Глава 6

Замираю, а в следующее мгновение дергаюсь, сев на кровати и прислушиваясь к звукам.

Крик повторяется, и у меня от этого звука волоски на теле приподнимаются. Я сижу, не сразу вспомнив, где я нахожусь. А когда воспоминания минувшего вечера накрывают меня, вместе с повторяющимся криком, мне начинает казаться, что я нахожусь в аду.

Леденящий душу крик снова и снова повторяется, и я поднимаюсь на ноги. Затягиваю потуже пояс халата — единственной одежды, что я отыскала накануне в комнате, — и выглядываю наружу.

Осторожно приоткрываю дверь и, быстро переставляя ноги, бегу в сторону жуткого звука, опасаясь, что кому-то требуется помощь, а я иду на зов слишком долго.

Иду по коридору до тех пор, пока не оказываюсь в просторном зимнем садике. Посреди густой зелени стоит юная девушка и, сжав кулаки, визжит что есть мочи.

Я замираю, не понимая, что это все означает.

Но она даже меня не видит, так как ее глаза закрыты. А когда она делает новый глубокий глоток воздуха, распахивая веки, то замечает меня и ее крик обрывается где-то на подходе к горлу.

— Привет, — тихо говорю я, смутившись от ее ошалевшего взора.

Незнакомка молча рассматривает меня и не двигается с места.

— У тебя все в порядке? — снова говорю я. — Ты так кричала… я думала, что это крик о помощи…

Вместо ответа девушка продолжает на меня смотреть так, будто я призрак. А у меня появляется возможность лучше разглядеть ее. Большие карие глаза в обрамлении густых черных ресниц, хорошенький носик, пухлые губы, которым позавидовали бы все девчонки у нас в универе, и копна шикарных блестящих темных волос по пояс.

— Значит… я зря беспокоилась? — делаю еще одну попытку заговорить, решив уйти в комнату немедленно, потому что чувствовать себя дурой не очень приятно.

— Ты кто? — наконец-то произносит она.

— Я — Лада, — отвечаю, чувствуя себя как-то нелепо.

— Откуда ты тут? — следует другой вопрос.

— Меня… — думаю, как правильно ответить на него, но впадаю в ступор. Вдруг это та самая жена Тамерлана и я сейчас напорюсь на неприятности? Хотя… судя по виду девушки, ей где-то восемнадцать-девятнадцать лет, в то время как хозяину дома около тридцати. — Меня привезли вчера…

— Кто? — не отстает она.

— Рамзан… — говорю неуверенно. Пусть это будет самый безобидный вариант ответа.

— Зачем?

— Это что, допрос? — внезапно не выдерживаю и сразу же жалею о своей резкости.

Взор девушки мгновенно меняется с удивленного на нахальный.

— А вдруг ты воровка, проникшая в дом, чтобы нас ограбить? — сощуривается она.

— В халате? — киваю на свой наряд. — И пришла сама на крик?

— Ну ты… может быть, ты совестливая, — ухмыляется она.

— Все равно логики нет.

— Тогда вдруг ты одна из девок, что… — хочет сказать что-то дальше, но густо краснеет.

— Продолжай, — а мне становится смешно оттого, насколько она на самом деле маленькая и скромная.

— Ну для этих дел, — понижает она голос, оглядываясь по сторонам, будто опасаясь, что нас могут услышать. Хотя я уверена, что если тут кто и был до моего появления, то этот кто-то сбежал от ее крика.

— А у вас тут такое бывает, да? — подобные новости расстраивают меня еще больше. Потому что у нас в доме никто из обслуги и охраны не смел заводить никаких личных отношений на нашей территории. И если бы папа узнал, он сразу бы уволил человека, нарушившего правила.

— Я не видела, но слышала, что кое-кто из мужчин ходит за этим в город… — говорит незнакомка, потупив взор.

— Нет, — наконец-то решаю вставить слово, чтобы отстоять свою честь. — Я не для этих дел. Меня забрали из дома и сказали, что теперь я живу здесь.

— Кто так сказал? — смотрит на меня с подозрением. — Рамзан не может принимать таких решений.

— А кто может? — знаю, что с незнакомцами нужно быть настороже, потому что никогда не известно, чем может обернуться очередная встреча.

— Только Тамерлан. Мой брат, — она вздергивает подбородок вверх, и я выдыхаю, чувствуя, как камень падает с плеч.

— Значит, он… — отвечаю неопределенно.

Девушка ничего не говорит, только рассматривает меня в ответ, и я ощущаю себя музейным экспонатом.

— Интересно… — говорит она задумчиво. — Вот Замира взбесится, — произносит внезапно, с широченной улыбкой на лице.

— А Замира — это?..

— Злобная ведьма, решившая, что вправе командовать всеми и распоряжаться в нашем доме.

Похоже, дружбы между девушками не случилось.

— Тебе она не нравится?

— Нет. Потому что это из-за нее меня хотят выдать за старого вонючего извращенца, который повадился таскаться к нам каждый день.

— Но ты же вправе отказаться.

— Нет у меня такого права, — бросает она с досадой. — Но зато я могу сделать так, что он сам меня не захочет, — произносит довольно.

— Поэтому ты кричала? — озаряет меня догадка.

— В точку, — скрещивает руки на груди. — Я, кстати…

— Малика! — раздается знакомый громоподобный голос, и следом за ним появляется тот, чьего появления я ждала весь прошлый вечер. — Что ты снова устроила? — рявкает он, но замечает меня и замирает. — А ты что тут делаешь?

— Я? — смотрю удивленно. — Живу.

— Убирайся в свою комнату и не смей выходить до тех пор, пока тебе не разрешат!

— Что? — смотрю на него, ничего не понимая.

— Немедленно! И не смей приближаться к моей сестре. Ослушаешься — и тебе не понравятся последствия, — говорит так, что у меня нет сомнений: он исполнит свою угрозу.