Глава 2.

Света с трудом открыла глаза. Первое, что она увидела, было расплывчатое белое пятно. Мысли и воспоминания о недавних событиях медленно возвращались в ее сознание. Она моргнула несколько раз, пытаясь вернуть четкость зрения. Некоторое время девушка просто изучала белоснежный потолок. Вскоре её разум, окончательно проснувшись, вернул в день злополучной вечеринки.

В этот момент зрачки Светы расширились, стремительно заполняя ужасом каждую клеточку организма. Непроизвольно она дёрнулась, в горле образовался ком, который вырвался с хрипом из пересохшего рта. Тело пронзила острая боль, больше всего девушка ощутила её внизу живота.

— Господи… — прошептала она, и лицо исказилось в болезненной гримасе. Из глаз Светы потекли слёзы, скатываясь по вискам, оставляя за собой влажные дорожки. — Вова! — с надеждой позвала она своего любимого, в глубине души веря, что он где-то рядом. Но вокруг царила полная тишина, и она, не в состоянии пошевелиться, чувствовала лишь онемение в теле.

Сбивчивым дыханием Света попыталась собрать в себе силы и уже громче произнесла:

— Вова!

Внезапно в палату вошла нянечка, её добрый голос зазвучал по-домашнему:

— Деточка… открыла глазки… Ну слава тебе, Господи!

Света с трудом повернула голову в сторону женщины, которая, заметив её страдания, тут же засуетилась у кровати.

— Вы кто… санитарка? — догадалась она.

— Да, я баба Нюра, — с доброй улыбкой подтвердила женщина. — Не плачь, если сильно невмоготу, не терпи — скажи, я побегу к медсестре, она тебе поставит обезболивающее.

Света пристально смотрела на санитарку, в глазах девушки читались страдания и беспокойство.

— Мой муж… где он? — произнесла она, и её голос дрожал от паники.

— Не переживай, придёт позже, — ободрила её Нюра, направляясь к столику, с которого взяла кувшин с тёплой водой. Вернувшись, она аккуратно налила воду в небольшой таз с лежащей в нём марлей, приготовленный заранее. — Подумай о себе, после операции больше суток провела в реанимации. Пару часов назад как перевезли в палату. Вредно тебе волноваться.

Света на мгновение забыла о своих болевых ощущениях и, склонив голову, спросила с пересохшими губами:

— Меня оперировали?

— Да… ну остальное тебе врач скажет, ты, главное, постарайся не нервничать, самое страшное уже позади, — заботливо сказала Нюра. Но Света её не слушала, спросила пересохшими губами:

— Сутки в реанимации? А сколько я здесь нахожусь?

— С поступления прошло уж почти как два дня, — тяжело вздохнула санитарка, отжимая марлю и стараясь осторожно протереть девушке лицо.

— Не помню, как попала сюда… — произнесла Света, и от боли её голос превратился в тихий стон.

— Прости, деточка, прости… — произнесла баба Нюра, стараясь действовать максимально осторожно. — Ужасно, что с тобой произошло. Ах, какой же подонок сотворил такое?

В её голосе звучала искренняя неприязнь, и Света почувствовала, как санитарку охватывает гнев на того, кто причинил ей эту боль. Каждое слово, произнесенное Нюрой, напоминало девушке о том, какому насилию ей пришлось подвергнуться. Свету бросило в холодный пот, а сердце колотилось все быстрее от пережитого.

— Их было трое, — произнесла Света трясущимися губами, глядя пустым взглядом в стену. — Нет сил больше, как же сильно болит живот, — её голос сорвался на шёпот, и из глаз девушки вновь потекли слёзы.

— Сейчас-сейчас… позову медсестру и доктора!

Нюра быстро покинула палату, отправившись за помощью, причитая по пути: «Подонки, чтоб им пусто было, так с девочкой обошлись, ничего святого у людей не осталось».

Её голос звучал с таким осуждением, словно она была матерью самой Светы и желала защитить её от всех бед.

Два дня спустя в больнице появился Вова. Сердце билось быстрее обычного, когда он направился к вип-палате, где находилась Света. Подойдя к двери, он замер на мгновение в нерешительности, вспоминая долгую и тяжёлую беседу с родителями. И всё же, собравшись с мыслями, Владимир бесшумно открыл двери и вошёл внутрь.

— Привет, — сказал он, остановившись у кровати жены. Света, дремала после капельницы, но, услышав родной голос, открыла глаза и повернула лицо к мужу.

— Вова… — её глаза мгновенно наполнились слезами, и она прошептала, полная эмоций: — Я так ждала тебя… — горло сдавило от переполнявших чувств, затрудняя её речь, и она вновь перешла на шёпот: — Где ты был?

— Извини, — замялся Владимир, — мне только сегодня мама сказала, что ты в себя пришла, — произнёс он, и сердце Светы сжалось от обиды. «Снова мама», — подумала она, закрыв глаза на секунду.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил муж.

— Как человек, переживший насилие. Очень плохо.

Света посмотрела на него, её голос дрожал от подавленных чувств.

— Ты знаешь, кто это… кто так со мной поступил? — с трудом сдерживая слёзы, спросила она.

— Знаю, — сухо ответил её муж.

— Знаешь? — удивлённо переспросила Света, шмыгнув носом. — Их что, уже арестовали?

— Кого? — растерянно спросил Вова, нахмурив брови, будто он не понимал, о чем она говорит.

— Как кого… брата Луизы — Игната, и его… — её голос затих в ожидании ответа.

— Да ты в своём уме? — сказал Владимир. — Сама же ведь прыгнула в машину к Игнату! Зачем, Света? Приключений захотелось? — выпалил он, наклонившись над кроватью жены.

— Да ты что такое говоришь?

Девушка опешила от услышанного, с трудом приподнимаясь на локтях.

— А где, спрашивается, всё это время был ты, когда я ждала тебя? Мой телефон разрядился от бесчисленных попыток дозвониться тебе! И как ты смеешь меня обвинять? — сказала Света, глядя в любимые глаза, и ей показалось, что в них что-то изменилось, будто выпала самая главная деталь.

— Я говорю то, что мне друзья рассказали, — ускользнув от ответа, произнёс Владимир, его глаза при этом становились всё более холодными. — Все друзья сказали, что ты, моя дорогая жена, весь вечер флиртовала с Игнатом. И сестра его, Луиза, подтвердила это. А потом ты с удовольствием села в машину к Игнату и его дружкам.

Света не смогла сдержать внутреннего шёпота: «А я многих считала своими подругами… какая же я глупая».

— Я не видела, кто был за рулём, — начала объяснять она, стараясь поймать его взгляд. — Егоровы выпили и остались у Луизы. А девочки — Лена и Наташа — предложили поехать вместе, сказали, что мы едем в одном направлении. Пока мы ехали, все разговаривали, было весело, и я даже не обратила внимания на водителя. В какой-то момент Наташа завизжала, увидев огни ночного клуба, и потребовала остановиться. Парни тут же выполнили их просьбу, и девочки вышли, помахав напоследок рукой. Я тоже хотела выйти, это правда! — голос Светы дрожал, она старалась говорить спокойно, хотя после операции ещё не полностью окрепла.

— Но я замешкалась… растерялась. В это время парень, сидевший спереди, пересел назад, заблокировав выход. Я пыталась убедить его прекратить свои глупые шутки и отпустить меня, но водитель развернулся и накрыл мне рот тряпкой с какой-то жидкостью.