Глава 5

Глава 5

АРТ

ДА!!! Эх, сейчас бы заорать во все горло да подпрыгнуть. Эмоции переполняли через край. Пришлось довольствоваться криком про себя, наверное, так кричит душа. Ни к чему сейчас крохе слышать победный клич индейца, не поймет, может быть, даже покрутит пальцем у виска. Хорошо девчонкам, визжи, пищи, прыгай и тебе слова ни кто не скажет, все уже привыкли к женским штучкам. Проходя по короткому коридору, поймал свое отражение в висевшем на стене зеркале. Тут же представил у себя на голове два несуразных хвостика и пышное платьице. Мдааа, уродливая получается девица. Тряхнул головой, пытаясь хоть немного успокоиться. Куда там, у меня разве что из ушей не перла радость вперемешку с ликованием. Страдаю фигней перед зеркалом, а мне между прочим еще кроху чем-то кормить надо. Тут же почувствовал себя пещерным человеком, притащившим внушительный кусок мамонта своей женщине, прямо раздулся от гордости и не беда что этого мамонта покупала моя секретарша в обычном супермаркете. А пещерку бы не помешало протопить. Передернул плечами, подхватив с дивана серую толстовку. И только сейчас осознал насколько замерз. На что только не пойдешь ради того, что бы привлечь внимание понравившейся девушки. Не думал, что из моей затеи что-то получится, но Ксюшка сыграла как по нотам. Удовлетворение заполнило каждую клеточку тела, все таки не зря я терпел холод и полуголый колол дрова на заднем дворе домика и главное как удачно их свалили в кучу прямо под окном ее спальни. Не перевелись еще рыцари готовые на подвиг ради своей дамы сердца.

Огонь приятно согревал озябшие руки и грудь, еще немного и тепло станет обжигающим. Поймал свое отражение в темной облицовке камина. На губах улыбка, не холодная и натянутая как обычно, а теплая и счастливая, даже глаза стали добрее и тоже улыбаются. Давненько уже не чувствовал себя таким счастливым и беззаботным, словно мальчишка. Разгладились хмурые морщинки и квадратный подбородок уже не казался таким тяжелым, почти красавец. Скромность наше все.

Покосился на груду не разобранных пакетов, нас всего двое, а Людочка накупила продуктов на целую роту, разбирай теперь всю эту прелесть по местам. Отходить от камина решительно не хотелось, что поделать, тепло всегда было моей страстью. И все таки не зря я настоял на камине, два дня спорил с ребятами, но мнение свое отстоял. До сих пор остается загадкой, какой бес вселился в Игоря, когда он решил купить старую избушку на курьих ножках и прилегающую к ней территорию. Хватило бы не большого клочка, так нет же, на сколько хватало глаз, столько и выкупил, правду говорят, у богатых свои причуды.

Сейчас в этом домике уже и не узнать старую избушку местного лесника. Население с каждым годом растет, город расширяется вот и пришлось леснику бросать свое насиженное место и перебираться дальше в лесную глушь. Пара десятков километров и наш домик на отшибе перестанет быть таковым.

Вжикнув молнией на толстовке, потопал разбирать пакеты, заодно посмотрю чем можно перекусить на скорую руку. Позже приготовим что-нибудь существенное вместе с крохой. Мысль о совместной готовке показалась на диво привлекательной. Была б кроха немного пораскованней, прыгала бы по кухне в одной моей футболке и крутила попкой под зажигательную и веселую мелодию. Словно в ответ на мои мысли, сотовый разразился звуками тяжелого рока. Выудил телефон из кармана джинс и тут же страдальчески застонал. И чего спрашивается названивает, несколько часов назад только расстались, словно почувствовал мое хорошее настроение. Надо же позвонить и обязательно обосрать всю малину.

- В данный момент все операторы заняты, попробуйте перезвонить позднее. – копируя механический голос пропел в трубку. Мало ли, вдруг повезет и Арес решит перезвонить позднее?

- Смотрю тебя прямо прет. Хорошее настроение?

- Судя по твоему ехидному голосу ненадолго. – буркнул тут же теряя свой шутливый настрой.

