Глава 2

Подружки пришли за мной. Катя и Таня. Сестра оказывается, написала им, что я приехала, так как до меня дозвониться они не смогли. Вот и сделали мне сюрприз.

— Денег-то сколько у нее... Прибарахлилась на десять лет вперёд. — бурчала Таня завистливо, перебирая брендовые вещи. — И нам привезла шмоток заморских. Не подделка?

— Какая подделка? Это ж всё с Манхеттена. Разбирайте девочки. Всё, что понравится, ваше. Кать, не стесняйся! На тебя замечательный костюм будет. Вот. Смотри какой классный!

Я показала Кате тот самый розовый костюм, который видела на Соне и в который влюбилась с первого взгляда. А теперь он стал мне не нужен.

— Спасибо. Как раз на меня. — Катя приложила к себе пиджак и засияла от счастья. — Красота какая... Обожаю кукольный розовый...

— Только юбку укорачивать придется. — едко бросила ей Таня, в свою очередь присматриваясь к практичному черному кардигану свободного кроя, который выбирал для меня Дилияр. — Ты ж непропорционально мелкая. На твой рост длинная будет.

— Да я и в длинной похожу. Мне не принципиально. А ты чего грустная, Аль? — обратилась ко мне Катя. — Мы зашли, а ты белее снега. Что-то у тебя случилось?

— Да ничего. — отмахнулась я, продолжая старательно натягивать на себя улыбку. — Не берите в голову. Вы лучше…..

— Что за богатый пихарь у тебя появился, колись! Покажи его! Он красивый?

Таня, как самая токсичная и наглая из моих подруг в принципе, завела эту тему первой. Прямо и при сестре. Чего я и боялась.

— Он очень чёрный? Прям как чёрный кофе? Или как кофе со сливками? — подхватила Катя из чистого любопытства.

Как только разговор зашёл за Дилияра, сестра моя, бросив копаться в одежде, сразу ушла. Не выдержала это слушать.

Сестре было противно, видите ли. А то, что она себе выбрала буквально треть чемодана вещей, купленных на его же деньги, её не смутило ничуть.

— Тьфу, Катя! Всё тебе негры покоя не дают! — шикнула на неё Таня и пояснила, почему её так раздражают сексуальные предпочтения подруги. — Прям бесится от их вида! Изнемогает вся! А сама, блин, чипиздик! Метр с кепкой же, ну! Куда тебе негра, Кать? Вот же извращенка...

— И пофиг, что метр с кепкой! Мне они нравятся! — обидчиво вставила Катя в ответ на тупую претензию.

— Негра ей вышли. На день рождения. Поймай какого-нибудь и вышли. Лучший для нее подарок будет. — не могла не подшутить Таня.

— Ох девочки. Я так соскучилась... — вздохнула я с улыбкой, глядя на них.

— Да-да, мы тоже. Но ты тему не переводи. Кто он, пихарь твой? — всё не унималась Таня.

Пришлось немного приоткрыть завесу тайны, ведь она всё равно не отстанет.

— Ну... Его зовут Дилияр, и он афроамериканец...

— Вай! Батюшки! Катька как в воду глядела! — воскликнула Таня, выпучив глаза. — Реально чёрный? А у него очень большой?

— Красивый? — улыбалась Катя.

— Ну…

Я не успевала отвечать, так как девчонки буквально атаковали меня с двух сторон своими вопросами.

— Да что там красивый... С лица воды не пить. Ты лучше скажи прямо... Хуй по колено у твоего пихаря? — перебивая подругу, не унималась Таня и активно лезла не в свое дело.

— Фу, какое гадкое слово "пихарь". — покривилась я, не став отвечать на столь интимный вопрос, который Таню волновать ну никоим образом не должен.

— А слово "хуй" тебя не смутило? — рассмеялась Катя без какой-либо желчи в мой адрес.

В отличие от Тани, её подруги детства, которую хлебом не корми — дай плюнуть ядом, Катя выглядела совсем не завистливой и даже чересчур простой. В общем, она была полной противоположностью Тани, и почему-то терпела все её придирки и обидные слова.

И меня очень удивляло, что заставляет Катю общаться с такой, как Таня.

На её месте я бы уже давно ушла от такой "подруги", которая только и делает, что занижает самооценку да портит настроение.

— Что её смутит, блин... Ууй. Пихуй. — развела Таня руками и язвительно добавила. — А что, разве не пихарь он? Пихает же невпихуемое своё, африканское... в это вот твоё... отечественного производства...

— Так всё. Разбирайте шмотье, и поехали. Оттянемся по полной. Чур я плачу за всё.

Я посчитала нужным остановить эту дискуссию, пока она не привела к ссоре. И очень надеялась, что в нашем любимом кафе-баре, куда отправимся сегодня и будем отжигать до утра, никто больше не станет поднимать эту тему.