Глава 11

Анисья

Тимур молча ведет машину, я смотрю на него и не могу заставить себя отвести взгляд. Стыдно, что набросилась на него в котельной, как… как…

Не могу подобрать правильные слова.

До сих пор ладони трясутся, как вспомню лицо той мрази. Я не думаю, что дошло бы до насилия, уж как-нибудь бы выкрутилась. Но как же было приятно увидеть в той душной комнатке Тимура. Он с таким остервенением бил мужика, что в какой-то момент я даже испугалась за маньяка. Помимо воли скольжу взглядом по ладоням на руле и замечаю сбитые в кровь костяшки. Меня не отвращает, наоборот… Внутри поднимается волна благодарности к мужчине.

Так много хочется сказать и спросить у Тимура, но я не могу. Хочу, но, едва открываю рот, сразу затыкаюсь.

— Иди, переодевайся.

Моргаю и оглядываюсь. Оказывается, мы уже стоим у меня во дворе. Мне бы кивнуть и уйти, но слова срываются с губ прежде, чем успеваю подумать:

— Поднимешься со мной?

Тимур иронично вскидывает бровь, а я быстро исправляюсь:

— Посмотри на свои руки. — И он смотрит, хмурится. — С костяшек все еще бежит кровь, ее нужно остановить.

— Это всего лишь…

— А ну, ша! — перебиваю, прекрасно понимая, о чем он хотел сказать.

Тимур так и сидит с раскрытым от удивления ртом, а мне хочется расхохотаться от замешательства на его лице.

— Ничего не хочу слышать. Вышел из машины и шагаешь за мной, уяснил?

— Угу.

Выходя, подмечаю ржущий взгляд мужчины и сама не сдерживаю больше улыбку.

Накопилось много вопросов, и я буду не я, если не вытрясу все ответы прямо сейчас. Да и не мешало бы вернуть Тимуру рубашку, вид его голого торса слишком бросается в глаза, он постоянно притягивает к себе ненужное внимание.

Мужчина проходит вперед, а я сразу замечаю, что у него даже на спине есть татушки, какие-то незамысловатые узоры. Титаническими усилиями заставляю себя отвести взгляд и сразу же вырываюсь вперед. Игнорируя лифт, бегу к лестнице и в мгновение ока оказываюсь на своем этаже. Открываю дверь, пропускаю мужчину первым.

— Иди на кухню, а я сейчас.

Бегу к себе в спальню и запираюсь. Слышу, как грохочет сердце в груди, и не могу никак угомонить его. Что со мной творится? Там, в котельной, еще бы мгновение – и мы могли бы… Нет, не могли! Но, вопреки всему, я завелась и реально была готова позволить Тимуру все, что он захочет.

Не желая думать о своем странном поведении, снимаю с себя рубашку и разорванную блузу. Без зазрения совести бросаю испорченную тряпку на пол. А рубашку Тимура крепко держу в кулаках, не могу заставить себя отшвырнуть ее. Прижимаю к голому телу и вдыхаю сладко-цитрусовый аромат парфюма. Хочется снова надеть ее, укутаться и не возвращать обратно. Забрать себе, как трофей.

Сразу перед мысленным взором, будто палач, вдруг появляется Рос, и мне приходится с жалостью убрать от себя подальше рубашку.

— Я просто отвечу добром на добро и на этом все.

Себя пытаюсь убедить или кого-то еще? Быстро натягиваю первую попавшуюся футболку, забираю рубашку и иду на кухню.

— Вот, спасибо и оденься.

Тимур хоть и забирает рубашку, но не спешит надевать ее. Точно – кровь. Беру со шкафчика аптечку (между прочим купленную Тимуром) и принимаюсь стоя обрабатывать ранки. Идеальный момент, чтобы поговорить. За работой можно скрыть неловкость.

— Так… — не поднимаю взгляд – опасно смотреть в чарующие омуты. — Как ты оказался в том доме?

Ну, я примерно догадываюсь, что мы коллеги, но вдруг ошибаюсь? Было бы хорошо.

— Я ответственный за своих подчиненных, поэтому…

Резко вскидываю голову и выпрямляюсь. Пищу в панике, перебивая:

— Ты что, мой босс?

— Да.

Два слова обескураживают и лишают меня твердой опоры под ногами. Хочу плюхнуться на стул, но почему-то оказываюсь вдруг сидящей на коленях у Тимура. Да как он так ловко все провернул, жучара?!