- Правильно думаешь, смотрю и настроение поутихло, самое время начинать напрягаться.

- И почему ты не мог просто соскучиться?

- Вобщем слушай. Времени у меня совсем немного, надо ехать к Святе в больницу. Твой потерянный друг Паша не так прост как ты думаешь. Одного не пойму, какого ты столько времени молчал, вместе мы бы давно во всем разобрались? Ну да ладно, будет еще время об этом поговорить. Родители Павла Липова умерли уже давно. Родственников и близких не имеет. Отсюда вытекает вопрос: Откуда у него вдруг взялась сестра и племянница? Информация о Ксюше и ее матери подчищена, либо их имена и фамилия которые ты назвал не настоящие, в этом мы еще разбираемся. Так же настораживает тот факт, что мы ни где не нашли их фотографий. И если как выглядит Ксюша мы знаем, то внешность и личность ее матери загадка. Было бы неплохо если бы Ксюша описала мать, не очень хочется раскапывать могилу что бы провести соответственные анализы и добыть информацию. Сейчас выясняем все что связанно с торговлей живым товаром. Те имена что ты в свое время нарыл это лишь верхушка айсберга. А самое паршивое знаешь что? Некий Липов Павел Витальевич нотариус и адвокат в свое время был негласным доверенным лицом моего отца. Я сейчас буду копать в этом направлении. Аид разбирается с твоими гостями, подробности он сам тебе расскажет немного позже. Твоя задача расспросить Ксюшу как можно подробнее о ее жизни до похищения, сам понимаешь, если бы не было необходимости, я бы не просил.

Информация в голове ни как ни хотела укладываться. Сплошные загадки и не одного ответа и снова предательство, на этот раз не со стороны женщины, но от этого еще больнее. Тот кого я считал другом, тот кто спас меня от смерти, то кому я безоговорочно доверял, предал меня не моргнув и глазом. А говорил ли он мне хоть когда-то правду? И если я мог хоть как-то смириться с тем, что Пашка не пускал меня в свою жизнь и выдавал информацию о себе строго дозировано, то с его враньем я мириться был не намерен.

- Арт? Что-то случилось?

Кроха переминалась с ноги на ногу стоя в нескольких шагах от меня и подозрительно косилась на телефон в моих руках издающий звуки коротких гудков. Такая потерянная, нервно сжимает ладошки в кулаки. Откинул сотовый на стол все еще заставленный пакетами и сделав несколько шагов провел большим пальцем по ее нижней губе освобождая ее из плена жемчужных зубов.

- Ничего такого, с чем мы не сможем справиться. – притянул кроху в объятия.

Кто бы раньше сказал мне, что я буду искать спокойствия в объятиях испуганного ребенка, рассмеялся бы ему в лицо. Легкий запах мандаринов исходящий от темной гривы волос действительно успокаивал. Тепло хрупкого тела дарило уверенность в том, что все действительно будет хорошо. По другому быть просто не может, у нас нет шанса на ошибку и будь я проклят если хоть кому-то отдам единственный лучик солнца освещающий темноту моей души.

- Проголодалась? – наконец-то вспомнил о цели своего визита на кухню.

- Безумно, - улыбнулась, прожигая во мне дыру своими потрясающе красивыми глазами – Готова съесть целого мамонта и даже в сыром виде.

Рассмеялся и схватив на руки понес к столу усаживая ее прямо на столешницу.

- Погоди немного, сейчас разберу пакеты и сделаю нам несколько бутербродов.

- Я помогу, давай вместе.

- Не нужно. – прижал ее бедра к столешнице не давая спрыгнуть. – Просто посиди рядом, это всего лишь бутерброды, вряд ли я смогу их испортить, а вместе будем готовить уже полноценный ужин. Вот там без твоей помощи мне не обойтись.

Кроха не стала спорить и вырываться, но состроила довольно сосредоточенную мордашку. Наверняка пытается объяснить себе мои поступки и слова. Здесь я ей не помощник, сам не могу понять свои действия. Назвать свое желание накормить Ксюшку самому, заботой? Где-то близко, но все равно не то. Была б моя воля кормил бы ее с рук, это определенно доставило бы мне удовольствие. Еще слишком рано для таких действий, могу ее напугать. То что она без страха ко мне прикасается и находит меня притягательным это лишь маленькая победа в череде предстоящих.

