Глава 12 Потеря близкого человека. Часть 1

Как я и предполагала мужчины действительно что-то уже разыскали. И понеслось. Моего участия по большей части особо не требовалось, а вот Лиза постоянно была в разъездах. Я сходила с ума от одиночества, слоняясь по дому, изучая комнату за комнатой. Добралась и до библиотеки, потратив часа полтора только на то, чтобы понять, где и что хранится в этом огромном храме знаний. Периодически прогуливалась по парку, заглядывала в беседку на озере, надеясь ещё раз столкнуться с провидицей, но эти надежды не оправдались. Читала книги по этикету, стараясь тут же практиковаться, пыталась разобраться в дневниках Катрионы.

В промежутках между делами я пыталась что-то выяснить у Лизы о происходящем. Но подруга зачастую появлялась во дворце едва ли не в бессознательном состоянии и всё о чём она могла думать в этот момент — это еда и сон. А я… Я всё больше расстраивалась, понимая, что она вот-вот уйдёт на Землю и я, потеряв последнего родного человека, останусь здесь одна. Ну и да, постоянно приходилось сталкиваться с Леонелем и его бирюзовоглазым другом. И тот и другой, вызывали противоречивые, совершенно не свойственные мне чувства.

Не раз хотела спросить у Лизы, будет ли среди моих избранников Славиэль, но как назло, глядя на уставшую до полуобморочного состояния подругу, я всегда забывала об этом, думая лишь о том, как облегчить её участь. Ведь так перенапрягаться в её состоянии нежелательно. Вот только сама Лиза об этом и слышать не хотела, желая поскорее оказаться дома, рядом с мужем.

Собственно, а чего ещё хотеть? Я это я, а Лиза и без того уделяла мне слишком много сил и времени после смерти родных. Спасибо и на том. Но жертвовать семьёй и счастьем в угоду мне любимой, это уже не просто эгоистично, это просто недопустимо. К тому же, я сильная, справлюсь. Всегда ведь справлялась.

— Ты можешь себе представить, они не сидят, и не пишут ручками, или на компьютере, или на печатной машинке. Достаточно просто сказать, и текст уже записан! — неимоверно взбудораженная Лиза, несмотря на явную усталость, делилась впечатлениями после очередной встречи с авторшей. — Она просто-напросто неким волшебным способом записала всё, что я помню о книге! И мне даже не пришлось рассказывать, просто вспомнила, как я читала, и упс! Всё уже есть! Дословно!

— Но там же описывались реалии этого мира, — удивилась я.

— Да-да! И поэтому она считала мою память, чтобы иметь представление о Земле, — сверкая зеленющими глазищами, с восторгом вещала подруга. — А ещё… Ещё она сказала, что осталось чуть-чуть доработать, и всё будет готово. Представляешь? И даст нам два варианта — тот, что читала я, ещё дома, и тот, что у неё в итоге получится. Нужно только утрясти дело с магами…

— Как-то всё тут слишком быстро делается, — буркнула я, понимая, что при таком раскладе час расставания становится всё ближе. Но несмотря ни на что, об экземплярах книг пометочку в память поставила.

— Магия — это сила! — восторженно изрекла Лиза. — А ты воспоминания Катрионы ещё не пробудила? Она, оказывается, нехилым магом была!

— У-у, — помотала головой я. После целого дня в библиотеке бьющая энергией Лиза словно выкачивала из меня все силы.

— Ничего, ещё пробудишь, — оптимистично заключила та, и тут же затараторила дальше: — А Славиэль уже вроде бы нашёл кого-то подходящего под мои описания. В смысле, магов. Значит, скоро я буду дома! — прохаживаясь из угла в угол воскликнула подруга и вдруг, взглянув на меня, осеклась. — Прости, но… Я верю, что у тебя всё будет хорошо! Иначе и быть не может. Это ведь волшебный мир, Кать!

— Угу, только я тут ни в чём не разбираюсь, ничегошеньки не понимаю, магией не владею, и даже в записях Катрионы до сих пор не могу разобраться как следует, — выпалила я, не сумев сдержать рвущуюся наружу обиду на всех и вся. — Мне всё это чуждо. Всё! Этот мир, эти люди, их интересы и желания. И я понимаю, что если не продолжу её начинания, то стану обычной девицей с завидным наследством, кою каждый второй возжелает сделать женой. А оно мне надо? Не так я мечтала жить. Либо уж по любви, либо никак. Вернее, так, чтобы никто не смел попрекнуть. Всего добиться самой и стать независимой, прямо как в той аннотации к книге.

