Глава 5

Неверие сменилось отчаянием, когда я снова прочитала завещание. Отец оставлял маме половину дома и сбережения, а брату — долю в совместной с Фархадом фирме. Мне тоже полагалась хорошая сумма, но с оговорками. Всеми его средствами, оставленными мне, будет распоряжаться Аслан до тех пор, пока не выдаст меня замуж. Если я распишусь с мужчиной без одобрения брата, то все деньги переходят ему. Если на момент смерти отца я уже буду замужем, деньги делятся в равных долях между моими детьми.

— Папа завещал маме деньги, но она погибла вместе с ним. Значит, я могу получить от неё наследство.

— Можешь, — кивнул брат. — Половину этого дома. А деньги останутся под моим контролем. Отец не дурак, он не зря написал: «всеми его средствами». Деньги, завещанные твоей матери, изначально были его.

— Тогда я готова продать тебе свою половину дома, — решительно заявила я.

— Не выйдет. Я не стану у тебя её покупать. Чужому человеку ты её тоже не продашь, потому что никто в городе не захочет связываться с Асланом Куртаем. Наша родня могла бы выкупить, но когда они узнают, зачем тебе понадобились наличные, потребуют выдать тебя замуж, как только пройдёт траур. Никто не позволит тебе позорить наш род, Амина. Да, папа тебя любил и называл своей бусинкой, но и он, как видишь, сделал всё, чтобы ты не выкинула глупость и не нарвалась на какого-нибудь охотника за приданым.

В тоне Аслана не было ни грамма злорадства или издёвки, но легче от этого не становилось. Получается, если я всё же захочу уехать, то останусь нищей. Не то чтобы я гналась за богатством, но с деньгами жить гораздо легче. А ещё папа всё устроил так, что, несмотря на моё совершеннолетие, я осталась под опекой брата.

Я положила завещание на стол и опустила голову, подумала, что всё равно выберусь отсюда. Деньги на дорогу мне может и бабушка прислать. Жалко, телефон пока у Аслана, но когда-нибудь он мне его вернёт.

Брат протянул руку и слегка сжал моё плечо.

— Я тебе не враг, Амина, пойми ты это наконец. Родителей нет, я один за них остался, — сказал он ласково, и это было как-то совсем непривычно.

— Поняла. Пойду к себе тогда.

Я встала и направилась к дверям.

— Сделай мне чай, пожалуйста, и принеси под навес, — громко произнёс Аслан мне вслед.

Тон мгновенно сменился на приказной, и я от обиды стиснула зубы. Командует мной как прислугой, барин нашёлся.

И всё же пришлось выполнить его просьбу. Когда я появилась у столика под виноградником, то едва не выронила кружку из рук. Брат курил и бессовестно рылся в моём телефоне.

— Как ты его разблокировал?!

— Показал перед камерой твою фотографию со своего смартфона. Что, не знала, что так можно? — усмехнулся Аслан.

Сейчас он спокойно читал мои переписки с подругами, заходил в социальные сети, где я была зарегистрирована. Он ничуть не смущался, считая себя абсолютно правым, и это покоробило меня больше всего.

— Отец никогда не проверял мой телефон, — промямлила я испуганно.

— Он тебе доверял, Амина, а я нет. Чего голос так дрожит? Есть что скрывать? — спросил Аслан, туша сигарету в пепельнице, и вдруг добавил тихо, но резко: — Сядь рядом. Сядь, не стой передо мной.

Я наконец поставила перед ним кружку и разместилась на краю лавки, но не вплотную. Брат повернул ко мне экран, и мне мгновенно захотелось повыдёргивать себе все волосы на голове. Какая же я дура! Читала в одном из приложений книгу и перед выходом просто смахнула её с экрана. Аслан без труда нажал кнопку открытых вкладок, и перед ним сразу развернулась та страница, на которой я остановилась.

Это была сцена секса героини с её парнем — со всеми анатомическими подробностями и описаниями. Я опустила голову и даже икнула от накатившего страха. Брат грубо приподнял мою голову за подбородок и ткнул в лицо светящимся экраном.

— Вот об этом мечтает моя сестра? — спросил он леденящим шёпотом. Мы были на улице, и Аслан явно опасался, что кто-нибудь чужой услышит о подобном позоре. — Отвечай, об этом мечтаешь, да? А может, я чего-то не знаю, и ты уже порченая?

— Это просто любовный роман! В чём ты меня обвиняешь? Я чистая! — постаралась ответить как можно смелее.

— Теперь я понимаю, почему моя Амина так рвётся уехать в другой регион. Она, оказывается, уже о мужиках думает. Завтра отправлю тебя в семью дяди Фархада на десять дней. А после возвращения ещё неделю телефон не получишь. И моли Всевышнего, чтобы я дяде о твоих интересах не доложил, иначе он потребует срочно искать тебе мужа.

