Глава 15 Просветы в памяти. Часть 1

Злость придала сил и помогла справиться с обаянием кружащего вокруг меня лерирея. Жаль, что при этом не удалось наладить работу вестибулярного аппарата и скорректировать действия конечностей. Ещё и этот чёрный не улетает, словно специально дразня сидящего внутри меня зверя, так и норовящего вновь вырваться наружу, подавить моё сопротивление, подчинить. Мне катастрофически необходимо срочно остаться наедине с собой и в спокойной обстановке, без отвлекающих манёвров, наладить отношения со своей второй сущностью. Иначе, боюсь, момент будет упущен.

И самое обидное в том, что крылья уже болят, а спину и вовсе сводит от непривычной нагрузки. Держаться в воздухе с каждой секундой становится всё сложнее и сложнее, а вниз спускаться страшно — вдруг этот чернявый не зря тут крутится, вдруг пометит? Я ведь так и не знаю, как это происходит. Да и как поведёт себя мой зверь после того как окажется на твёрдой поверхности рядом с этим красавчиком?

— Уйди! — попыталась крикнуть я, но вышло лишь едва слышное то ли тявканье, то ли фырканье.

Тут же, словно услыхав мои мысленные мольбы, рядом появился ещё один лерирей, на этот раз нежно-пепельный. По крайней мере, именно таким он показался мне в свете звёзд и полной луны. А глаза… Божественные. Бирюзовые. Кажется, моё потаённое желание сбылось. Хотела же, пусть и опасалась, увидеть лерирея Славиэля? И вот, уверена, это именно он!

Моя зверушка дёрнулась было к ещё одному привлекательному самцу, но тот сам отлетел поодаль, словно соблюдая дистанцию, и при этом не забыв прихватить чернявого зубами за шкирку. На миг я замерла в воздухе, опасаясь, что вот-вот начнётся тот самый первобытный бой за право сильнейшего, но всё обошлось.

Моя лерирея явно расстроилась. Я буквально физически ощутила, как она насупилась. Но самое худшее заключалось в том, что и сил на продолжение полёта не осталось. Я с трудом поднимала и опускала крылья, через боль, через выступающие на глазах слезы. Регулировать амплитуду размаха не было уже ни сил, ни возможностей. Я словно в ладоши хлопала. То под брюшком, то за спиной.

Бросила полный опаски взгляд в сторону удаляющихся крылатых теней и едва не рухнула камнем вниз. Приземление вышло не самым мягким. Лапки подогнулись и я больно приложилась мордочкой об пол на балконе. При этом зубы клацнули так, что пришлось на практике познать значение фразы «искры из глаз». Искры действительно были. Да ещё и головокружение впридачу.

— Сдурела? — рыкнул в моей голове чей-то, явно не мой голос.

— Т-ты кто? — опешила я, искренне надеясь, что мне всего лишь показалось и это не галлюцинации после сотрясения мозга.

— Кто, кто… Сначала загоняет в самый угол сознания, убиться пытается, а потом ещё и не узнает!

— Эммм… — мысленно протянула я, понимая, что надеждам сбыться не суждено и я, увы, не ослышалась. — Это… А с тобой можно общаться?

— Хм… Кажется я пропустила что-то интересное, — задумчиво молвил голос. — Покажешь?

— Ээээ, а как? — растерялась я.

— М-да уж, все совсем запущено, — резюмировала моя вторая сущность. Помолчала немного и добавила: — Блок на мысли и тело поставила, моими фразочками не возмущаешься, да ещё и тааааких кавалеров отшила! Ты не она… Она бы столь сочных экземпляров так просто не отпустила.

Тут я, кажется, окончательно выпала в осадок. Что значит «отшила»? Как это «не отпустила»? Что Катриона должна была с ними сделать?

— А если бы на меня метку поставили? — возмущённо восклицаю, пусть и мысленно.

— Хм… А с каких пор тебя это напрягает?

— Нууу… Неприятно это как-то, — не слишком уверенно протянула я.

