Глава 6

Чуть более десяти лет назад

— Грёбаный телефон… — с такими словами я пытаюсь разодрать слипшиеся глаза субботним утром.

Не очень ранним утром, судя по тому, как в разлепленный с невероятным трудом один глаз, светит яркое солнце из, не задёрнутого шторами, окна.

Натягиваю на голову одеяло и начинаю шарить рукой по кровати, в поисках озверевшего телефон.

Не нахожу. Но он, слава всем богам, замолкает.

Второй глаз так и остаётся закрытым, намертво склеенный тушью.

Надо срочно умыться.

Вчера я нарушила все свои незыблемые правила и уснула с косметикой. Представляю, что сейчас творится с моим лицом.

Медленно поворачиваюсь на бок, высовывая нос из под одеяла, и жмурюсь уже от нарастающей головной боли.

Очередной телефонный звонок врезается в уши с такой силой, что я опять ухожу в укрытие, зажимая уши руками.

Боже, такого жуткого похмелья, я не испытывала ещё никогда. Эти долбанные коктейли...

Телефонная трель, тем временем, продолжает насиловать мою бедную больную голову.

Ленка? Вдруг случилось что?

Свешиваю голову с кровати, шаря по полу рукой. К горлу подступает тошнота. Пытаюсь сглотнуть — неудачно. Во рту так пересохло, что язык намертво прилип к нёбу.

Гадство!

Наконец, нащупываю пропажу на полу. Поднимаю его дрожащей ручкой. Навожу прицел единственным видящим глазом и досадливо стону, определив там незнакомый номер.

Чтоб его!

Отшвырнув телефон, закрываю опять глаза...

Подруга привезла своего парня знакомиться с родителями. И, вчера, после официальных посиделок с родственниками, мы решили продолжить вечер в клубе. Как в старые добрые времена.

Приняв чуть на душу за долгую и счастливую жизнь молодых, я не постремалась позвонить другу своего бывшего, чтобы он нам зарезервировал место в своём клубе, где неожиданно собралась такая немаленькая компания старых знакомых, и веселье наше затянулось почти до утра.

Горячий финский парень, надо сказать, держался молодцом. Сам стоял и невесту свою держал. Она стоять уже не могла, но стакан было не отобрать.

Если он не передумает и не сбежит от неё после вчерашнего, я помогу ей собрать чемодан и сама затолкаю её в самолёт. Она заслужила своё счастье.

Её первым мужем был самый умный и самый воспитанный парень в классе. Она влюбилась в него по уши, решив, что вот он, тот самый неповторимый, который на всю жизнь. Больше ей никто не нужен.

Мы тогда были уверены, что его мама, которую он слушался беспрекословно, не разрешит ему жениться на неправильной девочке. Ленка была неправильной. Но в борьбе мам, победила её мама — известный хирург.

И жили они вместе не очень долго и не всегда счастливо. Хотя она очень старалась, особенно поначалу. Не сложилось. Так бывает.

При разводе, который проходил под строгим контролем мамы её бывшего уже мужа, ей удалось получить только вид на жительство в Финляндии и, ничего не стоящие подарки, полученные в браке.

Молоточки в голове начинают стучать в ускоренном ритме реагируя на очередной звонок ненавистного уже телефона.

Господи, как же хреново...

Превозмогая чудовищную головную боль, сползаю с кровати и кое-как поднявшись на ноги, плетусь в ванную.

Рухнув на колени перед унитазом, со стоном выворачиваю в него содержимое желудка. Которого оказалось не так уж и много, учитывая то, что поехала я к ней после работы, и поесть нормально времени у меня не было. А потом было как-то не до этого. Захватило веселье.

По стеночке поднимаюсь на ноги. Подхожу к зеркалу. Хлынувшие потоком слёзы, во время очистительных процедур, сделали доброе дело — разлепили глаза. Но больше хороших новостей нет. Из зеркала на меня смотрит алкоголичка в запое, с месивом из косметики вместо лица.

Класс!

Надо позвонить Ленке. Надеюсь, мама её не выгнала из дома вместе с женихом. К жуткому отражению в зеркале добавляется ещё и чувство вины. Знаю, без меня не случилось бы всего этого, а тут, халявные коктейли от лучшего друга моего бывшего. Как отказаться?

С этой мыслью плетусь в комнату, на полпути разворачиваюсь, придерживаясь руками за стеночку и меняю курс -- надо подлечиться. Опохмеляться я не могу, да и нет у меня ничего, зато волшебная таблетка аспирина, будет самое то.

Сажусь на табуретку, наблюдаю как пузырики радостно взрываются фейерверками в стакане. Опираюсь головой на стенку.

Раньше, после наших загулов, я на какое-то время исчезала из поля зрения её мамы, пока буря не стихнет. Нет, мы не были разбитными девицами, с беспорядочными половыми связями. Мы верили в любовь, но очень уж любили приключения, и приключения отвечали нам взаимностью. И когда градус нашего веселья доходил до критического уровня, в игру вступала её мама, подключая, при необходимости, свои связи, а связи у неё были немалые.

Зато когда всё было тихо и спокойно, мы зависали у Ленки на кухне все вместе: болтали, смотрели кино, курили, дегустировали коньячок...

Так больше не будет никогда...

Вытираю пальцами слёзы со щёк, хлынувшие ручьями из глаз теперь уже от дорогих сердцу, воспоминаний, и, уловив ухом очередной звонок, плетусь на поиски телефона.

Немного подумав, решаюсь всё-таки ответить.

Один и тот же номер, мало ли...

— Привет, — слышится ещё до того, как я произношу классическое: «алло». — Узнала? — следует вопрос от довольно приятного глубокого баритона.

Напрягаю, не желающий работать, мозг. Голос кажется знакомым и у меня даже возникают подозрения, в которых, правда, я не очень уверена...

— Я тебе дам свой домашний, — говорю, чтобы завязать беседу, прислушиваясь внимательно к тембру.

— У тебя есть домашний?

— Конечно! — карикатурно восклицаю. — Тогда ты сможешь мне звонить и спрашивать: «привет, ты дома?» Я узнала тебя Аркадий, чего хотел? — иду ва-банк.

«Кхм» — раздаётся в трубке. — Неожиданно.

— Что?

— Что ты меня узнала.

— И?

— Я хотел тебя пригласить прогуляться...завтра...

— Ммм…— после аспирина голову начинает отпускать. — Завтра?

— Да, погода будет хорошая, я смотрел.

Ну чего бы и нет? Я девушка свободная...опять.