По мере опустошения пакетов, задавался все больше и больше вопросом о Людочкиных умственных способностях. Все понимаю, но сказано же было, что отдыхать едут два мужика, вот нафига спрашивается двум мужикам мука, сода и разрыхлитель? Что по ее мнению мы должны были со всем этим делать?

Мысли в голове сменялись калейдоскопом, перескакивая с чувств на содержимое пакетов. Покосился на Ксюшку, кроха сверлила взглядом чайник стоящий на газовой плите. Руки дрогнули едва не выронив хлеб. Если честно, мои наклонности все больше и больше меня пугали. Раньше переживал за свое желание доминировать и подчинять, сейчас же это казалось просто детским лепетом. Ксюшка в розовом пушистом костюмчике в большой белый горошек казалась совсем ребенком и это безумно возбуждало. Ее молодость, наивность и ранимость притягивали словно магнит. Сам себя загнал в угол, ведь специально выбирал вещи, на мой взгляд совершенно не сексуальные, но стоило ей надеть их на себя…

Попытался нарезать хлеб, руки от возбуждения дрожали настолько, что столь простое действие удавалось с трудом. Свисток закипевшего чайника, казалось, был для меня спасением, только казалось. Ровно до того момента как наши руки соприкоснулись одновременно потянувшись к плите. Ксюша успела первой, тонкие пальчики медленно поворачивали ручку, в то время как мой самоконтроль летел ко всем чертям. Очнулся, уже стоя вплотную к Ксюшке. Столешница, на которой она сидела, стала своеобразным барьером, если бы не это досадное препятствие уже давно вдавливался бы своим твердым членом в ее нежную плоть. Вопреки моим опасениям в глазах крохи не было ни капли страха, лишь сплошное любопытство. Слишком быстро, слишком большой напор. Надо отойти, успокоиться и серьезно поговорить. Сейчас извинюсь и быстро выйду из комнаты.

- Только не бойся – губы шептали совершенно не те слова, что я собирался произнести. – Никогда не сделаю тебе больно.

- Знаю, - кроха открыто улыбалась, даже не сделав попытки остановиться и это, стало последней каплей.

Глаза в глаза боясь пропустить малейшую эмоцию. Так далеко, до боли медленно. Между нашими лицами несколько сантиметров расстояния, казавшиеся целыми километрами. Руки сжали столешницу до побелевших костяшек, последний миллиметр, последний шанс отвернуться, избежать прикосновения моих губ.

Судорожный вздох, определенно мой. Простое касание губ выбило воздух из легких. Мягкие, нежные, сладкие. Замер, наслаждаясь ощущениями, прижался немного сильнее, прошелся языком по ее нижней губе прося довериться, разомкнуть губы, впустить в теплую влажность сладкого рта. Робкое движение ее язычка стало для меня поощрением на дальнейшие действия.

Как не странно, но безумное возбуждение отступило. Нет, оно не прошло совсем, просто чувства как будто перешли на новый уровень, более сложный и менее понятный. Такого у меня еще не было ни разу. Щемящая нежность, тихий восторг. Поцелуй получался медленным и тягучим, словно через него мы хотели выразить все то, что таилось у нас в душе. Ее неуверенность, наивность и любопытство. Моя нежность, забота и трепетность. Так можно целоваться часами и это никогда не надоест.

Кроха, прижималась ко мне ища защиты и тепла, впитывала как губка все ощущения, что дарили ей мои губы. Такая маленькая, любопытная, жадная до ласки, совсем как подросток который только начал открывать для себя мир чувственных ласк и наслаждений.

Вот уже и любопытные пальчики пробежались по плечам и зарылись в мои волосы на затылке, на большее пока еще не решается, а я не спешу переводить поцелуй в нечто страстное и срывающее крышу.

