Глава 15
Проклятые лисы. Они будто с ума сошли, все тявкали и рычали из ближайшего осинника. Гэйб боялся, что военные встревожатся, на поведение зараженных звери реагировали бурно, но чувствовали они Гэйба или другую бродящую по округе бомбу, он не знал.
А это сборище идиотов и вовсе, по-видимому, не сталкивалось с бешеными, раз вели себя так беспечно. Поймали мальчишку на грузовике, и горды собой до самых небес.
Гэйб думал уйти. Он сразу понял, в чем тут дело. Было бы глупо со стороны Хаки скрывать ситуацию от регулярной армии. Хоть это и било по самолюбию генерала, он не стал бы рисковать безопасностью выживших. А значит, по всем лесам стоят такие отряды, и Гэйбу не выбраться. Первую идею, угнать грузовик Корсы и удрать на нем, он отмел, услышав от здоровяка-капитана про Хаки. Когда капитан, коренастым сложением и широченными плечами напоминающий вепря, упомянул генерала, Гэйб сидел в придорожных кустах, невидимый никем, кроме долбанной облезлой лисицы. Тварь подобралась слишком близко, чтобы выдать его местонахождение, но слишком далеко, чтобы поймать и придушить ее.
- ...Отгоните фуру вон в тот лесок, а этого в подвал. Утром генерал будет здесь, пусть сам с ним и разбирается.
Утром Хаки допросит Корсу и узнает, что Гэйб был с ним. С этого момента он труп. Даже грузовик не поможет ему сбежать от генерала. Хаки найдет его, как какой-нибудь проклятый грейхаунд. Значит, придется вытащить Корсу и драпать вместе. Хорошо бы с грузовиком, но, весьма вероятно, на своих двоих.
Стараясь не шуметь, Гэйб следовал за Корсой и его конвоем. Военные встали лагерем в четверти мили от трассы, заняв заброшенный дом. Вообще-то в тайге много таких строений. Никому не принадлежащие, они служили пристанищем для застрявших на трассе туристов и охотников. Там всегда можно было найти крышу над головой, очаг, крупу и соль. Бродяги пользовались этими дарами, а взамен оставляли что-то следующему гостю дома у обочины.
В такой вот дом и отвели Корсу. Сквозь освещенные окна Гэйб разглядел внутри троих человек. С оставшимися снаружи дозорными и капитаном всего военных было человек семь. Еще двое заняты фурой. Много. Значит, придется придумать, как их отвлечь. И придумать быстро, пока Корсу не успели допросить.
Гэйб умел выжидать, но еще лучше у него получалось импровизировать. Он сумел сбежать из секретной лаборатории с тройной системой охраны, а эти типы считали себя тут в полной безопасности, иначе не оставили бы без охраны старый «хаммер». Гэйб подобрался к нему без труда, осмотрел и отогнал мелькнувшую идею драпать на нем. Слишком приметный протектор. А вот гореть эта штука будет очень хорошо. Придумывать изящный план было некогда. Прячась за «хаммером» и то и дело замирая, заслышав шаги безалаберных дозорных, Гэйб открыл бензобак. Разорвал прихваченную из мотеля индейскую футболку, скрутил тряпку длинным жгутом и просунул в бак, как следует вымачивая в горючем. Через минуту бензином воняло уже на всю округу, а лисы выли чуть ли не в соседних кустах, но Гэйбу снова невероятно везло.
Судьба повернулась к нему интересным местом, когда Габриэль уже разложил на земле вымоченный горючкой жгут, сунув конец в бензобак «хаммера». Со стороны тропинки загудели двигатели, мелькнули огоньки фар. Интуиция встала на дыбы, как одуревший конь.
- Вы что-то говорили о пленном, - раздался до боли, до нерва знакомый голос.
Звучный и сильный, с едва уловимым акцентом, британским, как и у отца. «Мааааки», – шутливо тянул генерал, иронизируя над сходством их фамилий. Впрочем, Гэйб давно знал, что "Хаки" это псевдоним. Прозвище. Маска.
Дьявол, он здесь!
- Да, сэр. Хотите его увидеть?
- Разумеется. Для чего же мы гнали сюда всю ночь? Лили, руку...
И она тут. Нельзя позволить им добраться до Корсы! Гэйб оскалился и зажег спичку.
Прыжок, бросок, приклад с глухим стуком опускается на затылок. Путь свободен.
Гэйб не церемонился, бил наверняка, но то ли удар прошел по касательной, то ли голова дозорного была чугунной, очнулся этот гад очень скоро. Гэйб только и успел повесить автомат на отягощенное рюкзаком плечо и обшарить карманы лежащего на предмет боеприпасов к нему.
