Глава 2

Он выглядел не так, как должно было выглядеть порождение тьмы.


Ни синих прожилок под кожей, ни смутного сияния в глазах, ни запаха серы, как предупреждали книги. Он был слишком живым. Слишком… настоящим.

Но с того самого мгновения, как я увидела его — среди приглушённого света камина, в воздухе, пропитанном дымом и вином, — я знала. Без сомнений. Без слов. Он демон.

Он стоял возле кресла, будто застигнут внезапно, будто сам не ожидал, что в его безмолвие вторгнутся. Шаг — и он бы сделал выпад, но не сделал. Его грудь вздымалась и опадала, тяжело, размеренно, как будто дыхание само по себе было проявлением силы.


Лёгкий сквозняк колыхнул прядь его волос — густых, черных, как уголь после дождя, с едва заметным серебром у висков. Они блестели, будто каждый локон хранил в себе частицу ночи.

Но на этом мягкость заканчивалась. Мир вокруг вдруг сжался, стал тесным. Мне захотелось опустить взгляд, спрятаться, исчезнуть — лишь бы не попасть под его холодные глаза.


Они были серыми, но не как пепел — скорее как сталь, из которой куют клинки. Они смотрели прямо, глубоко, слишком честно. В этом взгляде было что-то режущее — как лезвие по коже.

Подбородок — острый, упрямый, губы сжаты, углы опущены, будто слова, рвущиеся наружу, всегда обжигают. Он был высок, почти под потолок. Плечи — как стены. Руки — жилистые, тяжёлые, и казалось, стоит ему лишь пошевелить пальцем, и воздух послушно расступится.


Он был не созданием из сказок. Не эфемерным духом. Он был живым воплощением силы, грубой, земной, зловещей.

Но не только она пугала. Аура. Она висела в воздухе, как запах после грозы, плотная, ощутимая. Её хотелось вдохнуть, но при этом страшно было сделать вдох. Опасная. Притягательная. Соблазнительная, как тьма, обещающая покой.

Он был зверем, но не тем, что рычит.


Скорее тем, что наблюдает. Ждёт. Знает, что добыча всё равно сделает неверный шаг.

— Мне… не следует быть здесь, — выдавила я наконец, чувствуя, как голос дрожит.

Я знала, что ошиблась дверью. Знала, но, возможно, не случайно — ведь именно демоны умели притягивать к себе слабых и запутавшихся. Такова их природа. Обманщики, искушающие без слов.

Но в тот миг я боялась вовсе не обмана. Он не выглядел тем, кто предложит сделку.


Скорее тем, кто возьмёт всё, не спрашивая.

— Я бы не был так в этом уверен, — произнёс он.

Его голос был низким, как глухой раскат подземного грома. От него внутри всё сжималось, а кожа будто вспыхнула мурашками.

Я не могла отвести взгляд. Он смотрел на меня с тем видом, как будто давно ждал — не меня, а сам момент, в котором я появлюсь. И всё же, в его глазах мелькнула искра узнавания.


Словно я — не чужая. Словно где-то, когда-то, мы уже стояли так же: он — властный, я — растерянная.

Его взгляд скользнул по мне — черные глаза, бледная кожа, белые, почти светящиеся волосы.


И — ничего. Ни страха, ни презрения, к которому я привыкла. Он смотрел спокойно. Как на равную.

Тишина тянулась вязко. Воздух между нами стал густым, почти живым. Пламя камина отражалось в его глазах, словно пульсирующий свет крови. Если бы он не заговорил, я, возможно, так и застыла бы — превратилась бы в прах от его взгляда.

Я отвела глаза.


Первая ошибка.

— Мне нужно идти, — пробормотала я, ощущая, как ноги становятся ватными.


Повернулась — и тогда его голос, тихий, но властный, догнал меня:

— Эти следы на твоей коже… Откуда они?

Я застыла.
Сердце ухнуло вниз.


Он видел.

