Я ВЛЮБИЛСЯ В ЛОЖЬ

Резкий удар в дверь заставил Нину вздрогнуть.

Она вскинула глаза на часы — 22:00.

Никого она не ждала. Да и ждать было некого: в последнее время её мир ограничивался работой, редкими звонками клиентов и тишиной дома. Она сама так решила — безопаснее, спокойнее, без прошлого. Последний проект она закончила ещё неделю назад… И уж точно ни один заказчик не стал бы барабанить в дверь её частного дома посреди ночи.

По спине пробежал холодок.

Нина осторожно положила книгу на стол и подошла к двери. Каждый шаг отдавался в ушах слишком громко. Она замерла, почти не дыша.

Сначала — ничего.

А потом… хрип, сорванный, слабый:

— Пожалуйста… откройте… помогите…

Она насторожилась. Правильнее всего было вызвать полицию. Не открывать. Не вмешиваться.

Но в этом голосе было что-то… отчаянное. Настоящее.

Прежде чем разум успел остановить её, рука уже повернула замок.

Дверь приоткрылась — и Нина в ужасе застыла.

На пороге, тяжело опираясь о косяк, стоял мужчина. Его лицо и руки были перепачканы кровью, рубашка пропиталась тёмным пятном. Пальцы скользили, пытаясь зажать рану, но силы покидали его.

— Помогите… — едва слышно произнёс он. — Спрячьте меня…

Нина не помнила, как оказалась рядом. Тело двигалось раньше мыслей. Она подставила плечо, и его вес обрушился на неё — тяжёлый, горячий, почти безвольный.

Он пах холодным воздухом ночи, металлом… и кровью.

Она помогла ему войти в дом и усадила в кресло.

Мужчина поднял на неё потемневшие от боли глаза:

— Закройте дверь… на замок… и выключите свет.

Нина пристально посмотрела на него.

— Я… не причиню вам вреда… — прошипел он, морщась от боли.

Она медлила всего мгновение.

— Надеюсь, я об этом не пожалею, — тихо сказала она и повернула ключ.

Когда свет погас, Нине показалось, что мужчина едва заметно выдохнул — будто темнота укрыла его лучше любой двери.

Она постояла несколько секунд, привыкая. Постепенно очертания комнаты вернулись: диван, стол, кресло… и тёмная фигура в нём. Уличные фонари бросали в гостиную холодный янтарный свет.

Нина развернулась и направилась на кухню.

— Куда вы?.. — хриплый голос прозвучал резко, почти тревожно.

— За полотенцами. Нужно остановить кровь. Иначе вы не доживёте до утра.

Она исчезла в коридоре.

Минуты потянулись мучительно долго.

Мужчина сжал зубы. В голове шумело.

Он вслушивался в каждый звук дома.

Тишина.

Слишком долгая.

Позвонит в полицию.

Испугается.

Сдаст меня.

Он уже попытался приподняться, когда послышались быстрые шаги.

Нина вернулась — с чистыми полотенцами и шприцем в руке.

Он замер.

Она без лишних слов отвела его руку от раны. Кровь сразу проступила сильнее.

— Сейчас будет больно, — тихо сказала она. — Мне нужно прижать.

Он только коротко кивнул.

Её ладонь надавила на пулевое отверстие.

Мужчина резко вдохнул сквозь зубы, мышцы на шее напряглись, пальцы вцепились в подлокотник… но ни звука он не издал.

Крепкий, отметила Нина.

— Держите здесь, — скомандовала она, накрывая его ладонь своей и направляя пальцы на нужное место. Его рука дрожала. — Сильно.

Она наполнила шприц.

Он напрягся сильнее.

— Вы врач?

— Нет, — спокойно ответила она. — Я дизайнер интерьеров.

Он приподнял бровь, несмотря на боль.

— Тогда… что вы собираетесь мне вколоть?

— Обезболивающее. И антибиотик, чтобы заражение вас не убило раньше кровопотери.

Она на секунду встретилась с ним взглядом.

— Вам придётся довериться мне, — тихо сказала Нина.

И, прежде чем он успел ответить, игла вошла в мышцу.