— Да знаю я, знаю, — вмиг очутившись рядом, приобняла меня Лиза, и успокаивающе погладила по руке. — И верю, ты со всем справишься. А ещё лучше, если и любовь будет и всё прочее, чего ты желаешь, — примирительно добавила она и, заглянув мне в глаза, улыбнулась: — Ты ведь тоже в это веришь?

— Наверное, — поджав губы, отозвалась я.

Верила ли я в то, что откроется память Катрионы? Возможно. Вопрос: когда это случится? И сколько дров я успею наломать до тех пор. А вот в то, что всё будет хорошо, верилось с трудом. И да, было страшно. Это только в столь нелюбимых мной книжках и фильмах о фэнтезийных мирах попаданки без малейших проблем вписывались в реалии нового мира, легко всех побеждая и поражая стрелами Амура сердце прекрасного принца.

Принцев конечно и здесь хватало. Да хотя бы тот же Леонель. Но и помимо него внешне прекрасных представителей сильного пола здесь более чем достаточно. Вот только красота должна быть не только внешней. С кронпринцем мы едва ли не грызлись каждый день, что ни встреча, то пикировка. Славиэль по сравнению с ним ангел обходительности, внимательности и галантности, но и с ним я думаю не всё так просто. Зачем красивому, знатному, богатому молодому мужчине, какая-то непонятная попаданка? Деньги? Титул? На первый взгляд и то и другое у него уже есть. Или всё это показное, а на самом деле его состояние шатко и требуется дополнительное вливание инвестиций? Или это обычный спортивный интерес: обольстить, совратить, поставив очередную галочку напротив ещё одного имени в длинном списке своих побед? Так не бывать же тому!

И вот настал тот жуткий день, мысли о котором я гнала прочь всё это время. Ещё пять минут назад мы с Лизой ни о чём не подозревая, спокойно пили утренний чай в оранжерее, как вдруг послышались возбуждённые голоса переговаривающихся мужчин. Лиза поспешила поскорее завершить завтрак, думая, что как и всегда, на протяжении последних двух недель, где-то потребовалось её личное участие. В чём-то она оказалась права. Стоило приблизиться устало и в тоже время радостно улыбающемуся Витаэлю и явно нервничающему Женоэлю, и я поняла — свершилось. Они добились своего и теперь всё готово к отправке Лизы на Землю. Не зря же следом спешили и Славиэль с Леонелем. Все в сборе и это неспроста.

— Пора, — произнёс бирюзовоглазый, протягивая Лизе одну из книг, которые он держал в руках, и я от одного его вида и звуков голоса опять едва не расплылась лужицей.

А он тут же повернулся ко мне, и торжественно вручил ещё две книги:

— Это просили передать вам, миледи, — с лёгким поклоном известил он.

Во мне внезапно какая-то нездоровая буря разразилась. Так и хотелось крикнуть — «Какая я тебе нафиг миледи?!», но сдержалась, пусть и с трудом. Видимо нервы сдали окончательно при осознании того, что вот-вот меня покинет последний близкий человек. Как это произойдёт? Она прочтёт и… Пумс… Не-е-ет, по крайней мере со мной было не так. Я прочла, потом задремала… А может дело не во сне, а просто пришло время для переноса? Эх… Кто бы знал?

Я взглянула на Лизу. Та вся сжалась. Волнуется. А может даже и боится. Кто знает, что там случилось дома за время её отсутствия? Мы здесь всего-то две недели, а там прошла одна. Немного, и в тоже время немало.

— Господа! Дамы наверняка желают проститься, — заметив мой растерянно мечущийся взгляд, произнёс лекарь. — Приятно было познакомиться, Елизавета, — добавил он, и пошёл прочь.

Остальные, так же кратко попрощались. Вот только Женоэля мужчинам пришлось едва ли не под руки уводить. Тот ни в какую не желал пропустить момент возвращения жены.

