3

Я приходил в себя рывками. Сознание было еще не ясным, поэтому белый потолок я почему-то воспринял как потолок мед корпуса на корабле. Но когда я посмотрел в сторону, то увидел то, чего на корабле просто не могло быть. Я видел это только на нескольких планетах. Это были растения. Сочно зеленные, с красочными цветами, и их было много.

Стояли эти растения на подоконнике обычного окна. А за окном голубое небо. Я четко осознал – это не корабль.

Сознание покинуло меня вновь, и когда я очнулся во второй раз, чувствовал себя немного лучше. Я стал осматриваться. Мое тело находилось в незнакомой комнате. Четыре белые стены, из мебели только моя кровать и прикроватная тумбочка. Значительную часть пространства занимали различные приборы, отслеживающие мое состояние. От этих приборов к моим рукам тянулись провода. Рядом стояла стойка с капельницей. Сам я лежал на кушетке, укрытый белым одеялом.

В этот момент мне в глаза бросилось еще одно несоответствие. Моя рука с проводами показалась мне слишком худой. Я поднял ее, чтобы убедится в этом, и застыл, пораженный. Это вообще не моя рука. Маленькая, худая ладошка какого-то подростка, а не взрослого мужика за сорок.

Я смотрел на конечность, казалось, несколько часов, пребывая в шоке. Потом, также внимательно стал рассматривать и вторую руку. Она тоже была детская, неразвитая, и совсем не волосатая, как моя прежняя.

Осознание ударило по мозгам – я проснулся в чужом теле. И, скорее всего, на незнакомой мне планете, так как такого ярко-синего неба я еще не видел.

Чуть позже я начал думать совсем о другом. Эти тщедушные ручонки необязательно мужские. Сердце застучало, как бешеное и я, обливаясь холодным потом, стал поднимать одеяло с мыслями «Друг, неужели ты покинул меня?» Сердце ушло в пятки, когда я не увидел его сразу, но спустя мгновение вздохнул с облегчением – здесь он, родимый, просто в комнате довольно прохладно. Булки разжались от облегчения.

Только когда я обнаружил прямое подтверждение тому, что я все-таки особь мужского пола, осознал, что и груди женской тоже не было.

После этого события понеслись галопом. В мою палату вошла медсестра - тучная женщина средних лет. Ее можно было бы назвать симпатичной, если бы женщина не хмурила так сильно брови и не оттопыривала нижнюю губу. А так на любителя.

Она не сразу поняла, что я очнулся. Сначала стремительно подошла к приборам, нажала несколько кнопок, проверила капельницу и только тогда посмотрела на меня. От неожиданности она даже вскрикнула и прикрыла рот рукой.

Для осознания ситуации ей понадобилось около минуты, и все это время мы смотрели друг на друга. Потом ее как будто ветром сдуло и через мгновение палату заполнили люди. Это были врач и несколько работников медперсонала.

Я ничего не знал об этой планете и ее обителях, поэтому принял решение уйти в несознанку. Местные не должны узнать, что я переселенец из другой планеты.

Медперсонал развил бурную деятельность – проверял приборы, носился по палате, занимаясь какими-то, несомненно, важными, но совсем непонятными для меня делами. А врач сосредоточился на мне.

Он много меня спрашивал – как меня зовут, как себя чувствую, постоянно щупал меня и записывал что-то. Я с удивлением понял, что местный язык я понимаю хорошо и могу свободно им оперировать. Это открытие удивило меня. Наверное, знание языка осталось от прежнего владельца тела.

На вопросы я отвечал, что не помню ничего. И это было правдой. Я действительно не помнил ничего из того, что происходило с этим телом до того, как я в нем поселился.