Дергаюсь, но мужчина не отпускает меня, сцепляет руки в замок, удерживая на своих коленях, я оказываюсь в его хитросплетенной ловушке.

— Ну, нет… — смотря ему в глаза, пытаюсь увидеть в них намек на юмор или что-то такое. — Не может быть…

— Но это так, — Тимур пожимает плечами.

— Рос меня убьет, — с губ помимо воли срывается истеричный смешок.

А когда узнает, что произошло в первый рабочий день… Мигом прикасаюсь к пульсирующей губе и вздыхаю. У меня просто нет другого выхода:

— Я увольняюсь.

Как от сердца отрываю слова, но так будет лучше для всех. Прощай, моя тройная зарплатка, я буду очень скучать по тебе! Помнить и скорбеть, как о самой заветной и несбывшейся мечте.

— Рос – это твой брат, верно? Тот тип, который угрожал мне в участке?

Киваю. У меня нет слов. Я… загнана в угол из-за дурных обстоятельств. Даже не представляю, что будет, когда брат узнает правду, он же без тормозов! Наверное, лучше не попадаться ему на глаза в ближайшие пять дней, пока не сойдет припухлость со щеки и губы.

— Ты же взрослая, так почему…

— Тимур, — резко перебиваю, не хочу выслушивать еще и от него нотации, — ты многого не знаешь. Сколько бы ни было мне лет, хоть шестьдесят, брат все равно будет обо мне заботиться, как о маленькой. Меня саму уже достала его опека, но… — замолкаю, а себе мысленно даю ответ.

Но он – это вся моя семья. Он – все, что у меня осталось. И что мне, из-за какого-то мужика портить с ним отношения? А работа… Ну, что ж. «Доминант» – не единственное хорошее агентство в городе. И, кстати, о моей должности…

— Ну-ка признавайся, ты же знал, да? — бросаю упрек.

Тимур хмурится, будто не понимает вопроса. Или он хороший актер, или действительно ни при чем.

— Знал что? — из-за замешательства в его взгляде я уже сама ни в чем не уверена.

— В твою фирму было восемьдесят кандидатов, так почему я?

Чувствую, что постепенно сползаю с его колен, Тимур подтягивает меня ближе к груди, и я вдруг замечаю на ней несколько бледных шрамов, очень похожих на порезы. Тянусь к ним пальчиками, но останавливаюсь, слыша слова мужчины:

— Я даже не видел твое резюме. Разложил их все веером на столе и наугад выбрал одно. Отдал помощнице, а она уже связалась с тобой.

Щурюсь, так как не верю до конца в такие совпадения. Но так же помню слова Даши и то, что было в моем резюме. Меня не просили прикрепить фото, не просили никаких дополнительных данных, только указать опыт работы, описать положительные и отрицательные стороны. Ну и банальное: почему хочу работать именно в «Доминанте»?

— Хочешь сказать, что нас свела судьба? — говорю и смеюсь от своих слов, но Тимур остается серьезным.

— Думаю, так и есть.

— Бред какой-то.

Хочу встать с колен и отойти подальше от сладкого аромата, который дурманит сознание, но мужчина уперто не выпускает меня. Пытаюсь разжать и убрать от себя его руки, но тщетно. Упрямец еще сильнее сцепляет пальцы в замок, и я даже ощущаю, как сильно натягиваются его мышцы на руках.

Резко поворачиваю голову к мужчине:

— Отпу… М-м-м!

Тимур затыкает меня внезапным поцелуем, и я слишком поздно понимаю, что попала в очередную ловушку. В томительно нежную и губительную. Тело не противится, внутри уже взрывается вулкан спящей страсти, и мне хочется высвободить его как можно скорее. Несмотря на все запреты и противоречия.

Переплетаю руками его шею, охотно льну к манящим и невероятно мягким губам, не желая, чтобы райский миг заканчивался. Слишком хорошо и упоительно, до умопомрачения… Не могу сопротивляться, я будто заколдованная иду на свет, и мне плевать, что будет в конце тоннеля.

Звонок в дверь не охлаждает мой пыл, стону в губы мужчине, но потом меня отрезвляет, будто ушатом холодной воды:

— Открывай, я знаю, что ты дома!

Отлепляюсь от губ и без проблем соскакиваю с коленей Тимура. О, черт! Только не это! Беспокойно мечусь по кухне, я тупо не знаю, что мне делать. Нельзя, чтобы Рос увидел в моей квартире Тимура, да еще и без рубашки! Звонок повторяется, но, черт возьми. У брата, скорее всего, есть ключи. Тот самый второй комплект, который забрала Марина. Не думая больше, хватаю Тимура за руку и тащу в спальню.

