Глава 4

Стыыыдно.

Приходим в кафетерий, а у меня опять нет наличных.

— А можно я вам переведу?

— Девушка, смотрите, какая за вами очередь.

— Кристин, у тебя нет? — готова сквозь землю провалиться, но тут мужская рука протискивается мимо нас и прижимает карту к терминалу.

Первые секунды я резко торможу, потому что эту руку я сегодня уже видела. И цвет костюма, и часы… Нет, нет, он не может тут работать!

Я медленно поднимаю глаза, сталкиваясь с прямым взглядом, которым мужчина откровенно пялится мне в лицо. Он понял, кто я такая? А понял, что я лежала на нем ночью? О чем он вообще сейчас думает?

— Спасибо, — только и могу выговорить, резко опуская взгляд, но глядя ему вслед.

Что он тут делает, черт возьми?!

Кристина тоже замолкает — прямо до самого столика.

— А ты откуда Гошу нашего знаешь?

— Гошу? Ну как… мы же встречаемся.

Кристина даже поднос отодвигает:

— В каком смысле вы встречаетесь? С ним? С Гошей Воронцовым? С Георгием Георгиевичем?

Она странно дергает головой, а я киваю.

— Ну да, мы уже год вместе. Вчера он забрал меня у родителей, устроил сюда и поселил у себя.

— Боже, — она закрывает щеки ладонями. — Так вы и спите вместе?

— Ну, сегодня спали, да.

— Охренеть! Охренеть! Чем ты его зацепила… Блин, мне так завидно! А какая у него квартира? А у него есть татуировки?

— Большая. Ванная, гостиная, кухня и две спальни. Одна направо, а одна налево… Татуировок нет.

— Офигеть. Ну а вообще, какой он… там?

— Там?

— Ну, член у него какой? Просто среди девчонок столько слухов ходит. Он раньше ни с кем с работы не спал, а тут… Да тебя надо как экспонат выставлять!

— Скажешь тоже. Парень как парень.

— Парень, — смеется Кристина, хмурится и молча ест. — Тут половина женщин работает только чтобы смотреть, как он мимо ходит.

Вспоминаю Гошу, но пожимаю плечами:

— Я уже как-то привыкла.

— Ну, за год-то конечно. Слууушай, а можно я остальным расскажу?

— Да мы вроде и не скрываем. Раз вместе жить начали.

— Ну и отлично. Ладно, я побежала!

Она действительно убегает, набирая что-то в телефоне, а я пожимаю плечами, доедаю свой суп с куском курицы и иду подшивать те самые договоры.

Делаю это почти час в полном одиночестве, потому что Елена Павловна куда-то убежала.

А потом вдруг влетает, часто дышит своей большой грудью:

— Тебя к боссу.

— К какому боссу? Он же сегодня не появлялся, — смотрю на приоткрытую дверь Вячеслава Семеновича.

— Нет-нет, к самому главному, — звучит угрожающе. И что ему от меня понадобилось? — Дорогу знаешь?

— Да откуда? Я ж тут первый день, — встаю, пытаюсь разгладить чуть мятую юбку, потом иду за Еленой Павловной. А по краям, как будто в зоопарке у клеток, собрались люди, разглядывающие меня чересчур откровенно.

Из-за стола в приемной поднимается взрослая женщина, кивает и идет открывать мне двери.

Я чувствую себя как в шоу «Скрытая камера».

— Да что происходит?

— Ничего, ничего, ты иди, только двери не прикрывай сильно.

— Ладно, — иду в кабинет и резко вздрагиваю, когда за моей спиной закрывается дверь.

Закрывается той самой рукой, что оплатила сегодня мой обед. Самим отцом моего парня.

— Здрасьте…

— Напомнишь мне, конфетка, как давно мы с тобой встречаемся? Год? Тогда, я думаю, вполне естественно, если я сделаю вот так, — моргнуть не успеваю, как он обхватывает мой затылок и буквально впечатывается в мой рот своим твердым широким ртом.

Первые секунды теряюсь. Растворяюсь в этом знакомом-незнакомом ощущении.

Я уже чувствовала его язык в себе. Наглый, опытный.

Я уже знаю этот вкус.

Но при этом понимаю прекрасно, что это не мой мужчина. Незнакомый мужчина.

И он меня целует.

Он завораживает тем, как берет власть над моим телом.

Погружаюсь в этот круговорот, теряя контроль и связь с реальностью, словно кто-то выключил свет и толкнул меня. Нехотя, с большим трудом вспоминаю, кто я, а кто мужчина, что целует меня с такой страстью.

Через невероятную силу воли, воспитанную не одним годом тренировок, вытаскиваю себя за шкирку.

Разрываю поцелуй и отталкиваю мужчину.

Это непросто с его стальной грудью. Бью по ней снова и снова. Получается только с третьего раза и с ощутимой болью в руках.

Стряхиваю кисти, глядя в потемневшие глаза мужчины, впервые при свете дня сталкиваясь с ним взглядом. Он делает шаг ко мне, и я наконец обретаю голос.

— Что вы себе позволяете? Кто вам дал право так со мной обращаться? — Демонстративно стираю с губ слюну рукавом пиджака.

Отец Гоши здесь директор.

Эта мысль сверлом пробивает мой мозг.

Но я все еще не понимаю: почему он поцеловал меня?

— Или это у вас такое приветствие для новых сотрудников?

— Говорит девка, которая преследует меня с самого утра.

Меня от возмущения на части рвет!

— Я вас преследую? Да что вы о себе возомнили? Или думаете, умение выжимать из женской вагины разные жидкости делает вас каким-то невероятным мачо?

— Еще скажи, что не представила, как я буду делать это с тобой, — шагает он на меня, угрожающе нависая.

Перед глазами тут же встает череда роликов с мужскими пальцами.

— Нет! Какая гадость!

— Да-да, — широко улыбается он, резко дергаясь и хватая меня за руку.

Тут же выворачиваюсь и хочу ударить затылком по носу, но вместо этого валюсь на спину. Если бы не мужские руки, я бы точно уже упала на пол. Хочу вырваться и встать, но он удерживает меня под мышками, обдавая горячим дыханием ухо.

— Я уже не раз видел таких прошаренных девочек, которые почему-то уверены, что я в свои тридцать семь пытаюсь найти себе цацу помоложе.

Он резко толкает меня вперед.

Я упираюсь руками в стол, но тут же поворачиваюсь к нему лицом:

— Вы что, думаете, все прямо так жаждут вашего дряхлого тела? Вы слишком много о себе думаете! — меня уже несет, я просто не могу остановиться. — Самодовольный! Заносчивый! Эгоистичный! И это я поняла, просто пообщавшись с вами какие-то пять минут. Для этого достаточно взглянуть на вас!

— А может быть, потому, что ты смотришь в зеркало?

— То есть вы не отрицаете? Это первый шаг в борьбе с психологическими…