Глава 4

Он допил свой шоколад. На дне чашки, как и в жизни, смешались солод и горечь.

— Жан-Франсуа Паро

Мэри

Мы смотрим друг на друга. Ресницы мужчины соблазнительно опущены. Из-под них словно просачивается свет, настолько яркие его зрачки. Взгляд уверенный, брови немного ползут вверх. Все указывает на то, что я правильно поняла его предложение.

Предложение коснуться его губ...

Я глотаю слюну, которая успела образоваться от волнения. Сама не знаю, почему так волнуюсь. Очень неожиданно, но... видимо, логично, да? Его руки заняты и он не видит где именно испачкался... Ох, черт...

Я молчу и сама не верю, что делаю это... тянусь пальцем к нему. Бо-оже. И уже поздно сдавать заднюю, будет еще более странно. Дориан концентрируется на моем пальце, а я слабо улыбаюсь, чтобы скрыть свое неуместное волнения.

Я чувствую кожей его теплое дыхание, когда касаюсь верхней губы Дориана. Стоит мне это сделать, и она начинает дрожать... О, бо-оже. Это законно вообще? Я разглядываю его уста, они тоньше, чем у Марка. Но это не минус, только факт. Я стираю неспешно остатки коктейля, не понимая, почему тяну время. Сейчас мистер Хоггарт выглядит беспомощным. Но очень мило беспомощным, словно хочет сейчас таким быть. Чтобы я... делала это.

О Боже!

Я резко отрываю палец, потому что наконец-то мозговой механизм справляется с глюком, вызванным гормонами. Даже шаг назад делаю, улавливая удивление во взгляде Дориана. Все становится еще более странным. О, нет... Не знаю, что ему сказать. И мужчина молчит...

— Уже чисто, — тихо сообщаю я, пряча взгляд. — И... хорошего дня, — добавляю быстро, прежде чем убежать.

Нет, я, к счастью, не побежала как восьмиклассница, но жмурилась и ругалась на себя всю дорогу в спальню. Что это за слоу-мо с губами Дориана было, Мэри? С ума сошла, дорогая? Ты же беременная женщина от другого мужчины! А Дориан... Дориан... он же мне... как брат, да? Кручу головой. Нет, не брат. Это тоже странно. Не знаю... боже, я не знаю, кто он мне!

Захожу быстро в спальню и усаживаюсь на постель. Сердце почему-то колотится. Палец все еще в остатках коктейля. Смотрю на него, тихо говоря:

— Беременные женщины, пожалуй, немного того. Мозговые глюки, зрительные галлюцинации и ощущение, которых не может быть. Все понятно мне... А вот Дориан, пожалуй, и не понял, почему я так растерялась. Так глупо получилось...

Вздыхаю. Ладно, просто забудем об этом. Сделаем вид, что ничего не было. А что было, в конце концов? Я просто помогла ему, как и он сегодня помог мне. Все нормально.

Смотрю все еще на палец. Закусываю губу. Черт. Я действительно хочу это сделать? Дыхание перехватывает. Но так манит... словно я вампир, увидевший кровь... Невыносимая жажда... Чем больше думаю об этом, тем больше хочется. Боже, точно какой-то гормон подскочил. Матушка родная!

И я облизываю свой палец. Облизываю палец, которым касалась его губ. Облизываю его.

Кажется, краснею. Ох. Внутри становится жарко. Такой сладкий. Конечно, это вкус коктейля. Но сейчас кажется, что и весь Хоггарт такой. Сладкий. Это так гармонично сочетается с его ненавязчивым запахом. Он всегда пахнет свежестью, как приятный летний бриз. Но его капли не высыхают под солнцем, они стекают телом... как сегодня. Ой, Мэ-эри, боже!

Я прикусываю свой палец зло. Ну, что ты делаешь? Падаю на кровать и прикрываю глаза. Палец теперь чистый, а вот совесть нет... И кто знает почему... Может потому, что сердце знает, какой запах и вкус любит больше всего — горький. И каким бы тяжелым и невыносимым он не был... я ношу его под сердцем. Я сама его туда впустила.

Я обняла подушку, представляя своего капо ди капи. Улыбнулась, не желая больше вспоминать его сегодняшние слова. Все могло быть иначе... и это «иначе» я начала представлять... Я начала фантазировать, что сейчас Марк рядом со мной... И впервые за сегодняшний день сердце начало успокаиваться.

Я осознала, что когда увидела на дороге Дориана и почувствовала его теплую ладонь... успокоился мой мозг, а не сердце... Ведь ему нужен совсем другой мужчина...

Мое сердце не ищет покоя...