2

ГЛАВА 2

Валерия

- Не плачь, - Аланка вытирает мои щеки своей ладошкой, а второй рукой гладит по голове. – Мне тоже стлашно. Но мама говорит, что бабаек не бывает, а от плохих людей меня защитит папа. А у тебя есть папа?

Всхлипнув, киваю.

- Есть.

- Так позвони ему, - выдаёт на полном серьёзе этот маленький цветок и я улыбаюсь сквозь слёзы.

- Я не хочу его расстраивать.

- Амир! – слышу громогласное и, дернувшись, поворачиваюсь ко входу. К нам идёт Джамал.

- Папа приехал! – радостно выдыхает мальчик и спешит к отцу. Обнимает его. Они о чём-то быстро переговариваются и идут к нам.

- А мой папа не отвечает. Они с мамой куда-то уехали, - с печалью в голосе произносит Алана.

- Ты со мной. Я буду защищать тебя, пока не приедет твой папа, - успокаивает малышку Амир.

- Ты как? – это Джамал.

Я пожимаю плечами.

- Не знаю. Ничего не знаю.

- Дети на тебе, держись.

- Хорошо.

- Я в больницу. Узнаю, как там наши.

- Хорошо, - меня нервно передёргивает.

- Пригляди за моим сыном. Ну или пусть он за вами присмотрит, - усмехается.

Я растягиваю губы в улыбке, которую на самом деле не ощущаю, киваю.

- Да, он молодец.

- Амир.

- Да, пап?

- Будь мужчиной.

- Хорошо, отец.

В этом коротком диалоге что-то есть. Что-то согревающее душу. И я снова вытираю слёзы.

- Джамал? – поднимаю на него глаза, улавливаю его взгляд. – Узнай как там Шамиль. Пожалуйста.

- Хорошо, - буркает он и, потрепав сына по плечу, уходит. – Ты за старшего! – приказывает Амиру. – Охраняй женщин.

Амир снова садится на диван с нами, обнимает одной рукой Аланку.

- Не бойся. Я никому не позволю обидеть тебя.

- Холошо, - соглашается дитё.

- Хорошо, - вздыхаю я. Рядом всхлипывает нянька, чем невероятно раздражает. – Вы-то чего? - смеряю женщин холодным взглядом и те неловко топчутся рядом. – Идите выпейте чаю. И детям поесть принесите.

В моё горло вряд ли полезет хоть кусок, но я должна думать не только о себе. У двери куча охраны, кто-то заглядывает внутрь, пробегается по нам взглядом и снова исчезает. Это, наверное, начальник охраны. Последние живые гости уехали и мы остались одни.

Надя

- Ну что, доктор, что? – я вскакиваю со стула, бегу навстречу врачу. Тот уставший, с покрасневшими белками глаз. Вздыхает.

- Всё хорошо с ним будет. Операция прошла успешно.

Чувствую, как становится легче сердцу, его отпускает железная лапа страха.

- Спасибо вам, доктор! Спасибо! – я начинаю выгребать из сумочки деньги, засовываю в его карманы, на что доктор недовольно цыкает.

- Успокойтесь. Сейчас пришлю вам медсестру с седативными.

- А когда я могу его увидеть?

- Как только из реанимации переведём в палату. Пока рано. Езжайте домой, отдохните. Вам это нужнее, чем ему.

- Нет. Я никуда не поеду. Я дождусь.

- Отвезите её домой, - обращается к моему охраннику, но тот не двигается с места, словно прилип к стене.

- Мы подождём, - это главный безопасник Саида. Он отделался царапиной у виска.

- Ну, как знаете. Столовая у нас знаете где. Сейчас пришлю кого-нибудь пусть принесут вам кофе.

- Спасибо, - благодарно киваю.

- Палату тоже вам выделю. Отдохнёте там.

- Даже не знаю как вас благодарить.

Врач усмехается.

- Семья Хаджиевых отстроила нам целую больницу. Уж одну палату мы для вас найдём.

- Спасибо, доктор, - улыбаюсь, пожимая ему руку. Охранник покашливает, намекая, что Саид этих рукопожатий не стерпел бы. Внимательный какой.

- Ты бы так бандитов узрел издалека, чем вот это вот! – бросаю ему укоризненно.

- Извините, - ворчит бугай. – Вы в палату идите, отдохните. А я пока здесь посижу.

- Посиди. И если что… Если какая-нибудь гадина попытается пробраться к Саиду, стреляй в голову!

- Вас понял, - отвечает мне головорез и занимает свой пост у дверей реанимации. Я же, убедившись, что с Саидом всё более-менее в порядке, ухожу в палату. Туда мне приносят поесть и пару таблеток седативных, я глотаю их запивая водой, ложусь на кровать. Простреленная рука снова начинает ныть.

Набираю Леру и через пару гудков слышу голосок Аланы. Хорошо, что она ещё маленькая и не всё понимает. Хотя после сегодняшнего едва ли убийства останутся для неё тайной.

- Да, - слышу уставший голос Леры и вздыхаю.

- Ты как?

- Хреново. Жду новостей о Шаме. Он же там с вами?

- Его пока ещё оперируют. Сложно что-то сказать.

- Ясно… - голос Леры становится тише. - А знаешь, ведь эти пули летели в меня. Он меня собой закрыл. Мой социопат спас мне жизнь ценой своей, - её голос обрывается, а я закрываю глаза от подступающей боли в руке. В душе, правда, не лучше.

- Я тебе верю, Лер. С ним обязательно всё будет хорошо. Дай мне Алану, пожалуйста.

- Мамочка! – слышу через секунду и улыбка появляется сама собой.

- Как ты кроха?

- Всё холошо. Только я испугалась очень.

- Я приеду домой и мы с тобой обо всём поговорим. Но сейчас ты должна слушаться тётю Леру. А я побуду с папой. Он немного приболел.

- В него стлеляли, да? Те плохие люди хотели нас всех убить? За что?

За что? Я услышала этот вопрос от своей маленькой крошки и не знала, что ей ответить. Вот она… Обратная сторона медали. Снаружи всё блестит и переливается бриллиантами, а внутри мы тонем в собственной крови и задыхаемся от боли.

- Ни за что, малыш. Просто такое случается… Я обязательно всё расскажу тебе. Только потом, не сейчас, - мой голос сорвался.

- Алё, Надь? Узнай как он там, ладно? И позвони мне. Я буду ждать, - Лера плакала, я слышала это по голосу.

А чуть позже я узнала, что Шамиль впал в кому и выберется ли он из неё – неизвестно.