С трудом оторвался от влажных и припухших губ, с чисто мужским самодовольством отметив учащенное дыхание и расширенные зрачки. Кроха качнулась на встречу, взгляд сосредоточен на моих удаляющихся губах. С тихим стоном прижал ее голову к своему плечу, лениво перебирая пальцами длинные пряди.

- Кроха, не играй с огнем. – грубое карканье вместо спокойного тихого голоса – Девочка моя, я ведь не железный, а твои прикосновения…

Ксюшка тут же отдернула пальчики, пробравшиеся под толстовку.

- Прости. Я думала тебе приятно.

Боже, этот низкий голос с хриплыми нотками отозвался волной желания по всему телу, заставив напряженный член дернуться, что не осталось незамеченным с ее стороны. Мягко отстранился, разжав сцепленные на талии ноги.

- Мне приятно, даже слишком, но к дальнейшим действиям ты еще не готова, а я не могу сдерживаться слишком долго. Если ты захочешь мы обязательно продолжим, только не сейчас и только после того как серьезно поговорим. А сейчас будь хорошей девочкой, разожми ручки, что бы я смог наконец-то сделать нам бутерброды.

Успокоиться до конца так и не получилось, стояк в штанах причинял дискомфорт, граничащий с болью. Хорошо что приходилось отвлекаться на нарезку хлеба, сыра и колбасы. Несколько раз косился на горячий чайник, серьезно опасаясь момента, когда придется наливать чай. Вроде бы ничего сложного, бросить в бокалы пакетики и залить кипятком, легко, но только не тогда, когда руки дрожат от сдерживаемого желания.

Пронесло, чай налит и мы наконец-то сидим за столом поглощая незамысловатую еду. Руки уже не дрожат, возбуждение улеглось. Можно вздохнуть с облегчением и обдумать слова Ареса.

- Арт? Я и ты. Почему это происходит именно сейчас? – Вздохнуть с облегчением? Забудьте, покой мне только снится. Ксюша своим вопросом вновь выбила меня из колеи.

Неожиданно возвращаются старые страхи. Что ей ответить? Что питал к ней слабость с самого начала, а по мере ее взросления появлялась и страсть? Поначалу тихая, сейчас же едва контролируемая. Молчать не вариант, да и начинать отношения со лжи и недомолвок не хочу.

- Сначала еда, - указал кусочком сыра зажатым между пальцами на ее недоеденный бутерброд – Потом разговор – теперь кусочек сыра указывал в сторону камина и уютного дивана.

Мой ответ ей не очень нравится, это отчетливо видно по ее насупленной мордашке. Такая смешная, кидает раздраженный взгляд на свой недоеденный бутерброд, словно он виноват во всех смертных грехах. Недолго думая, запихивает его в рот от чего, начинает напоминать маленького хомячка с надутыми щеками. Запивает уже остывшим чаем и встает, показывая мне свои пустые руки. Ведет себя как нетерпеливый ребенок, была б на ее месте другая, отругал, так и подавиться не долго. Но Ксюшка… она другая, всегда собранная, без эмоциональная, каждое движение спокойное и неторопливое. То что она вытворяла сейчас вызывало во мне лишь теплую улыбку. Глядя на поведение девятнадцатилетней девушки приходилось постоянно напоминать себе о том, что она не более чем подросток, не по виду, по состоянию души.

Спешно дожевывая и кидая на меня нетерпеливые взгляды, кроха слегка пританцовывала на месте. С сожалением отодвинул от себя тарелку под ее взглядом и подавиться не долго.

- Пошли чудо мое пернатое.

- Почему пернатое?

- Ангела напоминаешь. – хмыкнул глядя на ее вытянувшееся лицо - маленького, наивного.

- Только крылья обломали. Да? – продолжает улыбаться, только улыбка становится натянутой и грустной.

- Крылья? – специально округляю глаза, продолжаю дурачиться, будто и не заметил смены ее настроения. – Будут тебе крылья, лучше прежних. Все будет, только пожелай.

