Между ректором и студентом

Дэмиан Блэкфлейм

Я проснулся от необычного ощущения. Лилия, смешанная с чем-то неуловимо сладким. Этот аромат проник в мои ноздри, обжёг лёгкие, разлился по венам жидким огнём. И дракон, спавший в глубине моего существа, вдруг поднял голову и втянул воздух. Чужак. В моей постели. В моих покоях, защищённых древними рунами, которые не смог бы взломать даже придворный маг короля.

Она лежала рядом — обнажённая, растрёпанная, с разметавшимися по подушке рыжими волосами, в которых запутались алые искры утреннего солнца. Тонкая шея, изящные ключицы, полная грудь с бледно-розовыми сосками, сжавшимися от утренней прохлады. Плоский живот, плавно переходящий в треугольник рыжеватых завитков между стройных бёдер. Кожа — белая, словно слоновая кость, с едва заметной россыпью веснушек на плечах.

Мой ствол дёрнулся, наливаясь кровью. Дракон внутри зарычал — низко, утробно, собственнически. Я не помнил, как она здесь оказалась. Не помнил, чтобы приводил кого-то в свою постель прошлой ночью. Последнее, что сохранила память — я сидел в кресле у камина, пил вино и перебирал бумаги по новому набору студентов. Потом — пустота. Провал. И вот теперь — она. Это не просто странно. Это невозможно.

Я приподнялся на локте, вглядываясь в её лицо. Молодая — лет восемнадцать-двадцать, не больше. Тонкие черты, пухлые губы, длинные ресницы, подрагивающие во сне. Она была красива не отточенной красотой аристократок, что пытались затащить меня в постель. В ней было что-то дикое, первозданное, опасное. Как лесной пожар. Как неукрощённая стихия.

Дракон внутри меня снова зарычал — на этот раз требовательно, голодно. Он хотел её. Хотел так, как не хотел ни одну женщину за последние две сотни лет. Я протянул руку и коснулся её плеча — просто чтобы разбудить, потребовать объяснений. Но как только мои пальцы коснулись её кожи, по телу пробежал разряд. Электрический, пробуждающий всё самое тёмное и первобытное. Её кожа была горячей, бархатистой, невероятно нежной. И этот аромат — от которого у меня помутилось в голове, а плоть стала каменной.

Она вздрогнула и открыла глаза. Изумрудные. Глубокие, как горные озёра, с золотистыми искрами, которые, казалось, пылали собственным огнём. В них плескался страх смешанный с растерянностью и непониманием. Она не знала, где находится. Или играла.

— Кто ты? — мой голос прозвучал низко, с хрипотцой. Я сам едва узнал его — столько в нём было... желания. — И как, демоны тебя раздери, ты смогла проникнуть в мои покои?

Она сглотнула и мой взгляд невольно проследил за этим движением, скользнул ниже — к ямочке между ключиц, к полной груди, прикрытой лишь краем простыни.

— Я... я не знаю, — прошептала она, и её голос — молодой, звонкий, испуганный — ударил по нервам, как хлыст. — Клянусь, понятия не имею, где я и как здесь оказалась.

— Не знаешь? — я усмехнулся, хотя внутри всё клокотало от напряжения. — Оригинально. Шпионы короля становятся всё изобретательнее. Что на этот раз? Решили подослать ко мне девственницу, чтобы усыпить бдительность?

— Я не девственница, — выпалила она, но тут же осеклась, и в её глазах мелькнуло сомнение.

Я навис над ней, опираясь на руки, отрезая путь к бегству. Запах лилии усилился, смешиваясь с мускусным ароматом её разгорячённой кожи. Мой дракон взревел, требуя немедленно взять её, пометить, сделать своей.

— Сейчас проверим.

— Что?! — она попыталась оттолкнуть меня, упершись ладонями в мою грудь.

Её прикосновение обожгло, как клеймо. Маленькие ладони, тонкие пальцы — она была такой нежной, что я мог бы сломать её одним движением. Но вместо этого я почувствовал, как мой ствол становится ещё твёрже, упираясь ей в бедро.

— Если ты лазутчица — умрёшь, — прорычал я, и это не было пустой угрозой. Я убивал за меньшее. — А если нет... значит, тебе просто не повезло оказаться в постели дракона.

Я не стал ждать. Моя рука скользнула вниз по её животу, пальцы раздвинули влажные складки, проникая внутрь. Она ахнула, её бёдра сжались, но я уже чувствовал — там, в глубине, тонкая преграда, которую я не ожидал встретить. Девственница. Она действительно была девственницей.

На мгновение я замер. В моей голове пронеслось всё, что я знал о шпионах, лазутчицах, подосланных убийцах. Никто не стал бы посылать настоящую девственницу — слишком ценный товар, чтобы рисковать им ради сомнительного покушения. Значит, она говорила правду? Или это часть какой-то более сложной игры? Но мой дракон не хотел думать. Он хотел брать.

— Прости, маленькое пламя, — выдохнул я, глядя в её расширенные от страха глаза. — Но ты сама пришла в логово дракона.

Я приподнял её бёдра и одним резким, глубоким движением вошёл в неё. Она вскрикнула — коротко, отчаянно, и этот звук пронзил меня насквозь, отозвавшись дрожью в позвоночнике и пульсацией в плоти. Я замер, чувствуя, как её узкое, горячее лоно сжимается вокруг меня, словно пытаясь то ли вытолкнуть, то ли втянуть глубже. Её ногти впились в мои плечи, и эта боль только усиливала наслаждение.

