6. Ира

— Проголодалась, девочка?

Под недовольное мяуканье моей кошки насыпаю ей в миску корм. Герда, не дожидаясь пока я до конца опустошу пакетик, набрасывается на него, будто не ела минимум неделю. С чавкающими рычащими звуками прожёвывает мясо, демонстрируя мне степень голодания, до которого ее довела я, её нерадивая хозяйка, не явившаяся на ночь домой.

Усмехнувшись, завариваю себе кофе и уже полностью одетая, подхожу с чашкой к подоконнику.

В сон клонит беспощадно. Тело ноет, будто после смены в дежурке без передышки, а между ног ощущение, словно по мне проехал бронетранспортёр.

Воспоминание о ночи накрывает горячей волной, и щеки предательски вспыхивают. Я никогда себе подобного не позволяла. Сексом занималась только в отношениях. А вот так, чтобы с первым попавшемся в клубе парнем?!

Чем ты только думала, Волошина?

«Явно не головой», — крутит у виска мой внутренний голос.

Я ведь знаю статистику. Инциденты после знакомств или взаимодействий в ночных клубах — включая изнасилования и «подсаживание» на наркотики, являются крайне распространёнными.

А я еще и домой к нему поехала. По собственной воле. Совсем мозги потекли.

Да и как им было не потечь, когда гадёныш оказался таким уж настойчивым?

Отпивая кофе, будто спорю сама с собой, приводя аргументы в оправдание собственной глупости и наоборот.

Но какой смысл возвращаться на место преступления, если оно уже совершено? Остается только надеяться, что тянущее ощущение между ног не затянется на долго. А распоясанный гаденыш с командирскими замашками выветрится из головы под давлением рабочей рутины.

Месяц я почевала на лаве запасных. Достаточно.

Поставив чашку в раковину, отправляюсь в коридор. Туфли на каблуке прячу в коробку и отправляю ее в самый дальний угол шкафа. Вместо них выбираю привычную удобную обувь.

Покосившись на себя в зеркале, остаюсь удовлетворенной отражением.

Привычная версия меня это то, в чем я чувствую себя комфортно. Из косметики только пара мазков туши по ресницам. Волосы собраны в тугой хвост на затылке, из одежды — брюки, водолазка с высоким горлом, чтобы скрыть засосы, поставленные мальчишкой, и пиджак.

Прогноз погоды в телефоне показывает двадцатипроцентную вероятность осадков на сегодня, но зонт я решаю не брать. Яркие лучи солнца за окном убеждают в том, что погода останется ясной.

До нового места работы ехать двадцать минут на автобусе. Удовольствие не из приятных. Прежнее отделение, в котором я работала, находилось в десяти минутах ходьбы от дома. И это было идеально. Сейчас же, пока я еду, успеваю наслушаться и известных направлений, в которые посылают друг друга жители городка и обмена любезностями, так сказать, чтобы день задался.

Поэтому, когда выбираюсь на улицу, чувствую самое настоящее облегчение.

— День добрый, — здороваюсь с дежурными на посту.

— Добрый, — сержанты нехотя отрываются от телефона, в который пялятся уже с самого начала рабочего дня. – Вы по какому вопросу? Заявление написать?

— Капитан Волошина. Я к Терехову Ивану Львовичу.

Парочка тут же суетливо откладывает мобильный и вытягивается по стойке смирно.

— Он уже у себя. Проходите, товарищ капитан. Налево по коридору.

— Я знаю. Благодарю.

Отвернувшись, чувствую, как в спину летят любопытные взгляды и доносятся шепотки.

Надеюсь, я здесь не единственная женщина, и такая реакция вызвана появлением нового лица в отделении, а не фактом, что это лицо – женское.

У Терехова я уже была по приезду, поэтому куда идти помню.

Постучавшись в дверь, заглядываю.

— Разрешите войти, товарищ полковник?

Мужчина возрастом почти как мой отец, отрывается от бумаг, и завидев меня, приветливо улыбается.

— Конечно, Ирина, заходи.

Встает, чтобы протянуть мне руку.

Мы с Иваном Львовичем знакомы уже лет пять. Он в давних и крепких отношениях с полковником моего прежнего отдела. Насколько мне известно, они вместе служили. С тех пор их дружба только окрепла. И он, разумеется, в курсе, что громкое дело, за которое звезду и звание получил Игорь, на самом деле закрывала я. Об этом знают всего четверо: Игорь, мой бывший начальник, Терехов и я сама.

— Чаю хочешь? — предлагает Иван Львович, указывая мне на стул.

— Нет, спасибо. Я уже кофе выпила, — присаживаюсь за стол.

Он тоже занимает свое место, откинувшись на кресле.

— Ну как хочешь. Отдохнула?

— Даже больше, чем нужно.