Врач позвал своего коллегу. Довольно молодой мужчина с темными волосами, вошедший в комнату, ничего меня не спрашивал. Он начал проводить какие-то странные манипуляции руками над моим телом. Я чувствовал покалывание и тепло. Потом он усмехнулся и сказал:

- Со здоровьем все хорошо. Переломы давно срослись, травмы зажили, признаков помутнения сознания не видно. Есть легкая атрофия мышц, но это вполне естественно после нескольких месяцев комы. Амнезия. Точной причины амнезии неизвестно. Может быть, это травма головы, может быть шоковая амнезия. Но, скорее всего, это временное явление, молодой человек. У меня все. Прошу простить, я должен сообщить хорошую новость его родным.

За этим мужчиной потянулись все остальные, и я на некоторое время остался один, пока уже упомянутая ранее медсестра не принесла мне поесть. Первая еда на неизвестной планете. Я ощутил зверский голод только после того, как почувствовал запах еды. Но хоть это было сложно назвать даже супом, я заглотнул его почти не глядя, так сильно хотел есть. Жаль, просьба о добавке была отклонена, так как мое тело не принимало пищу несколько месяцев, могут быть проблемы с усвоением. Придется терпеть, пока функции этого тела не придут в норму.

Тем временем, окраина центра города, поместье Бесоновых

В центральной зале большого поместья, как зверь в клетке, металась взад-вперед, пожилая женщина. Густые седые волосы развевались при ходьбе, губы сжаты в тонкую линию, серые глаза мечут молнии от ярости. В ее походке, несмотря на возраст, еще чувствовалась уверенность и сила. Невысокие каблуки громко стучали по паркету.

Рядом с ней сидел седой мужчина в дорогом, резном кресле, и наблюдал, как пляшут языки пламени в камине. Как и женщина, мужчина был еще крепок и хорошо сложен, черты лица резкие и хищные. Этот на первый взгляд, старик, имел за плечами немалый опыт и силу.

- Может, прекратишь уже? Не пора ли успокоиться?

- Как я могу успокоиться, Миша. Как я могу успокоиться. Меня, как последнюю безродную собаку, не пустили к нему. Не пустили к родному внуку. Мальчик, наконец, вышел из комы, и я не могу даже повидаться с ним. Как я могу успокоиться после этого?

Мужчина поднял тяжелый взгляд темных глаз на женщину и тяжело вздохнул.

- Он не является членом нашего рода, Маргарита. Сначала нам нужно взять специальное разрешение, чтобы навещать его.

- Сначала, они отняли у нас нашу дочь, обманули нас, а теперь они не разрешают даже увидится с нашим мальчиком.

Мужчина никак не отреагировал на ее слова и не стал поправлять ее. Ведь женщина не права. Мальчик совсем не наш.

- Из-за этих тварей наш род гибнет, мы столько всего натерпелись. И, как будто этого мало, они даже видеться с ее сыном не позволяют. Ведь он наш с тобой единственный внук, все, что осталось от любимой доченьки. Они просто издеваются над нами, Миша. Почему император не позволяет нам просто забрать его силой?

Мужчина вновь тяжело вздохнул.

- Ты знаешь почему, Маргарита. Разреши он нам подобное и род пойдет войной на клан. Император не может позволить этого, иначе аристократия взбунтуется, выясняя, с чего это он так благоволить почти умершему роду. А подобным разрешением он действительно окажет нам медвежью услугу. У императора не может быть фаворитов.

- Но не пустить меня к собственному внуку это уже сверх наглости.

- Сверх наглости было настраивать парня против нас. Ты помнишь, что было, когда мы пришли на его двенадцатилетние, и я вручил ему подарок? Он сказал мне тогда, что я только на то и годен, чтобы дарить мусор. Потому наша дочь и сбежала он нас в другой клан. Ты помнишь, как высокомерно он тогда смотрел на меня?

- Наша дочь влюбилась в подонка, который ее обманул. И нас с тобой тоже. Если бы тогда я знала, чем все обернется, еще бы тогда собственными руками удавила бы того смазливого щенка. Этот жалкий крысеныш показал свою суть только после смерти собственно отца. Он внука натаскивал обижать и унижать его же родных, которые по-настоящему его любили. Я все это так не оставлю, нужные документы уже готовы.