Я наклонился и накрыл её губы своими. Она всхлипнула в поцелуй, но не оттолкнула. Её рот был горячим, сладким, с привкусом чего-то неуловимо знакомого — не то мёда, не то лесных ягод. Мой язык ворвался внутрь, подавляя новый всхлип, и я начал двигаться.

Медленно. Осторожно. Давая ей привыкнуть к моему размеру, к ритму, к ощущению наполненности. Её тело было создано для меня — я чувствовал это каждой клеточкой. Узкое, горячее, невероятно отзывчивое. С каждым толчком она стонала всё громче, её бёдра начали двигаться мне навстречу, а ногти уже не впивались требуя больше.

— Кто же ты такая... — прохрипел я, ускоряя темп. Мои пальцы сжали её бёдра, притягивая ближе, глубже. — Ведьма... Проклятие...

Она не отвечала — только стонала, выгибаясь подо мной, и её рыжие волосы разметались по подушке, словно языки пламени. Я смотрел на неё и не мог оторваться — раскрасневшиеся щёки, приоткрытые губы, зажмуренные глаза, на ресницах дрожат слёзы. Она была прекрасна в своём наслаждении, в своей боли, в своей беззащитности.

Мой дракон рычал от восторга. Он признал её. Он хотел её. Он требовал пометить, заявить права, сделать своей навсегда.

Я двигался всё быстрее, чувствуя, как внизу живота закручивается тугой, горячий узел. Её стоны стали громче, прерывистее, она уже не контролировала себя — её тело изгибалось, бёдра подмахивали в такт моим движениям, а внутренние мышцы сжимались вокруг моего достоинства, приближая меня к краю.

— Моя, — прорычал я, сам не понимая, что говорю. — Моя...

Она закричала — громко, отчаянно, содрогаясь в оргазме. Её лоно запульсировало вокруг меня, сжимаясь спазмами, и я не смог больше сдерживаться. С глухим рыком я кончил, изливаясь в неё, и в тот же миг по комнате пронеслась волна обжигающего жара.

Алые искры вспыхнули в воздухе, закружились над кроватью, словно крошечные огненные драконы. Я чувствовал, как магия пульсирует между нами, связывая невидимыми нитями, вплетая её сущность в мою. Истинная связь. Та самая, о которой я читал в древних манускриптах, но в которую никогда не верил.

Этого не может быть.

Я скатился с неё и уставился в потолок, пытаясь восстановить дыхание. Сердце колотилось как бешеное, в висках стучало, плоть всё ещё пульсировала, не желая успокаиваться. Истинная пара. У меня. Дракона, который давно смирился с вечным одиночеством.

Я повернул голову и посмотрел на неё. Она лежала, тяжело дыша, прикрыв глаза. По её щекам текли слёзы, губы распухли от моих поцелуев, на шее и плечах расцветали алые пятна засосов. Мои метки. Мой запах. Моя женщина. Дракон внутри меня мурлыкал, довольный, словно кот, налакавшийся сметаны. Он признал её. Принял. Сделал своей. Но я — нет.

Я не мог позволить себе эту слабость. Истинная пара — это не только дар, но и проклятие. Она становится твоей уязвимостью, твоим слабым местом, рычагом, с помощью которого враги могут управлять тобой. Я не мог позволить себе такую роскошь. Особенно сейчас, когда король ищет любой способ подобраться ко мне.

Я резко сел, сбрасывая с себя остатки наваждения. Схватил с пола её халат и швырнул ей.

— Убирайся, — бросил я сквозь зубы, не глядя на неё. — Немедленно. И молись всем богам, которых ты, возможно, знаешь, чтобы я больше никогда тебя не видел.

Она не стала спорить. Дрожащими руками натянула халат, встала на подгибающихся ногах и, пошатываясь, направилась к двери. Я смотрел на её удаляющуюся фигуру — тонкая талия, крутые бёдра, мокрые рыжие волосы, прилипшие к спине. Мой ствол снова дёрнулся, требуя продолжения. Дракон внутри заскулил, умоляя вернуть её. Я сжал кулаки.

Дверь захлопнулась. Я остался один — в пропитанной её запахом постели, с её кровью на простынях и её вкусом на губах. Истинная пара. Проклятие. Я поднялся, налил полный стакан нектара и залпом выпил. Огненная жидкость обожгла горло, но не принесла облегчения. Её запах всё ещё был здесь — в воздухе, на моей коже, в моих лёгких. Я знал, что теперь буду чуять его повсюду. Искать её в толпе. Сходить с ума от желания, которое не смогу удовлетворить ни с кем другим. Потому что теперь я принадлежал ей. А она — мне. Даже если я отказывался это признавать.

Я подошёл к окну и распахнул створки, впуская холодный утренний воздух. Где-то внизу хлопнула дверь — она вышла из здания. Я не видел её, но чувствовал. Моя. Истинная. Дракон внутри меня затих, но я знал — это ненадолго. Он будет ждать. Будет требовать. Будет сводить меня с ума, пока я не сдамся и не приду к ней.

Но я не сдамся. Я — Лорд Дэмиан Блэкфлейм, чёрный дракон, ректор Академии Драконов. Я пережил войны, заговоры, покушения и потерю всего, что было мне дорого. Я не позволю какой-то рыжей девчонке, появившейся из ниоткуда, сломать меня. Даже если она — моя Истинная пара.

Я налил ещё вина и сел в кресло у камина. Впереди был долгий день. Нужно было выяснить, кто она такая, откуда взялась и как смогла проникнуть в мои покои. Нужно было решить, что с ней делать дальше. Нужно было убедиться, что она не угроза. Но всё, о чём я мог думать — это её вкус на моих губах и её запах, въевшийся в мою кожу. Проклятие!