Глава 5

Знаете, как чувствует себя женщина, полгода жившая в фильме ужасов, скрещённом с Днём сурка, и наконец нашедшая зелье, чтобы оттуда выбраться? Я вам отвечу, потому что это и есть моя история за последние полгода. Так что в настоящий период времени эта самая женщина чувствует себя абсолютно, безгранично, исключительно счастливой!

К чертям оставив работу, мы отправились в медовый месяц в Японию. Должно быть, там невероятно красивые пейзажи. Я потом посмотрела в интернете и убедилась в этом, однако нам с Демьяном было откровенно не до сакур. Мы были заняты наслаждением, которое даровали друг другу.

Гарантирую, еду в номера выдумали для таких молодоженов, как мы. Поселившись в люксе, мы вышли оттуда лишь один раз — тогда, когда выезжали из отеля. Тем не менее, по дороги в аэропорт честно попросили англоговорящего водителя такси остановиться, чтобы сфотографироваться на фоне чего-то красивого. То было какое-то масштабное здание с футуристической архитектурой. Мы даже не потрудились узнать, что именно это было за здание. Но как раз это фото потом демонстрировали всем знакомым, которые имели любопытство спрашивать, как мы провели время. Другие фото были не для посторонних глаз.

Ну, вы понимаете...

Дома же на нас навалилось много работы, но все завтраки и ужины мы проводили только вдвоем, не считая званых вечеров и вечеринок, на которых обязательно должны были присутствовать. Мы балансировали между делами и желанием отправить мир куда-нибудь в жерло вулкана, но у обоих были обязанности.

Обязанности, которые тянули сильнее.

Но обо всем по порядку.

После того, как мой невыносимый бывший такими откровенно-сладкими и, вместе с тем, нечестными путями добился моего «да», все произошло очень стремительно. Больше Демьян не убеждал, не задавал вопросов, не давал времени колебаться.

Он действовал.

На следующий же день мои вещи были перевезены в его квартиру, которая когда-то считалась нашей, и стала таковой снова. А где-то на середине разработки проекта Лесовских, который я продолжала вести, Демьян увидел, как хватал меня за руки Максим Кушко. И именно это стало быстрым концом карьеры Максима.

Демьян сделал все, чтобы потопить его и убедить большую часть клиентов Лесовский-корпорейшн в том, что с агентством, где я работала, дела иметь не стоит. Мои бывшие работодатели быстро обанкротились, ведь Лесовские — и отец, и сын — имели весомое влияние на определенный круг людей, задававших ритм в мире бизнеса. Никто не пошел против них. И даже раскаяние Миленко не помогло. Вот кого мне действительно было жалко.

Конечно, никаких прав на проект Миленко даже не думал отстаивать, потому рекламная кампания, утвержденная Лесовскими, пошла в работу уже не под руководством агентства, а под мою полную ответственность. И вот тогда, когда результат не просто удовлетворил приятными цифрами, а поразил, побив рекорды предыдущих проектов от именитых маркетологов, взлетев куда-то в поднебесье, в голову Демьяну пришло понимание, что я могу значительно больше.

Демьян верил в меня сильнее, чем я в себя верила, и именно его поддержка была толчком решиться и рискнуть. Прийти к тому, к чему я стремилась. Стать женщиной счастливой и успешной. Женой любимого мужчины и владелицей маркетингового агентства, которое за один год и семь месяцев выросло и превратилось в настоящую приличную компанию. И за которую я сама, — САМА, — до сих пор выплачивала кредит банку. Я дала своему делу собственную фамилию, которую так и не сменила на фамилию мужа, чтобы не ассоциироваться с его тенью.

Что до его родителей… При встрече они вели себя предельно учтиво и подчеркнуто вежливо. Будто мы все дружно вычеркнули из памяти тот самый вечер накануне свадьбы. Я никогда не поднимала этот вопрос и ни словом, ни намёком не выдала Демьяну тех, кто не только поддержал мой поступок, но и, очевидно, подтолкнул к нему.

Подумать только: я была на взлёте. Предвкушала брак с любимым мужчиной — и буквально за час оказалась в состоянии эмоционального обнуления. Новость, перечеркнувшая мою жизнь, истощила до дна.

Мне не у кого было просить совета, не с кем было обсудить или поделиться. Я — круглая сирота, с подросткового возраста воспитанная тёткой-алкоголичкой ради пособия, — не могла за несколько часов рационально обдумать судьбу на всю жизнь. Я находилась в состоянии аффекта. И считаю абсолютно несправедливым такое влияние свекров на мою жизнь. Они могли просто перенести свадьбу, дать нам время, дать его мне… А вместо этого сделали всё, чтобы Демьян возненавидел меня за предательство.

