Глава 4 Леша

Анфиса, поскуливая и всхлипывая, наносит тонким слоем на мою свежую рану какой-то белый пенистый спрей, забрызгивая попутно и шею, и мое злое лицо. Вероятно, какой-нибудь очередной «Бла-бла-бла-пантенол» из аптечки. Ее бесконечное: «Простите, я не хотела» как пластинка, которую заело и ты слушаешь этот фрагмент в сотый раз.

Под рассказы Макса о том, что новый ТЦ сорвался с крючка и не будет заключать с нами договор на охрану, я еще больше краснею и бешусь.

Что мы сегодня имеем? Минус договор с Ларой и сетью салонов красоты, минус Торговый Центр, минус отменная любовница. Но еще и прибавилось счастье, блять, один на хер не сдавшийся огромный, сука, плюс — пиздецовый ожог. Какую черную кошку я сегодня так смачно на колесо намотал?

Настроение с высшей точки «Еще утром все было заебись» катится вниз до «Хочу набухаться и забить на спортзал». Ладно, припаркую тачку у дома и, если еще будет желание, отправлюсь в бар.

— Короче, прошерсти тех, с кем администрация ТЦ собирается заключить договор. Какие условия, цены, сроки, сколько предоставят человек. Напряги все извилины и каналы, Максон. Еще не время раскисать. Тем более, когда вся сеть «Афродиты» уходит от нас.

— Оп-па! А че это вдруг? — разводит руками мой зам. — Плохо трахал Лариску? Так я бы помог…

От услышанного моя секретарша больно царапает и без того поврежденную кожу своим ногтем.

— А то я не знаю! — цежу через боль. — Ты даже во сне дрочишь на Лару.

— Что есть, то есть, — даже не отрицает Максон.

— Так, Анфиса, — перевожу на нее взгляд. — С завтрашнего дня чтобы у всех моих сотрудниц не было вот этих вот острых граблей, — указываю на ее треугольный маникюр.

Через пять минут, выпроводив всех из кабинета, напяливаю единственное, что у меня есть с собой из свободной одежды — майку, которую я захватил на тренировку. Сменный комплект выглаженного костюма на подобные случаи в офисе есть, но при попытке втиснуться в рубашку ожог начинает жечь.

Черт с ним, пойду как чмо. С белым пятном, которое почти впиталось, в широкой майке, с волдырями, брюках и туфлях.

Оценив свой видон в зеркале и шумно выдохнув, я хватаю ключи и направляюсь к лифту. Оказавшись в подземной парковке, встречаю какого-то паренька.

— Привет, у тебя, случаем, не будет сигаретки?

К моему счастью, это дерьмо у него есть. Вообще, я не курю уже лет пять или шесть. Ладно, кого я хочу обмануть — четыре года, три месяца и пару дней. Это болезненная тема, поэтому я знаю эту цифру вплоть до минут. С сигарет я давно слез, но иногда очень, о-очень хочется себя побаловать. Или же бывают моменты, когда нервная система упрямо требует никотиновой разрядки. Вот как сейчас!

— Тре-бу-ет… — успокаиваю я себя, прикуривая.

Оказавшись в своем авто и не открывая окон, я жадно вдыхаю в себя отраву. Еще не хватало опять на эту гадость подсесть. А взглянув в зеркало на свое невеселое небритое лицо, я делаю один вывод: сегодня я эту сигарету заслужил.

У меня все стабильно. Три затяжки. И все. Сигарета выбрасывается. Я почему-то уверен, что сделай я один лишний вдох и пиздец… Я попал и пополнил ряды курильщиков вновь.

Вот и сейчас, отлипая от сигареты с трудом, я вручаю себе медаль настоящего мужика. Ну, типо, ты молодец, ты смог! Му-у-жи-ик! Молодцом! Так держать!

Выруливая из-под шлагбаума, врубаю музон погромче. Выезжая из арки здания, ведущей к центральной улице, притормаживаю. Тут редко шастают пешеходы, но осторожность лишней не бывает никогда. Слева и справа никого. Проезжаю немного вперед и «БАМ»!