Дозорный всхлипнул и глухо застонал. Гэйб перешагнул через него и просунул руку в широкую щель под стеной. Корса всё-таки молоток, половину работы сделал сам, если бы не это стонущее недоразумение, он бы выбрался. Осталось только помочь ему и рвать когти. Пожар полыхал все сильнее, кто-то матерился, слышались голоса Хаки и капитана, беспорядочная стрельба и треск горящих досок.
- Чего смотришь? Хватайся, дурак! Надо делать ноги!
Корса взял его за руку, и Гэйб понял, что опоздал. Рука была такой горячей, будто ее держали над огнем. Не жилец, екнуло в груди.
Гэйб заглянул в расширенные от страха и перевозбуждения, все еще очень красивые глаза и потянул за руку.
- Помоги же мне, ну, - прохрипел он, злясь.
На Корсу, на себя, на весь этот сумасшедший мир, превратившийся в настоящий ад.
Шум разорвал чей-то истошный крик, в лесу зашлись тявканьем лисы.
Корса старался изо всех сил, скаля зубы и шипя, отверстие под стеной было слишком узким, какие-то гвозди лезли со всех сторон, превращая куртку парня в лохмотья. Гэйб уселся задницей на мокрую землю, уперев ноги в края щели, и тащил его уже обеими руками. Пока Корса в сознании, Хаки его не видать. Потом, когда процесс зайдет слишком далеко, Гэйб сам его убьет. Аккуратно и безболезненно, как должен был убить Розалин. Он не успел помочь ей, но Корсе – сумеет.
Если долго мучиться, что-нибудь получится, так говорят. Они промучились даже слишком долго, рискуя быть пойманными и расстрелянными в упор. Но Хаки, видно, что-то отвлекло, и усилия Гэйба увенчались успехом. Освобожденный из плена Корса свалился на него, больно ударив башкой в грудь.
- Вовремя ты, - выдохнул он с явным облегчением.
- Чего разлегся? Драпаем! - прорычал Гэйб.
Где-то совсем рядом послышались шаги, короткая очередь подрезала кусты.
Гэйб вывернулся из-под Корсы, помог ему подняться на ноги и потащил в опутанный туманом лес. Они вломились в чащу, топая и ломая кусты, как взбесившиеся лоси, уже не заботясь ни о какой конспирации. Лисы за ними не побежали, остались бесноваться рядом с пожарищем, и это некоторым образом утешало.
Корса спотыкался, то и дело оскальзывался на сырой хвое, приходилось его придерживать. Гэйб даже через рваную куртку ощущал жар его тела. Когда они отбежали на достаточное расстояние, чтобы не видеть огня и не чувствовать запаха дыма, Корса остановился.
- Пошли! Нужно идти, - потянул его Гэйб, но тот уперся, вырвал руку и привалился спиной к дереву.
- Погоди, - тяжело дыша, попросил он.
- Только не говори, что устал, - зло прорычал Гэйб.
- Нет, - помотал головой Корса, хотя выглядел совсем погано, - нам нужен грузовик.
- И думать забудь, - возмутился Гэйб, - мы шли в противоположную от трассы сторону, возвращаться назад чистейшее самоубийство. Мы нарвемся на людей Хаки.
- Ты не понимаешь! – облизнул губы этот ненормальный. – С этим грузом что-то не так.
- Наконец-то ты это признал.
- Мы должны разобраться, - твердо сказал Корса и начал сползать по стволу на землю.
Гэйб закатил глаза и бросился его поднимать, ужасно боясь, что изменения уже начались. Укуса зараженного он не боялся, но Корса даже сейчас не слабее его, а впав в бешенство, приобретет поистине огромную, неконтролируемую силу. Гэйб взял его за грудки, рывком вздернул на ноги и, притиснув к дереву, прошипел:
- Когда тебя укусили?
- Что? – заморгал Корса, дыша широко открытым ртом. Пены на губах не было, и это было хорошо.
- Где и когда ты подхватил заразу? Признавайся, сукин ты сын! Ты же горишь, а твои зубы отбивают морзянку с самого мотеля!
- Это не то, что ты думаешь! – Корса отпрянул, долбанулся затылком о дерево и замер, отчаянно глядя на него. – Это все Лэнни Бэйкер!
- Какой еще, нахер, Лэнни?! – рявкнул озадаченный Гэйб.
Корса высвободился из его рук и зачем-то принялся расстегивать куртку. Распахнул полы и оттянул горловину футболки.
- Боже ты мой! Что там у тебя?!
- Татуировка, - прошептал, задыхаясь, Корса, - Лэнни сделал мне татуировку. Прямо перед отъездом.
- И что с того?
Гэйб ничего не видел в темноте, но, судя по запаху, под повязкой началось банальное воспаление. Как-то у него в детстве случился на пальце нарыв, совсем небольшой, а температура подскочила до сорока градусов. Мама ужасно испугалась.