— Ой, не заливай! То-то я не помню, как тебе это нравится! — отозвался голос в моей голове.

Выходит, Катрионе нравилось, когда её метили? Значит, это что-то не столь уж и ужасное, как я думала, и скорее всего даже приятное? Или она просто получала удовольствие от того, что к ней проявляли интерес представители противоположного пола? Если так, то почему же до сих пор не вышла замуж? А собственно, если мы с ней похожи, то для начала, почему не вышла я? Потому что тот, к кому тянулись сердце, душа и тело был недосягаем как звезда в небе, вот я и ушла с головой в работу. То есть, не исключено, что ей точно также нравился… Да что уж там, она была влюблена в Леонеля? Но этот упёртый индюк, ни много ни мало — кронпринц. Вряд ли у него будет свобода выбора, даже если он и возжелает обременить себя семьёй. В таких кругах неприемлемы невыгодные короне и государству браки… По крайней мере, на Земле было именно так, а тут? Кто их знает, тут многое иначе. А может…

Додумать не успела. Боковым зрением заметив приближение крылатой тени, сразу же метнулась к входу в комнату, на что моё второе «я» возмущённо зашипело:

— Ты что творишь? Это же он!

— Кто? — искренне недоумевая, уточняю.

— Тот, что тебе так нравился, но держался на расстоянии, — пояснила она. Вот только понятнее не стало. — Смотри, смотри, он и в правду к нам направляется! — не скрывая восторга, верещала моя лерирея, пусть и не полностью, но всё же перехватывая управление телом и с волнением глядя в небо, на приближающийся силуэт.

Вот уж чего-чего, а сталкиваться сейчас с представителями сильного пола у меня не было ни малейшего желания.

Не дожидаясь незваных визитёров, я всё же прошмыгнула в комнату, ещё и дверь носиком подтолкнула, закрывая. Мне вот как-то равнобедренно, есть ли у лериреев магия или нету? Я одинаково беззащитна перед коренными жителями этого мира в любой своей ипостаси, ибо и той самой магией не владею, и лерирея из меня пока что аховая. Окромя красоты да вздорного второго «я» ничего пока и нет.

В ответ на мою капитуляцию внутренний зверь фыркнул недовольно, заворочался, пытаясь взять управление телом на себя. Но я не позволила. Мне и так было слишком плохо: спина и крылья болели после затянувшегося первого полёта, голова и нижняя челюсть — после неудачного приземления. Ощущение такое, будто меня долго били палками, но я вопреки всему выжила, и теперь страдаю, изнывая от боли.

Остановилась посреди комнаты, искренне надеясь, что никто не станет нагло ломиться внутрь. Огляделась по сторонам. Огромная кровать притягивала взгляд, будто магнит, манила, обещая мягкость. В итоге, пусть и не без труда, но я кое-как всё же вскарабкалась на постель, немного повозилась, устраиваясь поудобнее и мысленно произнесла:

— Забудь о том, что было раньше. Вернее, не могу обещать, что всё будет по-прежнему. Я не Катриона. Ты это уже и сама поняла. И если верить пророчествам — она не вернётся, а значит, нам надо как-то уживаться друг с другом. Вот только… Тут небольшая загвоздочка. Я не привыкла делить себя на две части, не привыкла ко вторым ипостасям, у моей расы их просто-напросто не было. Поэтому, если мы не поладим, проживу и без этого. Мне не привыкать, всю жизнь так жила.

— Как же… А как же я?! — в голосе лериреюшки послышалась паника.

— Потому-то я тебе и предлагаю всё обсудить, а там уж посмотрим, что и как будет.

— О чём говорить будем? — как-то не слишком оптимистично буркнула моя внутренняя зверушка.

— О-о-о, — мысленно потирая ручки в предвкушении допроса, протянула я. — Поверь, тем у нас более чем достаточно. Юлить и недоговаривать не советую, — добавила как можно увереннее. — Если выясню, что ты в чём-то обманула или умолчала, то…

Я многозначительно умолкла, позволяя лерирее самостоятельно додуматься до того, чего она больше всего боится.