Глава 8

Алина

Зарядки телефона хватило ровно на то, чтобы открыть приложение такси и, дав ему определить местоположение, нажать на кнопку «заказать». Хотя нет, я ещё успела увидеть стоимость машины! Полторы тысячи рублей! Громов мог бы и подождать меня лишних двадцать минут! Но нет, прошло буквально всего-ничего с момента, как он вышел из спальни, и я услышала, как выезжает за ворота его машина. Он будто бы специально провоцировал меня. Или проверял на прочность…

— Бог с ним, — буркнув, я откинула одеяло и направилась в ванную. Раз уж он все равно уехал, смысл торопиться. На часах не было и восьми утра, скорее всего я так или иначе попаду в пробку и опоздаю в универ. А нужно еще заехать к Инне и переодеться. Так что… оставалось расслабиться и плыть по течению.

На дорогу домой у меня действительно ушло около двух часов. Собрав несколько пробок, я наконец выбралась из машины и направилась к подъезду. На улице было холодно. Мороз крепчал. Казалось, что сегодня ещё холоднее, чем вчера.

Ключей от квартиры Инны у меня не было, а телефон разрядился окончательно, поэтому оставалось лишь надеяться, что подруга решила подзабить на учёбу так же, как я, и осталась дома. Потому что перспектива шарахаться весь день на улице меня не радовала. Да и сидеть в кафе… нужно экономить каждую копейку, а, благодаря Громову, у меня осталось всего-ничего. Три с половиной тысячи… Три с половиной тысячи и визитка, которая всё же оказалась в моей сумочке. Почему не оставила её? Не знаю. Не-знаю.

Нажав на звонок, я оперлась плечом о стену и стала ждать. К моему великому облегчению, спустя несколько секунд за дверью послышались торопливые шаги. Однако дверь мне Инна не открыла. Нахмурившись, я нажала снова, и только через минуту замок щелкнул, и я увидела взлохмаченную подругу.

— Ты чего не позвонила? — вместо приветствия спросила Инна.

В квартиру она меня пускать намерена не была. Я поняла, что она не одна. Наспех завязанный шёлковый халат, глаза лихорадочно блестят…

— Телефон разрядился, — ответила я. — Мне бы переодеться, Инн…

— Миронова, сходи в магазин, а?

— А что купить?

Она задумалась. А после усмехнулась и провела по темным волосам. Откинула свою гриву за спину и выговорила:

— К чаю что-нибудь.

— Хорошо, — я отклеилась от стены и было собралась уйти, но Инна меня остановила:

— Лин.

— Что? — посмотрела на неё.

— Прости, — виновато улыбнулась. — Я не одна.

— Я уж поняла, — хмыкнула в ответ. — У тебя есть двадцать минут.

— Договорились! — улыбнулась Инна и захлопнула дверь.

Дойдя до ближайшего супермаркета, я купила коробку конфет. На кассе, не удержавшись, прихватила еще пакетик мармеладок с мишками. Провела ладонью по животу и улыбнулась. Я ещё даже не успела окончательно осознать, что беременна, а мне уже приходится отстаивать не только право этого малыша появиться на свет, но и собственное — быть ему мамой. Повертев пакетик в руках, я приветливо улыбнулась кассиру и положила мармеладки на ленту рядом с конфетами. Мне двадцать один, у меня нет денег, по крайней мере, пока не вступит в силу мамино завещание, скорее всего, придется приостановить учебу, но я знала, что все преодолею. Потому что не одна. В данный момент у меня есть Инка, которая не оставила меня на произвол судьбы.

— Ну что, пойдем домой, горошинка моя, — наглаживая живот, сказала я.

Расплатилась, забрала конфеты и вышла из магазина.

— Теперь можно войти? — с легкой усмешкой я снова стояла перед дверью Инкиной квартиры.

И в этот раз она, широко распахнув дверь, довольно произнесла:

— Добро пожаловать.

Выглядела она… довольной. Я пристально осмотрела её с головы до пят и вошла в прихожую. Захлопнув дверь, Инна молча наблюдала за тем, как я раздеваюсь. Сунула ей пакет с покупками и поинтересовалась:

— Можно узнать, кто это?

— Нет, — покачала Инна головой, сжимая пакет в руках. — Чай будешь?

— Я бы что-нибудь схомячила, — протянула я, стаскивая пуховик.

— А что, твой кавалер не предложил тебе завтрак? — бросила Инна. Отошла к кухонной зоне и поставила пакет на стол.

— Ну вообще-то, — расстегивая сапог, я оперлась ладонью о стену. — Он оплачивал лишь ужин, если ты забыла, — стянула и принялась за второй.

А когда с обувью было покончено, прошла к столу и, усевшись, достала мармеладки. Открыв пакетик, с наслаждением сунула в рот сразу несколько медвежат.

— М-м-м, — не удержавшись, застонала с наслаждением.

Инна, налив в чайник воды, поставила его на базу и, обернувшись, хмыкнула:

— Миронова, хватит жрать всякую хрень!

— Это не хрень, это мармеладки, — пробормотала с набитым ртом.

Подруга только сокрушенно покачала головой. Оперевшись пятой точкой о столешницу, сложила руки на груди:

— Ну, рассказывай.