- Это из-за Андреа, Лэнни любил ее, а она бросила его, и он подумал, что из-за меня… - бессвязное бормотание Корсы Гэйб уже не слушал.
Скинул с плеча рюкзак, порывшись, откопал фляжку бородача.
- Тихо, - велел он, - сейчас будет больно, постарайся не заорать.
- Угум, - заткнулся Корса.
Гэйб сорвал сырую вонючую повязку, бросил в кусты и от души плеснул алкоголем на рану. Корса взвыл, не открывая рта. Гэйб сунул ему под нос фляжку:
- Пей.
На этот раз парень не спорил, но едва не обломал зубы о горлышко, не в силах сдержать дрожь. Гэйб усиленно соображал. По всему выходило, что Корса прав – надо идти за грузовиком. В таком состоянии бедолага далеко не уйдет, а бросить его Габриэль не мог. Если оставить его тут, рано или поздно Хаки до него доберется. Был еще один вариант: пристрелить по-тихому и выбираться одному, но Гэйб его откинул. За кольцо оцепления ему не выбраться, наверняка такие кордоны уже стоят на всех дорогах. А Рэд-Форт, судя по всему, неплохое место, где можно пересидеть, пока не минует опасность.
- Ладно, - убирая фляжку в рюкзак, сказал Гэйб, - пошли угонять наш грузовик.
Корса не поправил это «наш», похоже, он совсем расклеился. Пришлось оживить его парой несильных, но звонких пощечин:
- Эй, приходи в себя! Умирать будешь, когда заберем тачку.
- Да, - быстро закивал Корса, - пошли.
И они пошли.
Гэйб отдал спутнику обрез Зака, а сам тащил под мышкой «калаш», крайне довольный столь выгодным приобретением. Он прислушивался к тишине и треску хвои и мелких веточек под ногами, без устали вертел головой, но в лесу царила тишина. Добравшись до опушки, куда военные загнали грузовик, они засели в кустах и с полчаса, не жалея времени, наблюдали за происходящим вокруг. Машина сиротливо стояла, накренившись одним боком – колеса попали в глубокую колею. Слегка колебался под порывами ветра тент. Возле грузовика не было ни души, только на земле белели свежими досками несколько разбитых и разбросанных ящиков.
- Никого нет, - Корса подхватил обрез и поднялся, но тут же снова свалился под сдержанное чертыхание Гэйба.
Над головой свистнула пуля, с треском вошла в дерево у них за спиной.
- Какого дьявола ты полез?
Корса пристыжено промолчал. Он был не так уж виноват, Гэйб и сам собирался встать. Но теперь они обнаружили свое присутствие.
- Ты хорошо стреляешь? – шепотом спросил он, напряженно вглядываясь в темноту, где укрылся невидимый стрелок.
- Нормально.
- Я его отвлеку, а ты стреляй, - изложил план Гэйб и собирался было отползти, чтобы обойти грузовик с другой стороны, как услыхал:
- Я не могу. Никогда не стрелял в человека.
- Оооо, - простонал Гэйб, утыкаясь лицом в рукав, - дал же бог напарничка, ни украсть, ни покараулить. Ладно, тогда ты отвлекай, а я, так уж и быть, возьму грех на душу.
- Спасибо, - торжественно шепнул Корса и нырнул в чащу.
Надо признать, получилось у него лучше некуда. Ах да, он же охотник! Гэйб не слышал, как он передвигается – ни одна хвоинка, ни один сучок не треснул у него под ногами, пока метрах в десяти не колыхнулся куст. Гэйб уставился в темноту, откуда прозвучал выстрел. Несколько секунд ничего не происходило. Он уже решил, что ищет не там, а стрелок поменял место засады, как и Корса, когда впереди, в паре сотен футов мелькнуло что-то светлое. Лицо. Эти гады в камуфляже, в чаще ночью их хрен разглядишь, а вот рожу намазать не догадался. Гэйб резко вскочил, упер автомат в плечо и пустил очередь. От грохота выстрелов ожил весь лес. Полетели в стороны щепки и ошметки коры раненных деревьев, оглушительно заверещала какая-то перепуганная птица, ее крик подхватили неугомонные лисы.
- Ты убил его, - как Корса успел добежать до стрелка, Гэйб даже не заметил, - он мертв.
- Живо уходим, сейчас тут будут все!
Он подхватил мешок и рванул к грузовику. Корса не отставал. Правда, на ступеньках силы его окончательно оставили, но это уже было неважно. Гэйб за шкирку втащил его в кабину, захлопнул дверцу и бросил мешок с оружием на переднее сидение. В чаще уже замелькали огни фонариков, когда фура сорвалась с места и, прыгая по кочкам, полетела в сторону трассы.