— Да еб твою мать! — бью в руль ладонью, задевая сигнал.

Выскочив из тачки, оглядываю урон и без двух минут мертвеца. Сука, если камикадзе выжил, я сам его угандошу!

Обхожу тачку. Мятое крыло, долбаный электросамокат и свернувшийся на асфальте паренек в черной шапке и темных очках.

— Ты, блять, глаза свои открывать не пробовал, урод? А очки снимать? Гайцов сразу вызывать или будешь по родственникам бабки на ремонт собирать?

Парнишка усердно трет вокруг разбитого колена. Сквозь бесформенные и продранные джинсы течет кровь. Сука, гаишники приедут и мне тоже попадет. Все же, у пешехода здесь приоритет, а вот как дела обстоят с электроколесами, я хз. Эти поправки в ПДД я не читал.

— Че молчишь? Решать как будем? — ору на него, тыча в свою машину.

Сейчас главное не сдавать назад, иначе паренек оклемается, отойдет от ужаса и будет гнуть свою правоту. И, кажется, правда сейчас на моей стороне, потому что тот суматошно снимает рюкзак, запутавшись в рукаве своей серой толстовки. Вот что за мода пошла? Все огромное, висит балахоном. Шмотье больше чем затерявшийся в нем человек в несколько раз.

Расстегнув свой черный спортивный портфель, парнишка запускает руку и достает то, при виде чего моя челюсть катится вниз.

— Вот так, — пищит он как девка, протягивая мне сверток бабла. — Отдам все, если поеду с тобой. Прямо сейчас!

А вот это уже другой разговор! Посмотрев в ту сторону, откуда прилетел мне в крыло паренек, я протягиваю ему руку.

Господи! Что за поколение растет? Его мягкая тонкая ладонь буквально потрескивает в моих сильных мужских руках. Вот таким должен быть мужик! Крепким, коренастым… А вот это что передо мной? Дрищ, который весит пятьдесят пять килограмм? Глист в объемном скафандре, прячущий в одежде свою худобу?

Доковыляв до тачки, он садится на заднее сидение. Сверток новеньких хрустящих пятитысячных купюр остается у меня в руке. Подкинув его в воздухе, ловлю. «Была не была!» Тут приличная сумма, могу и подвезти, раз он так спешит.

— Ну? Куда тебя? В травмпункт? — усаживаясь в кресло, я смотрю в зеркало заднего вида.

— Нет, — выпаливает он.

До чего ж противный писклявый голосок для пацана! Так, моя попойка окончательно переносится на потом. Тачка важней.

— Тогда поедем в автосервис. А там и аптека есть. У меня с этим делом косяк. Свою автоаптечку я где-то просрал.

Достаю из бардачка пару стопок слегка мятых салфеток, оставшихся после поедания фаст-фуда, подаю ему. Рядом в подстаканнике стоит бутылочка воды, ее тоже протягиваю.

— Пока только вот так.

Парнишка берет у меня их молча и стягивает джинсы, пока те не прилипли к окровавленному колену. Я тут же перевожу взгляд. Не хватало еще пялиться на полураздетого мужика.

Подъехав к сервису, я останавливаюсь на парковке. До аптеки рукой подать.

— Ладно, посиди пока. Я сейчас что-нибудь принесу.

На всякий случай, глушу тачку и забираю ключи. Черт его знает, что у пацана на уме. Из ценного в машине все равно ничего нет, но где гарантия, что он не «выкинет» что-нибудь и не захочет на ней укатить? Все ж, я в эту тачку денег вложил ого-го! Это ж не Солярис какой-нибудь, а Инфинити!

Набрав целый пакет пластырей, зеленки и всякого заживляющего дерьма и уже подойдя к машине, я лопаю охлаждающий «Снежок»* и тяну дверь на себя.

— Не понял… А где паренек?

Снежок* — Пакетик для оказания первой помощи, сделанный из двух частей. Предназначен как холодный компресс. Принцип действия: ударили по нему, внутренний мешочек лопнул, содержимое смешалось и вот вам ледяная водичка для ушиба, синяка и т. д., и т. п.