Сидит, хлопает своими карими глазищами и абсолютно меня не понимает. Всего лишь подросток, напоминаю себе в который раз, пытаясь вспомнить как я пытался ухаживать за девочками лет в шестнадцать-восемнадцать. Легкие поцелуи, прогулки, держание за ручки. Перспективы не радужные. Неуверен, что не сорвусь.

- Звонил Игорь. Я рассказывал про него на твой день рождения. – Решил пока избегать столь щекотливой темы как наши отношения. Не в моих правилах, но мать твою впервые в жизни я не знал что сказать женщине, не от того что не было слов, а потому, что рядом со мной сидела девушка, молодая, невинная. Необходимо было собраться с мыслями, а для этого требовалось время.

- Есть новая информация. Ксюш, хочешь, я могу вообще ничего тебе не рассказывать, если тебе так будет спокойнее, захочешь сама спросишь. Мы справимся со всем сами и в обиду тебя больше никогда не дадим. Веришь? – к черту вопросы на которые может ответить только кроха, к черту всех и все. Только бы не видеть этих испуганных глаз, опущенных плеч и стиснутых до побелевших пальцев рук.

- Верю, - лицо бледное, губы плотно сжаты, а в глазах появляется уверенность в своем решении. – Я хочу знать. Все.

- В таком случае тебе придется ответить на несколько вопросов. – кивнул, давая понять что принимаю ее решение. – О себе, о своей маме и о дядь Паше. – Перечисляю, внимательно следя за ее реакцией. Дыхание сбивается, кажется, я даже отсюда слышу быстрый стук ее сердца. Вновь поджимает губы, пытается перебороть свой страх. Кивает и я выдыхаю задерживаемый в легких воздух.

- Что ты хочешь знать?

Ночь, тишина, мерное сопение крохи под боком и громкие рулады пустого желудка. Романтика не иначе. Было бы смешно, если бы не было так печально.

Мысль доесть оставшиеся бутерброды с каждой минутой становилась все привлекательней, но пока еще не настолько, что бы покинуть кроху. Свет догорающего камина отбрасывали на комнату причудливые тени, танцующие в неровном отблеске огня. Они так же как и мои мысли, хаотично мечутся не желая выстраиваться в ряд.

Очередной всхлип и тоненькие пальчики сжимают в кулачке серую ткань моей толстовки. Зря я все же затеял этот разговор с Ксюшей, держалась сколько могла, да вот только оказалась не готова вновь столкнуться со своим прошлым. С прошлым, в котором все было просто и легко, которое наполнял смех, и ласка еще живой матери. Самое паршивое, наш разговор ни дал никаких результатов. Ксюша знала не многим больше нас. Вся ее жизнь прошла в разъездах; Франция, Германия, Россия. Бесчисленное множество городов и это только то, что помнила кроха. Мать никогда не работала, но и не страдала от отсутствия денег. Своего отца Ксюша ни разу не видела, а мать мастерски уходила от ответов на этот вопрос.

- Все было как обычно, - рассказывала Ксюша, сжимая ладони в кулачки - школа, дом, друзья. Пока в один из вечеров на пороге нашего дома не появился красивый мужчина с широкой улыбкой на губах. Я тогда стояла и не могла отвести от него глаз, мне четырнадцатилетней девочке он казался таким… не знаю как описать то, что творилось у меня внутри. Даже когда мама опровергла мои подозрения, я все равно продолжала думать, что дядя Паша мой отец. В тайне надеясь на то, что наконец-то и у меня будет нормальная семья, такая же как у всех. Воображала, что в жизни дяди Паши и мамы случилось что-то по настоящему страшное и маме пришлось от этого бежать, спасая наши жизни. Это бы объяснило, почему мы никогда слишком долго не задерживались на одном месте. Радовалась как маленький ребенок, что папа нас нашел и теперь заберет с собой в свой дом. Металась как бешеная белка по дому собирая вещи, ведь это был наш последний переезд! Только сейчас, вспоминая то время, понимаю, что мама совсем не была счастлива. Дядя Паша привез нас в Россию, поселил в небольшом домике, а потом исчез. Спустя несколько месяцев появился вновь, и нам пришлось опять собирать вещи. С тех пор, каждый его визит означал переезд. Мама все больше и больше замыкалась в себе, становилась нервной и дерганной. Я ничего не понимала, мои вопросы игнорировали или отвечали довольно размытыми словами и обещаниями. Как-то вечером раздался дверной звонок, так поздно мог прийти только один человек и это означало только одно - новый переезд. Я уже начала подниматься по лестнице в свою комнату, что бы собрать вещи, но крик мамы…

Прижал кроху сильнее к своей груди, проклиная себя за ее мучения, за каждую слезинку и дикий ужас в глазах. Она так и заснула в моих объятиях, лежа между мной и спинкой дивана.

