Глава 26 – Допрос Закрицкого

Игорь Петрович Сорокин стоял у ворот загородного особняка Олега Вадимовича Закрицкого. После первого звонка, ему никто не ответил. Он огляделся. Заметил видеокамеру, направленную на ворота. Если хозяин дома, наверняка, должен был его видеть или его охрана. Сорокин нажал на кнопку звонка ещё раз и долго удерживал, чтобы уже точно услышали.

— Кто? — прогудел над головой бас.

— Мне нужно с Вашим хозяином поговорить! — громко крикнул следователь.

— Кто Вы? Что за разговор?

— Это личное.

— Вы звонили ему?

— Нет. Дело касается его дочери.

После этих слов ворота автоматически открылись, пропуская следователя. Он прошел во внутрь ограды и, не оглядываясь, поспешил к входной двери дома.

Ему открыл управляющий и проводил к кабинету хозяина.

Сорокин вошёл в кабинет, после того, как управляющий доложил о нём Закрицкому.

— Честно признаться, не ждал Вас, — произнес Закрицкий, усаживаясь в кресло за стол.

Сорокин сел напротив на стул.

— Вы не ждали, а мы пришли. Когда вы видели свою дочь в последний раз?

— Дочь? — сделал удивленное лицо Закрицкий. — У меня нет детей.

— Позвольте уточнить, Кузнецову Анастасию Юрьевну?

— Какая же она мне дочь, — усмехнулся Закрицкий. — Отчество то не моё.

— Хм, однако, гражданка Кузнецова Жанна Сергеевна, утверждала обратное.

Было заметно, как лицо Закрицкого перекосило в испуганной гримассе.

— А Вы, простите, из какого отделения будете?

— Из четвертого.

— Я думал, из центрального.

— Я там служил два года назад, потом перевели в четвертое.

— Ясно.

— Вам к чему эта информация?

— Да так.

— Так что? Вы в курсе, что у Вашей дочери два года назад нашли наркотики?

Закрицкий промолчал, нервно заходив по кабинету и потирая лоб.

— Её каким-то чудесным образом отпустили, а меня чуть погон не лишили. Не знаете, как это вышло?

— Вы меня спрашиваете?

— Послушайте, есть информация, что Анастасия Кузнецова была у Вас в день пропажи и что вы её подобрали на улице полуживой. Это не трудно проверить и установить. Так что давайте не будем играть в кошки мышки, отвечайте уже на поставленный мной вопрос.

— Ладно, — неожиданно вдруг сдался Закрицкий. — Настя моя дочь, от Жанны Кузнецовой. И да она была у меня, всё как вы говорите, но утром она сбежала. Мои люди, туполобы, её упустили.

— Так. Что она делала у Вас и что говорила?

— Она спала всю ночь. А утром сбежала. В общем, повариха моя хотела её на завтрак позвать и не застала.

Она сбежала через окно. Хотя у двери стоял охранник.

— Зачем Вы её удерживали? Почему не обратились в скорую, если она была без сознания?

— Да не удерживал. Она спала. Я хотел утром ей всё объяснить. А охрану поставил, потому что опасаюсь за её жизнь.

— Так. С этого подробнее. Ей угрожали?

— Я не знаю, но то, что за ней следила какая-то машина, это я не смог выяснить, кто. Мои люди тоже наблюдали за ней. И кстати, по поводу пакетика. Я бы хотел пообщаться с этим следователем, который Вам рассказал, про её дело.

— Я и есть тот следователь. Что именно Вы хотите узнать. Разве не вы тогда залог заплатили за неё?

— Полиции я взяток точно не давал. Я не из тех.

— Есть предположения, кто это мог быть?

— Я не знаю, — соврал Закрицкий, подумав на Артёмова, — но мне бы очень хотелось знать, кто этот гад, который продал моей дочери наркоту.

— Так, значит, Вы утверждаете, что она её купила? Она принимала наркотики?

— Я не утверждаю! — вскричал Закрицкий и ударил кулаком по столу. — Я не жил с ней и не всегда следил за её жизнью, ей ведь могли и подложить. Вы могли подложить!

— Хм, — усмехнулся в ответ Сорокин, понимая неправдоподобность его предположений. — Мы никогда ничего никому не подкладываем.

— Ну, ну, — вздохнул Закрицкий.

Сорокин пристально наблюдал за его поведением.

Закрицкий будто был расстроен.

— Помогите мне найти дочь. Мои люди ищут, но пока безрезультатно.

— Я этим уже полмесяца занимаюсь.

— Лишь бы была жива.

— Я постараюсь, — ответил Сорокин, поднимаясь со стула.

— И ещё, — остановил его Закрицкий, — найдите того урода, который снабжает молодёжь наркотой в нашем городе. В том числе и мою дочь. Мне вообще, кажется, что этот человек удерживает её.

— Вы кого-то конкретно подозреваете?

— Я не могу это утверждать, но подозреваю.

— Есть основания?

— Я собираю весь компромат на него.

— Уже что-то есть?

— Простите, пока не могу ничего предоставить. Мой детектив этим занимается. Он очень большой человек и известный.

— Та-ак, интересно, — удивился Сорокин.

— Если Вы найдете мою дочь, я Вам найду и сдам весь компромат на него.

— Хм, — усмехнулся Сорокин.

— Зря усмехаетесь. Если он сядет, а он сядет, уж я Вам в этом помогу, то Вас однозначно повысят и звёздочек прибавят и зарплата будет достойная.

— Интересно, кто этот человек?

— Пока не могу сказать, для Вашей же безопасности, и моей тоже, и моей дочери, если она у него.

— Как же мне тогда проверить, у него она или нет?

— Я сам постараюсь всё выяснить. А Вы ищите по другим каналам.

— Тогда до встречи.

— До свидания, — кивнул Закрицкий.

Сорокин вышел из кабинета.

«Жаль ордера на обыск нет, — подумал он, выходя из ворот, — что-то темнит этот Закрицкий».