Глава 2

Как только мы вышли из ресторана, он отпустил мою руку и молча направился к припаркованному неподалеку от входа к огромному, черному джипу.

Я неуверенно топчусь на месте. А мне что делать?

- Что стоишь? – крикнул незнакомец, открыв водительскую дверь джипа. – Садись в машину.

У меня есть еще шанс вернуться обратно в ресторан и сгладить возникший конфликт, попросив прощение у той компании. Возможно тогда, я еще не лишусь своей работы.

Подул холодный ветер. Я обхватила себя руками. Черт, как же холодно. Ледяной ветер пробирал будто до костей.

- Ну, же! – прикрикнул мужчина, садясь за руль джипа.

- Думай, думай, Кира… - Нервно кусала губы, переводя взгляд то от ресторана к джипу, то наоборот.

Но стоило мне услышать рев мотора, я тотчас же, сломя голову рванула к джипу и, ни о чем не задумываясь более, запрыгнула на переднее пассажирское место. Как только я закрыла за собой дверь, машина резко стартовала и поехала по ночному, глухому городу в неизвестном направлении.

Начался снег. Это был первый снег после затянувшегося, жаркого лета. Я словно завороженная смотрела, как снежинки ложились на лобовое стекло и медленно таяли, и в точности как ребенок радовалась этому будто какому-то волшебству.

Незнакомец включил дворники, и завораживающее зрелище сразу же прекратилось. Отвела взгляд в сторону и принялась наблюдать за мелькающими огнями уличных фонарей, за витринами закрытых магазинов, офисных зданий и салонов красоты. Стыдно признаться, но за свои неполные девятнадцать лет я ни разу еще не была в салоне красоты. Разве что только в дешевой парикмахерской.

Мною овладело неприятное чувство, стоило вспомнить родительский дом, и то обстоятельство, по которому мне пришлось оставить все и уехать подальше из родного поселка.

Я вздохнула и крепко зажмурила глаза. Ад, в котором я провела половину отрочества, оставался позади. В некотором смысле теперь я свободна.

К глазам подступили слезы. Я поспешно смахнула их со щеки, чтобы незнакомец не увидел мою слабость. Не нужна мне ничья жалость. Не смотря ни на что, я буду оставаться сильной и верить, что однажды моя жизнь круто изменится в лучшую сторону.

Мелькнула очередная смутная мысль сбежать, но было слишком поздно. Жизнь моя загублена, идти некуда. А главное, я не знала, куда меня везут.

Понятно, что хуже уже не будет, тут сомнений не возникало, но кто же он, этот незнакомец? Что он собирается делать со мной?

Наверное, моя детская наивность и невинность, любопытство и желание лучшей жизни подтолкнули меня последовать за ним. Я не осознавала, не отдавала себе отчета в том, что делаю.

Но дело сделано. Нет пути назад.

***

Я смотрела на незнакомые пейзажи, проплывающие за тонированным стеклом. Ехали мы уже очень долго, всю дорогу незнакомец молчал, устремив свой серьезный взгляд на одну только дорогу. С самого отъезда не сказал ни слова и даже ни разу не взглянул на меня.

В какой-то момент я, набравшись смелости, внимательно посмотрела на него. Он казался сердитым и неприступным, что я решила лучше и дальше молчать, не доставать его своей болтовней. Но если я спрошу, сколько нам еще ехать, он ответит?

Спустя какое-то время я начала засыпать. Раз десять я задремала, потом резко просыпалась, пока окончательно не уснула. Проснулась, когда каким-то образом почувствовала, что машина замедляет ход.

Я нервно сглотнула, когда джип остановился напротив высокой стены. Вокруг не было ничего: за спиной трасса, по которой мы приехали, впереди – ворота, которые отделяли меня от точки назначения.

Ворота автоматически распахнулись, и передо мной предстал огромный дом, у которого панорамных окон было больше, чем стен, окруженный идеально подстриженной лужайкой и десятками молодых голубых елей.

- Выходи. – Произнес незнакомец первое за долгое время слово. Одно единственное слово. Он первым вышел из машины, я последовала его примеру.

Мое сердце забилось быстрее, когда сквозь тусклое освещение уличных фонарей я заметила силуэты здоровенных, высоких мужчин в темных костюмах. Быстрым шагом они направлялись к нам.

- Господин. – Обратился к незнакомцу один из подошедших к нам мужчин, поприветствовав его легким кивком.

В ответ незнакомец бросил ему ключи от джипа и направил в сторону дома, опять же не произнося мне ни слова.

А мне что делать?

Иду за ним, обхватив себя руками, замерзнув в одночасье в своей коротенькой, легкой форме официантки.

Все так же молча мы вошли в дом, поднялись по ступенькам на второй этаж, минуя множество дверей спален.

Какой же огромный у него дом. Наверное, семья у него большая?

Когда мы дошли до третьего этажа, он остановился возле одного из дверей, обернулся и пристальным взглядом посмотрел мне прямо в глаза.

Я сглотнула, сердце забилось как бешеное.

Он открыл дверь. Внутри комнаты было темно.

- Проходи. – Холодно произнес он, пропуская меня вперед.

Поблагодарила его натянутой улыбкой и вошла внутрь. Включился свет, и поняла, что это не спальня, а, должно быть, его рабочий кабинет: посреди стол, по бокам два офисных кресла, мини кожаный диван возле двери и барный шкафчик, без которого, конечно же, не обходится ни один деловой мужчина.

Туда-то он и направился первым делом. Открыл дверце шкафа, вытащил оттуда два стакана, бутылку виски и вернулся ко мне. Всучил в руки стакан, налил немного виски и приказным тоном произнес:

- Выпей.

Пронзительный взгляд смущал меня, как и весь его внушительный вид, нависающий прямо надо мной.

Я уже готова была решительно отказаться, объяснив ему, что вообще не употребляю алкоголь, но он повторил вновь, еще более настойчиво и сурово:

- Выпей.

Я крепко зажмурилась и сделала первый глоток.

- Кхм – кхм, - закашлялась, почувствовав противную горечь во рту.

Какая же это гадость. Как ее вообще можно пить?

- Допивай. – Прозвучал очередной приказ.

Одновременно он налил виски и себе. В отличие от меня, мужчина выпил свою порцию горячительного напитка даже не моргнув.

Я посмотрела на свой стакан и рассчитала остаток содержимого на три глотка. Выдохнула, крепко зажмурила глаза и с большим усилием все же смогла выпить до дна это противное пойло.

Виски обжигающей волной стал спускаться к моему желудку. Я почувствовала себя неестественно расслабленной. Скованность постепенно стала отпускать меня, и мне безумно захотелось спать.

Но, кажется, у Господина другие планы на меня…

Он забрал с моих рук стакан, отнес его обратно к барному шкафу, потом вернулся и внимательно стал меня рассматривать непроницаемым лицом. Господин молча оценил каждый волос и каждый сантиметр моей кожи.