Глава 4 Ева

Стряхивая пепел в пустой стакан, дьявол Ян, не моргая, «пожирал» мою панику. Он с удовольствием смотрел в мои глаза и улыбался.

— Зеленые… А ты красавица, Ева. Думала, если оденешься в эти невзрачные лохмотья, то сможешь спрятаться от меня? Даже карими линзами не побрезговала. Сэм, — он обратился к помощнику, который натягивал мою ногу, — ты даже не представляешь, какой серой мышью она мне казалась… Еще и этот дурацкий пучок как разбитое гнездо для птиц из всяких палок и мусора… Никогда не понимал прелести этой прически.

Телефон Янниса завибрировал. Он черство приказал помощнику не останавливаться. Встал с кресла и обошел меня. Его шестерка направился к столику, на котором была накинута шелковая черная ткань. Приоткрыв ее на несколько сантиметров, он сдвинулся вправо. Специально, чтобы я видела, что лежало на нем…

Я ужаснулась, когда Сэм взял острые ножницы. Стала дрыгаться, но все было без толку. Мои ноги едва доставали до ламината. Я могла дотронуться до него только большим и указательным пальцами.

— Нет! Нет! Отвали от меня, урод! — я все еще пыталась вырваться из этого плена в надежде, что крюк не выдержит моего веса, а помощник Янниса все наступал. Он приближался ко мне, крепко удерживая в руках сверкавшие под светом ламп ножницы.

Сначала он поддел мою серую блузку и начал разрезать ее по бокам. Медленно, ухищрено... Ему доставляли удовольствие мои мольбы, сменявшиеся на благой мат. Меня трясло. Иногда я еле удерживала подкатывавший приступ тошноты. Но неразговорчивого мужчину мое состояние вообще не заботило.

Покончив, он принялся за рукава. Через минуту, казавшуюся мне целой вечностью, он схватил свисавшие куски ткани и содрал их с меня. В один мах я осталась в одном только лифчике.

Меня колошматило, трясло, глаза закрывались в надежде, что сейчас я открою их и окажусь у себя дома, в кровати. Сон... страшный и такой поганый... сон, который никак не заканчивался. Самая ужасная явь, в которой меня изрежут на крохотные кусочки и отправят их в красивых коробочках жениху и родным. Мама… Ее сердце не выдержит!

— Сэм, пож-ж-жалуйста... У меня есть деньги. Я заплачу тебе. Выпусти меня отсюда, — я всхлипывала и молила его. Но его молчание так выбешивало. Да так сильно, что я вновь срывалась на самые отборные грязные ругательства. — Тварь бесчувственная! Каменный истукан! Убери свои лапы, мудила! Говнюк! Ты знаешь, что с тобой будет, гондон использованный? А будет очень плохо! О-очень плохо! Таких, как ты в тюрьме очень любят! Я-то знаю!

— Откуда? — донесся заинтересованный голос Янниса за моей спиной. От его интонации кожу обдало холодом. — Неужели такая красавица взялась за это нечистое дело, потому что «сидела»?

— Чалилась? — усмехнулся молчун. — Вроде так называется?

— Я капитан полиции! — вскрикнула я, ощущая бедром неприятное прикосновение острого металла. О том, что в отставке, я умолчала для бо́льшего устрашения. О таких подробностях этим двоим знать не нужно было.

Сэм, наплевав на то, что я — представитель закона, не останавливался. Он все так же без резких движений плавно вел острие ножниц вверх, разрезая брючину. Тот факт, что эти двое головорезов удерживали и собирались пытать капитана полиции, вообще никого, кроме меня не заботил.

— Ева... а я всегда считал брюнеток занудами и скучными зазнайками. А ты вон, какая интересная... И дослужилась же… А лет-то тебе сколько? Тридцать, плюс, минус? Тогда это похвально!

Молчун на слова своего начальника кивнул в знак убедительности. Самого Янниса я не видела, но чувствовала его взгляд каждой клеточкой. Обжигавший до костей, сканировавший мои округлости, все еще скрытые за свисавшими лоскутами одежды.

— Капитан полиции, что вынудило тебя принять предложение моей бывшей жены? Вам разве мало платят? Сколько Алиса тебе предложила, что ты поставила крест на своей репутации?