— Быстро в шкаф, — хриплю, открывая дверцу.

— Что, прости?

— В шкаф!

— Но почему…

Не даю ему договорить, толкаю в спину, потому что уже слышу звук отпирания замка.

— Лезь, блин, давай.

Тимур подчиняется, но ворчит, а я постоянно оборачиваюсь, боясь, что брат в любой момент может оказаться в комнате.

— Просто посиди немного, если не хочешь быть будущим трупом. Я быстренько выпровожу брата.

Замечаю вдруг в зеркале припухлую губу и чертыхаюсь под нос. Да блин, Вселенная, ты специально? Какая нелегкая привела ко мне братца?!

Рос хлопает дверью, и я, переведя дыхание, бегу встречать упавшего как снег на голову родственничка.

— Росик, привет!

— Ты… — он резко замолкает, смотря на мою губу, и я сразу замечаю, как постепенно его зрачок наполняется губительной чернотой. — Это еще что такое?

Брат в два шага оказывается рядом и аккуратно дотрагивается до щеки. Черт, думай, Ниська, думай! Почему все разумные варианты вдруг закончились?

— Ну, это… Ну… Я… М-м-м… В ванной поскользнулась и поцеловалась с раковиной. Вот.

Рос скрещивает руки на груди – могу поклясться, что он уже мне не верит. Ждет, как я буду выкручиваться и юлить. Да я и сама себе не верю: поскользнулась в ванной? Более правдоподобную ложь не могла придумать?

— Росик, я на работу опаздываю, давай…

— На работу? — гремит он не хуже грома на всю прихожую. — На какую работу? С которой ты уволилась? Купила квартиру, и все, можно сложить лапки и бездельничать?

— Такого ты обо мне мнения? — взрываюсь на него и кричу. — Лентяйка и бездарь, да? Ни на что не способная разбалованная девчонка?

В другой ситуации я, может быть, и не истерила бы, но сейчас нашу перепалку слышит Тимур. Стало обидно до слез, я два года пахала, как проклятая, и Рос не мог этого не заметить. Думала, он изменил обо мне мнение. Видимо, ошиблась.

Брат вздыхает, да и я немного остываю. День сегодня, мягко говоря, не фонтан. Но не могу заикнуться об этом перед братом, Ростик не поймет и не примет отвратительную правду.

— Ладно, — он сдается, — идем на кухню, нам обоим нужно успокоиться.

Брат идет первый, а я несмело топаю за ним. Бросаю мимолетный взгляд на дверь в спальню и прикусываю губу. Хоть бы обошлось… Хоть бы ничего…

— А это еще что такое?

Я застываю и чувствую, как волосы на затылке встают дыбом от страшной догадки. Я забыла убрать улики… Черт возьми, рубашка Тимура так и осталась на столе!

А уж когда захожу на кухню и подмечаю оставшиеся ватные диски с кровью и аптечку на столе, болезненно стону под нос. Мне крышка. Это конец…

— Рос, это не то, о чем ты подумал…

Он вскидывает бровь, а затем указывает на «место преступления».

— Я жду внятное объяснение вот этому. И этому, — хватает рубашку и едва не тычет ее мне в лицо.

Не успеваю ничего сказать, Рос сощуривается, но он смотрит не на меня а немного выше, и мне уже это не нравится. Кожей чувствую: быть беде.

— Ей что, шестнадцать лет, что ты отчитываешь сестру, как малолетку?! — слышу позади себя голос Тимура.

О, нет. Нет, нет, нет! Ну я же просила его посидеть тихонько в шкафу, блин! Рос с недоумением смотрит то на меня, то на Тима, брат явно обескуражен. И как все до этого дошло? На кухне резко повышается градус, я уже чувствую, как воздух наэлектризовался до предела. Стою между мужчинами, как защитная стена, пытаюсь хотя бы так предотвратить трагедию.

— Мелкая, ты… — цедит Рос сквозь зубы, он взбешен, и я его прекрасно понимаю. — Ты в своем уме?! — лицо красное, вены на шее вздулись…

— Не ори, я не глухая, — не знаю, что еще сказать.

Видимо, кроме правды, больше ничего. Но ведь правду можно рассказать и не всю, да? Пока колеблюсь, Тимур решает помочь мне:

— Послушай, Рос, или как тебя там. Я готов взять ответственность за то, что произошло, — Тим замолкает, а я закатываю глаза и просто готовлюсь к взрыву бомбы.