Моя рука сама скользнула к спине, к тонкому, ещё саднящему следу удара.
Щёки вспыхнули. Я медленно обернулась, и во взгляде демона уловила что-то новое. Не просто интерес.


Бешенство.

Костяшки его пальцев побелели, когда он вцепился в спинку кресла. Губы дрогнули. В глазах — чистый инстинкт, звериный, неумолимый. Он выглядел так, будто едва сдерживается, чтобы не рвануться ко мне.

«Он меня оценивает…» — мелькнуло в голове.


Но зачем?

Я качнула головой, голос прозвучал едва слышно:


— Я думаю, вы и так знаете ответ.

Он открыл рот, будто хотел что-то сказать, но не успел.


Дверь за моей спиной скрипнула, впуская запах вина и тяжелых духов.

В комнату вошёл лорд Варен.


Щёки пылали, движения были вялыми, язык заплетался.




— Так значит, ты уже познакомилась с Ашироном, — пробормотал он, протягивая руку к бутылке, которую я всё ещё держала. Его пальцы опустились мне на плечо, и я заставила себя не вздрогнуть. — А теперь ступай. У тебя много работы.

Аширон.


Имя звенело в ушах, как струна. Демон смотрел на нас — спокойно, выжидающе, и всё же в глубине его взгляда что-то шевелилось, тёмное и непонятное.

Когда в разговоре упоминали демонов, это всегда означало одно.


Сделку.

Я знала, что должна уйти. Убежать. Пока он не заговорил вновь. Пока не вплёл меня в сеть своих слов.

Но я всё же обернулась.


— Вы… уверены?

Лорд Варен будто очнулся. Его рука сжала моё плечо сильнее, и глаза, мутные от вина, на мгновение прояснились.


— Оставь нас, — произнёс он с суровостью, которая не вязалась с его пьяным видом. — И передай Ивере, чтобы отвела тебя домой.

— Но Мрак Лун… — начала я.

Он наклонился ближе, и его голос стал глухим, почти умоляющим:


— Неужели ты умрёшь, если хоть раз сделаешь то, что тебе говорят? Хоть раз, Нолия. Ради меня.

Я замерла.


Я никогда не видела страха в его глазах. А сейчас — он был. Настоящий, холодный страх. За меня.

Я кивнула. И выскользнула за дверь, стараясь не смотреть на демона.
Не дышать.


Не слушать.

Но даже когда дверь за мной захлопнулась, я чувствовала его взгляд. Он не просто следил. Он знал.

За эту короткую встречу Аширон разрушил всё, что я знала о демонах.
Они не были чудовищами из детских сказок.


Они были куда хуже — слишком человеческими.

— Да что с тобой? Ты как будто привидение увидела.

Голос Иверы вырвал меня из вязких, беспокойных мыслей. Я на удивление быстро догнала её и Лионеля у выхода из поместья. Ворота всё ещё были распахнуты настежь, словно челюсти какого-то чудовища, готового вот-вот сомкнуться, и сквозь них веяло прощальным холодом старого дома. В коридорах кипели последние приготовления: слуги сновали, закрывая ставни, гася свечи, затягивая бархатные занавеси. Всё — в ожидании приближающегося Мрака Лун, древнего праздника и одновременно проклятия, когда даже стены домов шептали, что демоны выходят из своих укрытий, чтобы напомнить Валории, кому по праву принадлежит ночь.

Такие же демоны, как тот, что сидел сейчас в гостиной лорда Варена. Как Аширон.

Я не ответила сразу. Мысли путались, словно ветви под ногами. Подтянув повыше на плечо узелок с одеждой, я оглянулась через плечо. Где-то наверху, в окне восточного крыла, мелькнуло бледное, измождённое лицо. Настолько бледное, что оно могло принадлежать призраку. Оно исчезло в ту же секунду, как только я моргнула. Но неприятное ощущение в животе, то липкое, холодное беспокойство, не исчезло.