— А дело не в деньгах! — звонко выкрикнула я, когда Сэм сорвал с меня джинсы. — Она доходчиво рассказала мне, что ты из себя представляешь! Деспот и тиран! Всегда при разводе оставляют детей с матерями! Или ты не в курсе? А сколько ты заплатил судье, чтобы Ангелина осталась с тобой? Это от вредности, Яннис? Просто, чтобы насолить бывшей супруге? А девочку спихнул на няню... Это так по-мужски! Так по-отцовски! Да вы все такие!

Ян черной тучей всплыл передо мной, не дав договорить. Навис, сверкая от ярости голубыми глазами-льдинами. Мне показалось, что от злости они потемнели. Храбрость, с которой я разговаривала только что, когда не видела Яна, тут же смылась.

Я замерла... Яннис крепко обхватил мои щеки пальцами. Мои губы от этого сжались в трубочку и вытянулись, а скулы заныли от боли.

— Капитан полиции... — шипел он подобно змее. — А повелась на рассказы этой суки как девочка малая. А тебя точно честным путем повысили, Ева? Ты занимаешь свою должность заслуженно? А то, может быть, ты для этого раздвинула перед кем-нибудь ноги?

— Я вошла в ее положение как женщина! — я хотела плюнуть в его лицо, но при том, как он сжимал мою челюсть, возможности такой не было.

Заплаканное лицо Алисы стояло перед глазами. Когда она появилась в моем кабинете, она рыдала. Ее губы дрожали, глаза были опухшими и красными от слез. Чтобы такое сыграть, нужно быть превосходной актрисой. В том, что Алиса «убита» несправедливостью суда, и тем, что Лина осталась с этим деспотом, я не сомневалась.

Ян притих. Его взгляд соскользнул ниже. Моя грудь вздымалась так часто, что привлекла его внимание. Я нервно сглотнула.

— Серая мышка снаружи, а такая огненная...

Он сказал это так, что моим телом овладел жар. Рука его устремилась к красному лифу. Мои веки захлопнулись… тяжело упали, как будто кто-то перерезал веревки, на которых они держались. Горячие пальцы нежно погладили выпиравшие из бюстгальтера возвышенности.

— Ева, ты напоминаешь мне подарок. Такой неприметный, в затертой невзрачной коробке. На фоне ярких упаковок и блестящих пакетов он совсем затерялся под елкой. Но, знаешь, именно в нем все самое ценное, неожиданное и такое желанное...

Телефон Янниса вновь зазвонил. Достав его из кармана, мужчина сморщился.

— Любит она все портить...

Сэм вернул ножницы на столик и стал ждать дальнейших указаний. Ян, уставившись в экран, не спешил поднимать трубку.

— Ладно... — кивнул он помощнику и приложил телефон к уху. — Долго жить будешь. Что на этот раз тебе надо?

Услышав голос Алисы, я набрала воздух в легкие, чтобы крикнуть, попросить о помощи. Готова была горланить, чтобы наверняка она разобрала все мое отчаяние, но Сэм накрыл мой рот огромной ладонью. И все мои «помоги мне» превратились в глухое мычание.

Ян вышел из кабинета. Его помощника я куснула за палец, воспользовавшись моментом, когда он отвлекся. Сделать это у меня получилось несильно, буквально за маленький кусочек кожи. Но и этого хватило, чтобы он убрал свою руку... и переместил ее ниже.

Его огромные грубоватые ладони стиснули мою грудь. У меня дыхание от неожиданности перехватило. Но вместо крика, очередной порции мата, меня бросило в слезы. Запястья мои ныли, ноги гудели. Сил на истерику уже не было.

— Зачем? — все, что я проревела.

Но он снова молчал. Гладил мою грудь, не скрывая удовольствия. Его большие пальцы нащупали сквозь ткань лифа и тоненький поролон сосочки. Поглаживая и царапая их короткими ногтями, Сэм прижимался ко мне своим могучим телом. Мужчина был похож на скалу, в плечах он был значительно шире Янниса, хотя и Ян был далеко не хиляком, ростом Сэм также был выше своего босса сантиметров на десять. Рядом с ним я была как воробушек, который выпал из гнезда и трясся от ужаса перед неизвестностью.