Глава 3 Ева

Мы подъехали к особняку, из которого я бежала в спешке. Вместо тех охранников, чьи лица я обильно забрызгала из перцового баллончика, открывая ворота, свой путь к спасению, на КПП были другие.

Внедорожник с малышкой и няней свернул налево к гаражу и главному дому. Седан, заложницей которого я оказалась, поехал дальше…

На территории владений Янниса было несколько невысоких построек: баня, беседка, детская площадка, пара домиков для гостей и двухэтажное здание для обслуживающего персонала и охраны. Так как я неделю провела в этом доме под видом горничной, я успела побывать практически везде. Но машина, минуя все эти здания, завернула направо. И мной овладел панический страх. Дикий ужас!

Двухэтажный сруб из дуба с огромными черными окнами был мне знаком только снаружи. Внутри я не была ни разу. Как я поняла, это был некий «рабочий кабинет» Янниса, в который не разрешалось входить практически никому. Здесь была своя служанка и какой-то помощник, который здесь же и жил. Я так поняла, что Ян поселил его в своем домике, чтобы тот ни с кем не контактировал.

Когда один из бугаев вылез из седана и, схватив меня за руку, вытащил наружу, меня очень сильно трясло. Яннис, не обращая на мое состояние никакого внимания, пошел вперед. Дверь плавно подалась в сторону только после того, как хозяин дома приложил палец к сканеру на электронном замке.

— Наверх ее, — бросил Ян холодно и раздражительно, и вошел первым.

Я предприняла еще одну попытку сбежать. Резким движением постаралась высвободить руку из хватки охранника, но бой был неравным: я трепыхалась как бабочка, осмелившаяся напасть на взрослого толстокожего слона.

— Пошла, — он протолкнул меня вперед, расцепив свою «клешню». Дверь за нами закрылась. — Слышала, что сказали? Поднимайся!

Амбал подбородком указал на лестницу. Судя по тому, что он больше не удерживал меня, я попала в самую натуральную клетку, из которой не выбраться.

Неуверенно шагая по ступенькам, я думала только о том, что меня ждет, но мозг отказывался принимать эту реальность. «Семь ночей... использовать...» — я не могла поверить таким смелым и мрачным догадкам. А что еще? Меня будут бить? Пытать? Насиловать?

Когда я обговаривала детали похищения малышки и изучала характер хозяина дома, я на всякий случай уточнила у бывшей жены Янниса важную, как мне казалось на тот момент, деталь. А именно, его предпочтения в женщинах. Если бы Ян заинтересовался мной как сексуальным объектом, мой план провалился бы на корню, буквально в первый же день моей работы.

Алиса, его бывшая жена, была рыжей девушкой, «поцелованной» солнцем. На ее щеках и носике было много крохотных веснушек. До нее спутницей Янниса была другая рыжеволосая пассия. В более ранние годы, как я поняла из фотографий, которые мелькали в прессе, он встречался с фотомоделью блондинкой. Поэтому моя первоначальная задумка перекрасить волосы в пшенично-золотой цвет, чтобы максимально изменить внешность, осталась на уровне черновика. Для прикрытия я не стала изменять себе и даже парик не купила.

Мои опасения, что хозяин дома может заинтересоваться мой, брюнеткой, также отмела и сама Алиса. Она успокоила меня, фыркнув что-то вроде «Тобою? Да никогда! Можешь не переживать за это!» Еще и, сморщившись, прошлась по мне взглядом.

Комната, в которую меня привел бугай, была похожа на одну из тех, что были в домике для гостей. Только здесь вход в душевую и туалет был прямо из спальни. Ну и была она просторней раз в пять. Окна начинались в пяти сантиметрах от пола и шли до самого потолка. Снаружи казалось, что они были сделаны из черного непрозрачного пластика, а изнутри сквозь них открывался прекрасный вид на сад.

…в котором он закопает меня… через неделю…

Оставив меня, бугай вышел и закрыл за собой дверь. Разумеется, провернув в нем несколько раз ключом…

— Звездец! — на всякий случай я на цыпочках подошла к дверной ручке. Аккуратно опустила ее вниз и толкнула, но дверь не поддалась. Ни на миллиметр.