Но мой муж отнюдь не был дураком. И уже за первым совместным ужином — тем самым, на который я всеми силами старалась не пойти (но вы же помните характер моего супруга) — по отдельным фразам я поняла: разговор состоялся. Жёсткий, категоричный, ультимативный. Возможно, впервые Демьян говорил с родителями в таком тоне.

Но мне было всё равно. Я ничего между ними не рушила — но и не вмешивалась.

— Боже, какая же ты здесь счастливая, Машка! — восторженно восклицает моя университетская подруга Саша Сомова, рассматривая фото, которое стоит заставкой на моем смартфоне.

Сегодня — один из тех редких дней, когда мне удалось вырваться из круговорота дел и просто посидеть в кофейне. Не более пятидесяти минут, потому что у меня совещание.

— Спасибо! Медовый месяц действительно был незабываемым, люблю пересматривать те фотографии, — моим голосом путешествует нежность, когда я говорю это, — Знаешь, а мы же с тех пор так нигде и не были... — я кладу подбородок на ладонь, упираясь локтем в круглый стол и вспоминаю, как чуть меньше двух лет назад мы с Демьяном не могли надышаться друг другом.

Сейчас все изменилось.

— У вас же денег — лопатой загребай! Хоть остров выкупите! — Саша щелкает пальцами и поднимает брови, закатив глаза.

— Да, только их приходится зарабатывать. У Демьяна контракты, у меня договоры. После того, как взяли кредит на открытие моего бизнеса, я постоянно там, а Демьян не вылезает из своего офиса.

Это максимальная откровенность, которую я могу себе позволить даже с самой близкой подругой. Потому что мои дела с мужем — это только мои дела с моим мужем. По правде сказать, всё не так радужно, но и не плохо. Отношения — это работа, и к тому же бывают разные периоды...

— Почему у Лесовского старшего не заняли? — прямо спрашивает она.

— А зачем? Я никому не хочу быть обязанной. Мне нравится реализация, и за свой бизнес я ответственна сама. И с финансовой стороны, и с моральной, — я пожимаю плечами, но это правда. И Демьяну, и мне выгодно, что наши компании сотрудничают, однако работу и отношения мы не смешиваем.

— Повезло тебе с Демьяном, Машка! Не то что мне с тем Славиком! Стыд-позор про-о-осто, — Саша щелкает языком и вздыхает, картинно закрыв ладонями лицо.

— Что опять? — спрашиваю с улыбкой. Если у Сомовой появляется кавалер, то она обязательно начнёт на него жаловаться. Чаще всего это долгие истории, к которым я привыкла, поэтому я и реагирую легко.

— Вот представь и сравни с Демьяном: заходим, значит, в магазин, — тянет недовольно. — Мне понравились два платья, а он мне заявляет такой: выбирай. Выбирай, понимаешь?! Ну что за жмот, боже?! — она нервно откидывается на спинку стула и обиженно складывает руки на груди. Как будто это я ей платье не купила, честное слово.

— Ну а если нет денег, Саш? — спрашиваю, грея чашку с чаем в ладонях. Зная подругу, она ему это прямо в лицо и бросила.

— Так пускай заработает! Демьян же зарабатывает!

Да, зарабатывает. И я его видеть перестала, хотя и никогда не требовала платьев. Но это наше, личное. Я не готова делиться этим.

— Кстати, Маш, — осторожно продолжает разговор, — а ты не могла бы помочь с работой?

— Не знала, что ты ищешь. Что-то случилось? — я хмурюсь, ведь Саша хвасталась, что нашла неплохую вакансию несколько месяцев назад.

Да, я в то время как раз взяла объемный проект Самойловых, но даже он еще в процессе.

— Этот мой босс — просто отвратительный, понимаешь? Не сработались мы, если коротко.

Она не спешит рассказывать, а я не настаиваю. Но беспокоит то, что ни на одной работе Саша не задерживалась надолго. Полгода — это был максимум.

— У меня маленький штат сотрудников, каждая позиция просчитана до копейки — лишних мест нет. А вот у Демьяна компания в разы масштабнее. Там, может быть, и найдётся окно.

— Я буду очень признательна, если ты спросишь. У меня правда без вариантов…

Вздохнув, отставляю чашечку на блюдце. Конечно, я могу спросить, но откровенно не уверена, что Сомова потянет эту работу.

— Демьян строгий руководитель, Саша, — считаю нужным предупредить, — и я в его дела не вмешиваюсь, как и он в мои. Наши компании сотрудничают на постоянной основе, но в работу друг друга мы не влезаем. Поэтому, если у вас произойдет конфликт, а с требовательностью Демьяна к себе и, соответственно, подчиненным, конфликт непременно произойдет, я не смогу тебе помочь.

— Это не проблема, Маша, точно тебе говорю! Я сделаю все от меня зависящее, чтобы понравиться Демьяну Романовичу!