- Не понимаю я тебя, старая. Зачем ещё один судебный процесс? Двоих предыдущих недостаточно? Мало тебе было того унижения, которое ты пережила?

Маргарита Бесонова поморщилась при упоминании возраста. Сначала она пыталась решить все мирным путем, предлагала большие деньги за бездарного, слегка странного ребенка ее любимой дочери. Пробовала договориться, заключить сделку. Но этот проклятый клан унизил ее, указав на двери. И даже дружба с императором не смогла помочь. Они просто не оставили ей выбора.

- В этот раз я добьюсь своего.

- Хочешь опять это услышать, да? Ведь так и будет. Парень опять во всеуслышание заявит, что не хочет идти в этот гнилой род. И опять все это красочно опишут в соц сетях, как наша с тобой кровиночка мешает нас же с дерьмом, и еще от себя добавят, чтобы мы почувствовали себя еще более жалкими. Ты этого хочешь, старая?

- Ты всего этого не слышал, так как ты ни на один процесс не явился.

- Потому что с меня унижений хватит. Я от этого мальца достаточно натерпелся. Если бы он не был сыном нашей дочери, я бы давно уже объявил этим ублюдкам войну.

- В этот раз приди в суд, я прошу тебя.

И, развернувшись, женщина покинула комнату. Мужчина остался, все так же задумчиво смотря в огонь.

В больнице я проторчал еще три дня. Все это время я исследовал свое новое тело, и пришел к неутешительным выводам – парнишка забил на свое развитие огромный болт. Конечно, это можно списать на несколько месяцев без движения, но даже так все должно быть немного лучше.

Но оставим физику. Я, к своей радости, обнаружил кое-что, что меня несказанно воодушевило – у этого тела есть предрасположенность к пси. И это значит, что я вполне могу достичь своего прежнего уровня или даже взобраться выше.

На третий день уже знакомая мне медсестра сообщила мне, что сегодня меня выписывают, и что за мной приедет отец. Сразу стало интересно – почему он не появлялся до сих пор? Ведь ему точно сообщили, что сын вышел из комы.

Но отец за мной не приехал. Меня забирали какие-то люди, мужчины крепкого телосложения. Больше всего эти люди похожи на охрану. Похоже, отец предыдущего владельца тела является кем-то значительным. Ко мне и к людям, приехавшим за мной, относились с уважением, даже можно сказать, лебезили перед нами. А это приятный бонус.

Ладно, раз «отец» большая шишка, он, скорее всего, очень занятой человек, поэтому и послал за сыном своих слуг. Будем считать, что все нормально.

Немногочисленные вещи были собраны буквально за минуту, молодой врач поговорил с людьми, в подробностях описав мое состояние. Мне дали какие-то вещи, чтобы я мог спокойно покинуть это гостеприимное место, не сверкая голым задом под больничной робой.

Вещи были очень удобные и приятно холодили тело. Скорее всего, подобное облачение используется здесь для занятий спортом.

Мы вышли во двор, и я смог нормально осмотреться. Здание больницы было очень большим, наверное, размером з целый корабль людей удачи из прежней жизни. Но не это впечатлило меня. Вокруг было очень красиво. Во все стороны расходились улочки, вымощенные раньше не виденным мною камнем, рядом с улочками располагались клумбы с красочными цветами. Было много лавочек вокруг, и над каждой из них росло по несколько деревьев, создавая тень.

Сейчас был день, и я мог все в подробностях рассмотреть. На небе только одно солнце, и оно слепит глаза. Все это было таким странным и непривычным для меня.

Весь больничный комплекс был огражден забором. Я в сопровождении людей отца вышел за его пределы и увидел, если я правильно понял, наши средства для передвижения. Они очень напоминали те машины, что мы использовали после заданий, чтобы добраться домой. Большие, агрессивные джипы черного цвета. Этот транспорт мне понравился.

Пока все идет нормально и не вызывает отторжения. Все, что я увидел, мне, в принципе, нравится. Посмотрим, что будет дальше и с чем мне придется столкнуться.