До утра я сидела как на иголках. Мне не спалось. Да и как тут уснешь, когда от тебя чего-то хотят, но вот чего именно? Во мне не умирала наивная надежда, что Ян всего лишь заставит меня оттирать или вылизывать все санузлы и полы в туалетах его «дворца». Что может быть унизительней?

От звука ключа я подскочила с кровати и убежала в конец комнаты, поближе к окну. Сердце стучало в груди со скоростью пулеметной очереди, отдаваясь эхом в висках.

— Ваш завтрак, — коротко произнесла миловидная женщина лет пятидесяти в очках.

Поставив на стол поднос, она вышла. А я так надеялась, что не услышу звук запирающейся двери, ведь выглядела служанка такой милой и добродушной, но, увы, и она заперла меня.

О том, что меня кто-то пожалеет, не могло быть и речи. Перечить Яннису никто не смел. А если учесть, что я пыталась похитить его маленькую розовощекую дочурку, то меня вообще убить должны были. Причем, все кому не лень.

Есть мне очень хотелось, но почему-то мной завладела вся гамма сомнений: от «а что, если он подсыпал мне что-нибудь наркотическое» до «а вдруг, в завтраке яд».

Я объявила сама себе забастовку. Желудок урчал, сжимался в спазмах, а я отказывалась двигать тело по направлению завтрака. Я боялась шевелиться лишний раз, хотя в душе и понимала, что нет в еде никакого яда и уж тем более, наркотиков. На фоне паники и стресса просто разыгралось воображение, превращаясь в паранойю.

К обеду мне стало легче. Больше никто не входил в комнату, и волнения чуть-чуть улеглись. Сон стал забирать свое, рассудок помутнел. Сквозь полудрему мне слышались голоса, чей-то шепот... И я, наконец, отключилась.

Ян — вот тот, кого я увидела, распахнув глаза ближе к вечеру. Он смотрел на меня так, что кровь закипала — с неприкрытым удовольствием, вожделением и искоркой похоти. Вмиг я отпрянула от этого дьявола и чуть не упала с кровати.

— И что это? — он мотанул головой в сторону «девственного» завтрака. — Есть не будешь — тебе же хуже.

— Я не хотела, — еле слышно, на тон ниже, чем простой шепот, но я заговорила с ним. — Что вы, — я сглотнула, — со мной будете делать?

— Ева, ты же не глупая девочка. И уж точно не глухая. Ты все слышала. Как захочу…

Сидя на полу на корточках, он подпирал руками свой подбородок и улыбался мне как кот Чеширский. Вдруг он потянулся к карману и достал из него мой телефон.

— На. Я так понимаю, это не твой смартфон. Ни одного номера, никаких данных. Сим-карта оформлена хрен пойми на кого… Дарю! — он положил его на кровать. — Но если ты сделаешь хотя бы один неверный звонок, пеняй на себя. А вот маме или папе, чтобы тебя не объявили в розыск, пожалуйста…

Перед тем, как отправиться на это «дело», я предупредила близких, что на несколько недель я пропаду. Все их номера на случай экстренной связи я держала у себя в голове.

— У тебя есть десять минут, чтобы привести себя в порядок. Если не спустишься сама, за тобой придут.

Яннис покинул мою комнату, но после себя он оставил терпкий шлейф табака. Этот запах неприятно оседал в горле, но отлично гармонировал с сухостью и жжением в моих глазах.

Повертев в руках смартфон, я отключила его и положила на комод. Я не стану никому звонить. Не стану! Так я только сделаю хуже родным. И Егору… Он такой новости будет не рад, а своими действиями поднимет ненужную шумиху.

Посмотрев на нежное колечко из белого золота на левой руке, я отправилась в ванную. Прежде, чем включить воду, я попыталась найти хотя бы маленький шанс на побег, но его не было. Территорию охраняли слишком хорошо. В два раза лучше, чем до этого. И такого шанса, как в прошлый раз, у меня не будет никогда. Удача теперь была не на моей стороне. Скорее, на Янниса…

Умывшись, я еле отлепила линзы. Так бывает, когда покупаешь на свой страх и риск незнакомый бренд, которому в пору называться «Полнейший Шлак», а не престижные линзы. Но других карих на тот момент в оптике попросту не нашлось.