Желудок разошелся не на шутку, и если довольно громкие звуки можно было игнорировать, то сосущая боль доставляла существенный дискомфорт. Кроха последние десять минут спала спокойно, даже пальчики разжала, да и кухня находится всего лишь в нескольких шагах.

Медленно, стараясь не потревожить кроху, скатился на ковер, прислушался, в тишине отчетливо слышалось спокойное дыхание. Встал на ноги, с удовольствием разминая затекшее тело. Вторая бессонная ночь, не то что бы жаловался, но бессонные ночи последнее время я привык проводить несколько иначе. Подкинул несколько поленьев в камин, пусть лучше будет жарко, чем холодно в этом мы с крохой всегда солидарны.

Вернулся мыслями к нашему разговору с Аресом, краем сознания отметив, что Аид так и не позвонил, значит отзвонится завтра, может быть хоть он сможет пролить свет на эту темную историю. Поразительный слепец, прав был Аид, узнай клиенты о моей наивности вмиг стану безработным. Почему остановился найдя Ксюшу? Надо было копать дальше ведь столько было несостыковок которые так и кричали о том, что не все так гладко в этом деле. Мать Ксюши убили практически сразу и сопротивление сыграло в этом самую последнюю роль. Можно было просто вырубить, три мужика без проблем справились бы с этой задачей. Пуля в лоб и сожжение, такое ощущение, что они не просто избавлялись от ненужного свидетеля, а тщательно заметали все имеющиеся следы. Об этом говорят и исчезнувшие фотографии из дома. Надо попросить Ксюшу нарисовать портрет матери и прогнать его по базам, помнится, она неплохо рисовала, во всяком случае, свое лицо среди множества рисунков я узнал. Узнаем, кем была ее мать, поймем зачем и кому нужна кроха, в этом я был уверен. Торговля девушками только прикрытие, без сомнения имеет место быть, но Ксюша явно не их клиент иначе ее бы насиловали как и остальных девушек. Избивали, заставляли смотреть, морили голодом. Хотели запугать и сломить? Смысл? Обычно так поступали когда хотели добиться определенных действий или информации, последним Ксюша вряд ли обладала, а вот над первым стоит задуматься. Здесь либо прошлая жизнь матери, либо влиятельные родственники, в ее случае отец.

Горячий чай, вкусные бутерброды, тепло от камина. Сейчас бы завалиться спать, но чувствую, хрен мне удастся отоспаться и в эту ночь, вернее слышу. Звуки вполне различимы, кто-то пытается вскрыть чертов замок на входной двери.

Выключил тусклую лампочку горящую на кухонной вытяжке, по дороге к источнику шума подцепил свою сумку лежащую возле дивана. Остановился прислушиваясь к ровному сопению крохи, на данный момент ее сон и покой казались самым важным в жизни. Страх отсутствовал, сказалось недосыпание, а быть может так на меня действовала холодная тяжесть металла в моей руке… Шаги бесшумны и легки, глаза уже привыкли к темноте, убивать у меня всегда получалось лучше чем думать. Замер сбоку от двери, сквозь скрежет замка раздавались приглушенные ругательства, полные дилетанты. Мало того что чертову уйму времени возятся с простым замком так еще и создают дополнительный шум. Мелькнула мысль выбить к чертовой матери эту дверь, глядишь и придавит горе взломщиков, вот только кроха проснется от шума, испугается, а мне этого ой как не хочется. Сигналки на окнах молчат, заходить будут только через двери, может быть удастся их убрать тихо? Тогда и кроха ни о чем не узнает.