— Чёрт, Нол... — выдохнула Ивера, внезапно останавливаясь прямо на середине дороги. Я чуть не врезалась в неё, а одна из телег с треском встала. — Что-то случилось? Ты ужасно выглядишь.

Я отмахнулась, будто могла прогнать её тревогу вместе со своими мыслями.

— Всё в порядке, — произнесла я, и даже услышала, как дрогнул мой голос. Но это было ложью.

Демон, Аширон, — не единственная беда, оставшаяся за воротами. Гарнок не прощает дерзости, даже такой ничтожной, какой была моя. Я уже видела перед глазами, как ремень опускается на спину, как кожа снова горит. И знала — заплачу за свою вспышку.

Если, конечно, к тому моменту от поместья Варена вообще что-то останется.

В голове роились догадки. Что делает демон под этой крышей? Пришёл заключить новую сделку? Или, быть может, потребовать старый долг? В обоих случаях лорду Варену не позавидуешь. Его богатства давно растворились в пыли, а честь — в винах и долгах. Да и сам он, казалось, всё чаще смотрел не на небо, а в бездну.

Я не была уверена, что хоть кто-то из нас, слуг, вернётся сюда после праздника. Не была уверена, что сама смогу. У меня уже и без демонов хватало собственных проклятий.

— Что, Варен решил, что прождал достаточно? — раздался писклявый голосок, от которого у меня немедленно свело челюсть.

Элиора. Моя личная гарпия. Невеста моего сводного брата и самое невыносимое создание, которому судьба могла свести человека на этой стороне мира. Она появилась из-за плеча Лионеля, с видом кошки, почуявшей кровь.

— Это ведь было вопросом времени, — продолжила она, скользя по мне взглядом, в котором смешались брезгливость и довольство. — Этот его масляный взгляд... и руки.

— Лорд Варен никогда бы так не поступил, — резко перебил её Лионель. Его голос дрогнул. Он посмотрел на меня — и поспешно отвёл глаза. Но я успела заметить, как на миг в них блеснуло что-то похожее на ревность. Или сожаление. Или стыд.

Странно. Особенно если вспомнить, что меньше часа назад этот же взгляд был полон вожделения.

— Ну, не знаю, — протянула Элиора, поддев локон пальцем. — Я слышала, что твоя драгоценная Нолия и бесплатно бы не отказалась.

Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок.

— По крайней мере, я не продаюсь, — выплюнула я. — И не прячусь за фамилией и подачками. Кстати, не ты ли скрыла от Кассара, что твой батюшка промотал всё приданое? Интересно, стал бы он так рьяно твердить о своей любви, если бы знал?

Элиора не ответила. Только её плечи напряглись, как у хищницы перед прыжком.

— Перестань, — прошептала Ивера, пихнув меня в бок. — Ты действительно этого хочешь? Три дня. Всего три дня без ссор, без поместья, без них. Можем ли мы хоть раз не втянуть Элиору в скандал?

Мы шли дальше, всё медленнее. За нашими спинами уже скрывались башни Варенхолла, за стенами царила тишина. Сумерки наползали на дорогу, ветви деревьев переплетались над головами, создавая туннель из теней.

— Тебе легко говорить, — отозвалась я, бросив последний взгляд назад. Ворота как раз закрывались, с глухим звуком, будто сердце дома остановилось. — Тебе ведь не приходится жить с ней.

— Может, ты и права, — тихо ответила Ивера, но в её голосе слышалась усталость, словно она произносила это не впервые.

Мы замедлили шаг, и я, нахмурившись, перевела взгляд вперёд. Дорога постепенно терялась в тумане, и вдруг...

— Ивера... – начала я. – Мне нужно рассказать тебе кое-что.

Но она меня не услышала.

Телега впереди резко остановилась, колёса заскрежетали по гравию. Из тумана, словно из другого мира, вынырнули две наездницы. Лошади под ними были тёмные, как ночь, а глаза животных сверкали отражённым лунным светом.

Я знала, кто они. И знала, зачем пришли.

И хоть они, возможно, ещё не догадывались — пришли они за мной.