Выкинув две каре-прозрачные пленки в небольшое мусорное ведро, я поморгала. Ощущение было такое, как будто я не в линзах уснула, а приклеила к глазам скотч и содрала его рывком.

Почистив зубы тем, что нашлось в ванной, я услышала стук в дверь. Высокий мужчина в черной водолазке и джинсах не стал дожидаться, когда я открою ее.

— У меня еще есть время, — пискнула я, когда он схватил меня за запястье.

— Яннису не терпится, — будто громом прилетел его ответ.

Его не интересовали мои отговорки, мое «писять хочу», «я передумала, я голодная» и еще миллион с лишним отмазок. Этот темно-русый кретин размером с грузовик вел меня вниз.

Комната, обшитая красным деревом, в которую он меня впихнул, находилась прямо под моей. Он сделал этот так грубо, что я, споткнувшись, перелетела через порог и распласталась на теплой поверхности пола.

— Извини, — буркнул он в спину.

Ян сидел в кресле, поставив на маленький откатной столик перед собой ноутбук. Не отрываясь от экрана, он ухмыльнулся. В мою сторону даже не взглянул. Обстановка в комнате нагнетала. Полумрак, кожаная мебель, звенящая тишина, «светлый» Яннис и его чернющая аура… еще этот грозный и грубый мужик-скала.

— Сэм, разве можно так с гостями? — ухмыльнулся Ян.

Его помощник молча подал мне руку, но я только крепче обняла себя, продолжая сидеть на полу.

— Е-ева… — хозяин дома пропел мое имя. — Не усложня-яй. Ни к чему это.

— Отпустите меня, Яннис, — меня опять колотило, по спине стекал ручьями пот. — С города уеду. Я любой орган продам, чтобы вам возместить вред, который я нанесла... И никому ничего не скажу. Честно-честно!

— Не скажешь чего? — на мой бред он бросил в меня ненавидящий взгляд и вновь уставился в ноутбук. — Что-то я не пойму, Ева… Это ведь ты похитила мою дочь? Или же я не прав? Возможно, я чего-то не понял?

Вскинув бровь, он прервал свое лицезрение экрана ноутбука и посмотрел на меня.

— Может быть, это был кто-то другой? — кивнув, он перевел взгляд на своего помощника. — Начинай.

Я стала отползать, перевернулась на живот, чтобы встать и убежать. В этот момент я прокляла себя, что не позвонила никому! Возможно, полиция уже была бы здесь! И плевать на все последствия. Зато осталась бы живая и целая!

Молчун вцепился клешней в мою щиколотку и потянул на себя. Секунда и что-то по очереди клацнуло на моих ногах. Я и вскрикнуть не успела, когда наручниками он сковал еще и мои запястья.

— Ян! Пожалуйста! Я не хочу умирать! — я взвыла то, что вертелось от страха и ужаса на языке. — Отпустите меня… Я боли боюсь! Очень!

Слезы потекли по щекам, закрывая обзор. Крепкие мужские руки поставили меня, но тут же взвалили на свое плечо и понесли куда-то вперед.

— А мне кажется, — усмехнулся Ян, — где-то я уже это видел… Но, знаешь, Ева… Тебе не идет вот так безвольно болтаться на плече. Я чувствую, что в тебе скрывается тот еще огонек. Огнище! — он вновь улыбнулся, но на этот раз очень зловеще.

Ян все еще сидел в кресле, закуривая сигару, а его шестерка, перехватив мое онемевшее от ужаса тело, взял меня за руки. Он поднял их вверх и накинул на крюк, который свисал с потолка.

Этот молчун-скала развел мои ноги. Я плакала, брыкалась, но ему удалось зафиксировать одну из них. Когда он привстал, чтобы проделать то же самое со второй, я пнула его и угадила четко в цель. Получив по яйцам, он приглушенно завыл и согнулся.

— Ну, хватит, Ева… — глядя на скрутившегося от боли помощника, приказал Ян. — Тебе самой понравится. Я обещаю тебе.