него течка, совсем очумели? — зашипел Пётр.

И только тогда стало очевидно — да, вот так к празднику прямо как заказывалось. Но что дальше-то?

— Может, такси вызвать? — почесал макушку Янус.

— Ты сдурел? — рыкнул Родя. — Ники, если тебе плохо, приляг на диван.

— Кажется, от вина развезло, — слабо ответил Ники.

Он поднялся из-за стола, чуть пошатнулся, и все пятеро альф рванули к нему, чтобы поддержать. Но стоило коснуться горячей кожи, приблизиться и вдохнуть сногсшибательный аромат, и многозначительное «бля» вырвалось у всех.