— Что рассказывать? — прожевав, спросила я.

— Не строй из себя дуру, Лина! — повысила голос Инна. — Как всё прошло?

— Нормально… — я было снова потянулась к мармеладу, но Инка меня опередила. Схватила его и убрала за спину.

— В холодильнике есть творог, тебе нужно есть полезную еду, а не вот это всё, — нравоучительно выдала она.

Я вздохнула. Мало того, что Инна была вегетарианкой, и в холодильнике ни кусочка мяса не найдешь, так ещё и к сладкому относилась скептически. Фитоняша, чтоб её. Могла бы что получше придумать, чем отправить меня в магазин за сладким. Жучка.

— Нормально, и-и-и… — вскинула брови.

— Инн, это он, — нехотя выдавила.

Говорить о Громове мне не хотелось, но знала, что Инка все равно выжмет из меня всё до последней капли. Поэтому лучше не сопротивляться и рассказать по-хорошему.

— Он?

— Этот мужчина — Олег Громов. Именно он был в клинике. Вчера я ужинала с ним.

— Вот дела! — охнула подруга. — Так как всё прошло?

— С переменным успехом, — выдавила улыбку. — С ним я поужинала, деньги заработала. Надеюсь, больше мы не увидимся.

— А ночевала где?

— У него, — и предвосхищая дальнейшие расспросы, тут же добавила: — Поздно было, и он предложил переночевать в его доме.

— В спальне.

— В гостевой! — соврала и глазом не моргнула.

— В гостевой, — кивнула она, прищурившись. Посмотрела подозрительно. Поправила упавший с плеча халат.

— А вот ты, я смотрю, времени зря не теряла, — заулыбалась я в попытке перевести тему. — У тебя с ним что-то серьезное?

— Вряд ли, — легкомысленно махнула рукой подруга и отвернулась.

Я поняла, что говорить о своём ухажере Инна тоже не желает, и настаивать не стала. В конце концов, мне действительно было всё равно. Осуждать её я не собиралась, кем бы этот мужчина ни был. Уж мне ли осуждать… Я грустно усмехнулась и, поднявшись из-за стола, подошла к шкафу, в котором Инна выделила мне полку.

— Я, наверное, в универ поеду. Успею на пару пар, — сказала, открывая створки.

Достала джинсы, свитер и снова обернулась на Инну. Та поставила чашку с кипятком на стол и скомандовала:

— Сначала ты поешь, а потом езжай, куда хочешь.

Заглянула в холодильник, достала творог, взяла из ящика ложку и положила рядом с чашкой.

— Спасибо, — я правда была ей благодарна. Благодарна за то, что проявила участие, хоть порой мне казалось, что мы с ней находимся в разных плоскостях. Думаем совершенно по-разному, поступаем по-разному… И всё же. Когда я пришла к ней, уйдя из дома, она без слов меня приняла. Обнимала, когда я ревела, скорбя по маме, поддерживала, когда я рассказала о беременности. Предоставила мне право самой решать, как быть…

— Я только переоденусь.

— Кстати, платье-то он хоть оценил? — спросила Инка, когда я прошла мимо неё в ванную. — Или хотя бы тебя в этом платье? — хитро усмехнулась.

Я почувствовала, как краснеют щеки, едва представила, как Громов снимает его с меня…

— Нет, не оценил, — зашла в ванную, бросила вещи на стиралку. — Я ему вообще не понравилась! — крикнула я. — Он сказал, что я не похожа на Анну, — покачала головой и захлопнула дверь.

Сняла платье, быстро переоделась и посмотрела в зеркало над раковиной. Взъерошила волосы, улыбнулась собственному отражению.

— Ну что, Алина, трудности только начинаются. Но ты с ними справишься, я верю в тебя.

Открыла шкафчик, чтобы достать крем. Но крема там не было. Зато на полочке среди таблеток лежали часы. Дорогие часы. Очень дорогие. Точно такие же принадлежали Максу. И вчера, когда он отвёз меня в клинику, я точно видела их на его запястье.

Достала часы, покрутила в руках.

— Нет, — уверенно мотнула головой, отгоняя неприятные мысли. Но они словно осколки впивались в сознание. Инна не могла так со мной поступить. Нет.

Будто обжегшись, я бросила часы обратно и резко захлопнула дверцу шкафчика. Вышла из ванной и, пройдя к дивану, положила платье на подлокотник.

— Спасибо, — выдавила, не поворачиваясь к Инне.

Боялась, что не удержусь и спрошу. Но для начала нужно иметь нечто весомее часов, чтобы бросаться обвинениями в предательстве.

— Садись, ешь, — услышала голос Инны.

Покачала головой.

— Я, пожалуй, пойду. По дороге перехвачу что-нибудь, — пряча взгляд, метнулась к двери.

— Что случилось, Алин? — Инна проследовала за мной.

Взгляды наши все-таки встретились.

— Ничего, — как можно сдержаннее сказала я, снимая с вешалки пуховик. — Ничего, Инн, — повторила.

Быстро оделась и выскочила за дверь.

Я пыталась себя убедить в том, что это простое совпадение. Пыталась. Но отчего-то точно знала, что на руке Козельского этих часов я не увижу.