Старания взломщиков наконец-то увенчались успехом, тихий щелчок оповестил об открытии замка. Приглушенный ликующий возглас подтвердил правильность моих наблюдений. Кровь побежала быстрее, разнося по венам адреналин, тело напряглось, губы расплылись в предвкушающей улыбке.

*****

- Какого черта?! Ты хоть понимаешь насколько был близок к тому, что бы у тебя появилась лишняя дырка в башке?!

- Змей, будь другом, заткнись. Башка раскалывается не по детски. Что ж ты зараза такай большой- то? Ощущения такие, будто меня на полном ходу сбил грузовик.

- Заткнуться? Я тебе сейчас еще добавлю и срать мне на то, что лежачих не бьют! Может быть хоть твои мозги встанут на место и ты прежде чем сделать начнешь думать головой!

- Рискуешь брат. После твоего удара разве что самолетам фигушки показывать с блаженной улыбкой идиота.

- Весело тебе? Ты хоть представляешь что бы со мной сделал Арес если бы ты сейчас валялся на улице с дыркой в башке?!

- Подвесил бы тебя за яйца и ты бы даже не сопротивлялся. Ай! Какого хрена, совсем сдурел?! Ты мне нос сломал!

- Еще одна твоя шуточка и я доберусь до твоего языка.

- Дверь закрой – прогундосил Олег, вытирая рукавом кровь с лица - замерз как собака пока вскрывал этот долбанный замок.

- Мог бы просто постучаться. Какого ты вообще тут забыл да еще и посреди ночи?

- Да я ж откуда знал что ты притащишься сюда в такое время года?! Знал бы что здесь кто-то есть обязательно бы попробовал постучаться.

- Совсем расслабился. Чему только тебя все эти годы учили? Прежде чем лезть всегда осмотрись. На фоне полной луны отчетливо виден дым из трубы на крыше.

- Ладно, признаю, ступил малость.

- Что случилось? – устало опустился на пол напротив Олега. Руки все еще дрожали. Если бы не полная луна, осветившая одинокую фигуру за дверью, я бы не раздумывая, пустил пулю ему в лоб. Слава богу, в моей голове что-то щелкнуло, и я решил брать взломщика живым, мало ли что он мог рассказать. Страшно представить, что было бы со всеми нами, если бы я пустил Олегу пулю в лоб.

- Чертовы ведьмы. Целый год устраивали паломничество в мою квартиру. Чудные были времена. – протянул с задумчивой улыбкой – А потом появилась она, жгучая брюнетка с огромными синими глазищами и я забыл как дышать. И тут это прекрасное видение открывает свой греховный ротик и… Рано мне еще жениться и воспитывать чужих детей тоже не желательно. Видите ли я обрюхатил ее сестричку, нашли мне тоже идиота неразумного. Позвонил дядь Максиму, обрисовал ему ситуацию, попросил сделать тест на отцовство или как это там называется, дал координаты барышни, а сам смотался от греха подальше, что бы еще чего не навесили.

- Я-то думаю, что с тобой не так? А ты оказывается все свои мозги вытрахал! Мало того что неизвестную девицу обрюхатил так еще и под пули лезешь! К черту, утром позвоню Игорю, пусть сам с тобой разбирается.

- Змей, будь другом.

- Пошел ты!

- Мляяяять, лучше бы ты меня престрелил. Ну будь в конце концов человеком, не сдавай меня братцу, что хочешь проси.

- Напугаешь ее и встреча с разъяренным Игорем покажется тебе манной небесной. – прошипел сквозь зубы, заслышав легкие шаги. Наверняка он ничего не понял, но времени объяснять у меня не было.

- Арт?

Дрожащий испуганный голосок. Теперь придется постараться, что бы не напугать кроху. И ведь хотел сделать все по-тихому, да только сорвался из-за этого балбеса. Ума не приложу, как такое могло произойти, но матушка природа явно пошутила, дав жизнь таким одинаковым и таким разным братьям. Боже, дай мне сил не прибить эту ошибку природы если в ближайшие десять минут от все же откроет свой рот!