Лиза вскочила из-за стола, порывисто обняла меня, шмыгнув носом.

— Я буду скучать, — неожиданно хрипловато прошептала она.

— И я.

Улыбнулась, пытаясь успокоить подругу, хотя самой отнюдь не весело.

— Ты уж помоги чем можешь той Катрионе, а то неудобно вышло. Она вот Витаэля предупредила, попросила помочь мне освоиться, а я…

— Да-да, — покивала подруга и с нетерпением распахнула книгу, начав листать странички, пока не добралась до заветного эпиграфа.

Я видела, как её глаза с жадностью бегают по строчкам, и ощущала разливающуюся внутри грусть. Хотелось малодушно пожелать, чтобы ничего не получилось, но я одёрнула себя.

— Ну вот и всё, — выдохнула подруга, и подняв на меня взгляд, добавила: — Прочла.

— Теперь надо подождать, — памятуя о том, как всё происходило со мной, произнесла я, и мы умолкли, глядя друг другу в глаза, будто хотели насмотреться на всю оставшуюся жизнь.

— Если девочка родится, назову Катей, — ни с того ни с сего озвучила своё решение Лиза. — Кстати, скоро полнолуние! Чуть не забыла! Запрись и не выходи из комнаты.

— Что? — опешила я. — Зачем… Почему?

— Ну-у-у… — отводя взгляд, смутилась подруга.

— Не тяни!

— Авторша сказала, что согласится на моё предложение только в том случае, если я позволю развивать тему в топовых направлениях женского фэнтези.

— И? — не поняла я.

— Варианты были такие: он — властный мудак, она любительница пострадашек.

— Пффф… — только и смогла выдохнуть я, искренне надеясь, что подруга не согласилась на такое развитие событий.

— Такого я тебе не желала, и мне дали выбор: вампиры или оборотни.

Я, нервно сглотнув, даже вперёд подалась, гадая, что у меня отрастёт в полнолуние — клыки или хвост?

— Я совсем уж не представляла тебя в виде упыря, ну и согласилась на последний вариант. В итоге, Раментайль — подлунный мир, а вельхоры — оборотни, — выпалила Лиза, а в следующий миг, её взгляд заметался по сторонам и девушка пронзительно заверещала:

— Ииии…

Затем меня сграбастали в охапку и уже на ухо запищали:

— Мы вернулись, Кат!

В душе вмиг стало как-то пусто. Осознание того, что Лизы здесь больше нет — оглушило. Как ни странно, этот факт ошеломил. Да, я знала, что это случится, морально готовилась, но как оказалось, так и не смогла смириться с неизбежным. Я осторожно отлепила вцепившуюся в меня продолжающую верещать девушку, и негромко произнесла:

— У вас получилось. Но я не Катриона, я — Екатерина. И простите, вас ждёт муж, а мне надо побыть одной…

С этими словами, я не очень почтительно развернулась спиной к опешившей от полученной новости девушке и побрела прочь.

Мимо, словно ураган, пронёсся явно услышавший вопли Элизии, Женоэль.

«Ну вот, хоть кто-то здесь счастлив» — как-то отстранённо подумала я. И рядом со мной тут же очутился бирюзовоглазый. Он что-то говорил, судя по интонациям, что-то спрашивал или предлагал? Мне было всё равно. Сейчас его очарование на меня совершенно не действовало. Звуки доносились, будто сквозь толщу воды — глухо, растянуто, неразборчиво. Да и не желала я их разбирать. Я вообще, ничего не желала. Не чувствовала витающих вокруг ароматов, не замечала, как искрится роса на листьях. Окружающий мир плыл перед глазами, оставляя относительно чёткими лишь несколько метров дорожки впереди. С уходом Лизы из меня будто сама жизнь ушла.

События этого утра проносились перед мысленным взором, но ничто уже не удивляло, не цепляло. Я оборотень? Ну и ладно. И стану кем-то странным или страшным? Или это окружающие станут опасны для меня? Плевать. Надо спрятаться на время? Это ведь была последняя Лизина просьба? Значит, исполню. Не знаю, когда тут наступает полнолуние. Так что посижу в комнате. И сегодня. И завтра. И послезавтра. И в полнолуние, наверное, тоже…