Глава 5

Марат

Пиздец.

Это то слово, которое крутилось в голове уже на протяжении последних минут сорока.

И свалилась же эта девчонка на меня, как снег на голову.

С другой стороны, понимаю прекрасно, что если бы случайно её не нашел, то скорее всего закончилось бы плачевно её блуждание по лесу.

Но это не отменяет того, что раздражает она меня неимоверно. Без царя в голове. За языком вообще не следит. Как она до своих лет дожила сложный вопрос и её ещё не прихлопнул никто за длинный язык.

Я привык к спокойной и размеренной жизни в одиночестве. И меня всё устраивало. А теперь головняка не оберешься.

Куда я её сейчас дену? Погода к херам испортилась. Метёт как в снежном аду. Уже бесполезно рыпаться.

Оставил её одну дома, но как-то не спокойно. Корень этих ощущений ещё не нащупал, но жопой чую, нужно поскорее возвращаться.

– Гром! – крикнул громко и следом свистнул.

Пёс этот ещё геморроя подкинул. Удрал зараза и след простыл.

Потому я по лесу и шарахался, беглеца своего искал. Вроде умный пёс, но иной раз и он фортели выкидывает.

Я было подумал, что зверье местное унюхал и куда-то ломанулся. Такое уже бывало. А походу девчонку он эту учуял.

Учуял он, а нашел, блин, я.

Хотя она тот ещё зверек. Ершится, когтится, раздражает.

Теперь осталось Грома найти. Куда удрал?

Я его в лесу тогда засек, за ним и побежал. Но пока с девчонкой возился, его и след простыл. Думал сначала он её напугает. А нет, он к ней даже не подошел. Она и сама его походу не заметила. Слишком занята была побегом от меня.

Зато я не прошел мимо. Да, уж.

Свистнул ещё раз. Отдалённо уловил собачий лай.

– Гром, ко мне! – рявкнул, понимая, что пора бы уже сворачивать удочки.

Не долго и сам подморожусь. Осталось ещё для полного счастья домой вернуться с перезвоном собственных колоколов. Сомнительная перспектива.

Но хоть где-то удача мне улыбнулась за сегодня и хвостатый приятель вырулил на горизонте.

– Тебя где носило? – сказал, потрепав пса по холке. – Пошли домой, пока не околели.

Хорошо, что Гром нашелся относительно недалеко от дома. Видимо, крутился где-то рядом, пиздюк шерстяной.

Чем ближе к дому подходили, тем активнее скорость прибавлял. Гром крутился рядом. То вперед отбежит, то подпрыгнет высунув набок язык.

Молодой, энергия прёт, мать его.

Я в целом не собирался заводить собаку. Как и любое другое животное. Не моё это, как я думал.

Но в этом году, когда я очередной раз ехал сюда, сбегая от опостылевшей суеты, подобрал на трассе щенка. Щенок правда быстро вымахал.

Так что теперь я не один тут жопу морожу, а в компании. Правда теперь к нашей чисто мужской тусовке бедовая истеричка прибавилась.

Поскорее бы её сплавить. Лишь бы засада с погодой не затянулась, ибо нервы у меня не железные.

Я сюда каждый год не для того приезжаю, чтоб расшатать все окончательно.

Но сегодня уже точно не вариант куда-то рыпаться. Не пешком же с ней хреначить. Куда ей там надо?

Дом у меня больше на отшибе, нежели наоборот. Неподалеку есть деревенька небольшая. Но если не знать, что на окраине леса есть ещё я, то хрен догадаешься. Это именно то, чем меня привлекает это место.

Когда снег утихнет и погода чутка устаканится, Петрович, местный старичок из деревни, на тракторе дорогу малость пробьет. До меня в том числе. А пока этого не произойдёт, придется сидеть и терпеть незваную гостью.

Чем ближе подходил к дому, тем сильнее обострялось чувство какого-то необъятного пиздеца.

Стряхнув на крыльце снег с себя и с пёселя, зашел в дом.

Стоило порог переступить, как в мгновение ощутил, что закипаю. Ну что за неугомонная девка? Русским же языком сказал - ничего не трогать.

Передо мной открылась щекочущая нервишки картина.

Эта снегурочка копошилась возле камина, суетливо поднимая ножи и не менее суетливо расставляя их на полке.

– Гром, ко мне! – снова рявкнул, но было уже поздно.

Этот аболтус сорвался с места и с пробуксовкой скребя когтями по полу, несся прямо на нашу не прошенную гостью.

Девчонка явно не ожидала ничего подобного. С громким визгом шарахнулась назад, одним махом сметая с полки все то, что только что туда ставила.

– Блять. – сказал негромко, прикрыв глаза и с шумом вытолкав воздух из лёгких.

Обреченно слушал какофонию звуков из визга девчонки, радостного поскуливания пса и грохота, от которого поджимались яйца.