Такой длинный отпуск предложил именно Терехов. Мол отдых лишним не будет после того, как со мной поступили его товарищ и мой бывший мужчина.

Не сказать, чтобы я была согласна, но с приказом начальства не поспоришь.

— Много отдыха не бывает, поверь, — смеётся он. – Что там Игорь? Не появляется?

Как же? Но говорить о бывшем у меня желание равно нулю.

— Да ну его. Не хочу портить себе настроение в первый рабочий день.

Иван Львович все понимает без объяснений.

— А это правильно. Тогда в строй? Пойдем я представлю тебя коллективу.

Хлопнув по столу, встает и направляется к двери. Я иду следом.

Отделение с виду практически ничем не отличается от того, в котором я проработала семь лет. Такой же простенький ремонт, те же голоса, звучащие из-за дверей кабинетов. Думаю, привыкну быстро.

— Ну, учить тебя, как себя вести с мужиками, точно не надо, — оборачивается Терехов с лёгкой улыбкой. — Ты всегда умела поставить себя. Парни у нас молодые, язык без костей, иногда любят побалаболить, но ты притрёшься. Может, ещё и дисциплине их научишь.

Пытаюсь скрыть раздражение за сдержанной улыбкой. Я сюда работать шла так то, а не воспитательницей в детский сад.

— На сколько молодые?

— Не переживай, дело свое знают, — торопится успокоить, вероятно увидев мое красноречивое выражение лица. — да и майор там с ними, а он старше тебя.

Ну хоть здесь легче. В коллективе должен быть хотя бы один человек, на которого можно опереться.

Дернув одну из дверей, Терехов входит в кабинет:

— Ну что, щеглы, — выдаёт громогласно, — У нас пополнение. Прошу относиться с уважением. Капитан Волошина Ирина Николаевна. Моя давняя знакомая. Родион, принимай подмогу, – обращается к кому-то лично.

Ступаю следом, испытывая легкое напряжение.

Несколько пар глаз тут же устремляются в мою сторону. Первым, на кого падает мой – судя по всему, тот самый ранее упомянутый майор.

Лет сорок на вскидку. Неплох собой, атлетически сложен. Чем-то смахивает на Игоря по типажу.

— Здравия желаю, — встаёт, протягивая мне руку. – Майор Леваков Родион Сергеевич. Можно просто Радик.

Приветственно жму.

— Рада знакомству.

Пока ко мне подходят двое довольно молодых парней, краем глаза замечаю движение справа.

— Лейтенант, Красавин, — дерзко ухмыляется один из них. – Дмитрий.

— Аналогично. Только Зубов Константин. – второй в очках выглядит менее наглым.

Пожав руки, поворачиваю голову в сторону и чувствую, как меня будто бы об стену расшибает.

Прям с размаху и с удовольствием.

Держа в одной руке чашку с кофе, на меня в упор смотрит ночной гадёныш.

Смотрит красноречиво, как всего несколько часов назад, опровергая полные надежды мысли о том, что у меня галлюцинации на фоне недосыпа.

Невозмутимо протягивает ладонь для рукопожатия.

— Ну здравствуй, товарищ капитан.

Возмущение с шипением растекается по телу от вопиющей дерзости. Нехотя вкладываю свои пальцы в его. Зря. Потому что от соприкосновения с мужской кожей, меня буквально бьёт током.

— Руднев, соблюдай субординацию, — гремит за моей спиной голос полковника, и я резко высвобождаюсь из его хватки.

В наглых ореховых глазах читаю «Какую к черту субординацию?»

И правда. О какой субординации может идти речь, если ночью мы ее злостно и систематически нарушали?

— Извините, товарищ капитан, — повторяет наглец, не разрывая со мной зрительного контакта.

Господи, нет! Ну нет же! Почему именно он?

Я же собиралась начать с чистого листа, и чтобы никаких отношений на рабочем месте. Даже пусть и сексуальных. И что теперь?

Хочется закрыть глаза и прокричаться. А еще лучше затопать ногами, чего я никогда не делала, даже в детстве.

Ну вот и как теперь нормально работать?

— А вы? – вопросительно вскидываю бровь, возвращая себе самообладание. – Или я должна угадать как вас зовут?

— Уверен, вы справитесь, — парирует засранец.

— Терпеть не могу играть в угадайку. – возвращаю ему его же фразу, намекая на то, что у нас нет ничего общего и смотреть на меня так многозначительно не надо.

То, что было ночью – там и осталось.

— Руднев Никита, — озвучивает он, сощурившись. – Старший лейтенант.

Ну прекрасно. Еще и лейтенант. Младший по званию.

— Ну что ж, вот и познакомились. Добро пожаловать, Ирина, — довольно похлопывает меня по спине Терехов.

Мда…

Это уж точно.

Добро пожаловать, Ирина.