— Ты не посмеешь это сделать! И учти, я всё равно уеду. Бабушка пришлёт денег на билет.

Я была так расстроена и зла на брата, что выпалила эти слова не подумав. Теперь мысленно проклинала себя за длинный язык.

— Знаю, о чём ты думаешь, Амина. Я запер тебя, отобрал телефон, и на этом всё? Думаешь, дождёшься, пока я уеду на суточное дежурство, заберёшь из тумбочки свой паспорт и сбежишь к родне своей матери? Кинешься на первый автобус или самолёт?

Я вздрогнула и прикрыла глаза. Казалось, что брат читает мои мысли. И всё же это не так, он просто хороший опер и не зря работает в полиции. Он убрал пальцы с моего подбородка и продолжил зловещим тоном:

— Я таких бегунков, как ты, каждую неделю по всей стране вылавливаю. Твоя бабушка может переводить тебе на карту сколько угодно денег или сама покупать билеты через интернет. Это бесполезно. Я поставил твой паспорт на «сторожок» в базу «Магистраль» сразу после похорон отца. Слышала про такую? Как только твои данные введут в систему при покупке билетов, у меня на рабочем компьютере и телефоне загорится «флажок». Система выдаст сигнал тревоги линейной полиции. Тебя примут прямо у стойки регистрации или снимут с поезда на первой же станции. Ребята из линейного отдела просто заведут тебя в дежурку, напоят чаем и наберут мой номер, и я приеду за тобой. Тогда, Амина, разговор у нас с тобой будет совсем другой. Ты никуда отсюда не уедешь. Это моё последнее слово. Собирай вещи, завтра перед работой завезу тебя к дяде.

Я вскочила с лавочки и ринулась в дом, вытирая слёзы со щёк рукавом платья. Неужели это всё и ничего нельзя сделать? Мысленно пообещала себе, что придумаю что-то, а пока стоит успокоиться, не нужно сердить брата. Усыплю его бдительность хорошим поведением, а там видно будет.

Аслан

Я соврал сестре, что завёл её паспорт в систему «Магистраль». Когда появился на работе, то сразу это сделал.

— Ого, это же твоя сестра? Боишься, что сбежит? — за спиной появился Камиль.

— На всякий случай сделал. Ты не боишься за свою? — усмехнулся я, поворачиваясь к нему.

— Лейла замуж через месяц выходит. Орёт дурниной, есть отказывается. Отец нашёл ей достойного мужчину, что ещё надо? Я и для тебя приглашение напечатал ещё раньше, но у тебя теперь траур.

— Я бы пришёл, если бы не траур. В любом случае поздравляю со скорой свадьбой Лейлы.

Заверещал стационарный телефон. Я поднял трубку, выслушал и кинул её на рычаги.

— Дежурный сообщил: на Тихой улице какую-то бабульку внучка нашла с ножевыми. Поехали, — скомандовал я, вставая со стула.

— Вот тебе и Тихая улица. Вечно там происходит что-то, бесит прям, — буркнул друг, хватая со стола ключи от машины. — На моей поедем.

Когда мы уже мчались по городу, зазвонил мобильный в сумке на поясе. Я вынул его и чертыхнулся вслух. Только этого мне сейчас не хватает для полного счастья.

— Здравствуйте, Валентина Петровна, — поздоровался вежливо, когда принял вызов.

— Здравствуй, Аслан. Волнуюсь за Аминочку, с самого утра не могу до неё дозвониться.

— Не переживайте, у Амины всё хорошо. Она наказана, я отобрал у неё телефон. Сейчас Амина гостит в доме дяди Фархада, там дедушка и бабушка, — спокойно ответил я.

— Как это наказана, и ты у неё телефон отобрал? Она что, ребёнок? Девушке девятнадцать лет! — гневно сказала Валентина Петровна.

— Послушайте, вы здесь не живёте и не понимаете наших обычаев. Я заверяю вас, над ней тут никто не издевается. Амина вам сама перезвонит с телефона деда и скажет, что с ней всё хорошо. Я сейчас сообщу ей, что вы звонили. И ещё один момент хотел бы прояснить. Сестра говорила, что хочет переехать к вам. Я против этого. Да и никто в нашей семье такого не допустит. Вы можете приехать в гости в любое время и повидаться с внучкой, двери моего дома для вас открыты. Простите, я еду на вызов и не могу долго разговаривать. Ждите звонка.

Я отключился, не дожидаясь, пока Валентина Петровна ещё что-то скажет — спорить с человеком старше себя не дело. Быстро набрал деда и объяснил в двух словах ситуацию. Теперь Амина сама скажет бабушке, что силой её тут никто не удерживает.