Глава 3. Снова твои манипуляции

Роман замер, словно не ожидал услышать это именно от меня. Ведь этого брака в своё время я добилась слезами и мольбами. Роман поддался и женился на мне, но ненавидел всей душой, считал меня хитрой и коварной. Поэтому он не мог поверить, что я сама предложила развод.

Роман смотрел на меня с насмешкой, в голосе звучало презрение:

— Что, это снова твои манипуляции? Раньше ты шантажировала меня своей матерью, потом сыном, а теперь решила пойти ва-банк?

Моя мама знала Романа с детства и относилась к нему как к родному. Перед смертью она попросила Романа заботиться обо мне. Или, как считал сам Роман, она вынудила его. Мы с Романом поженились и завели ребёнка. И все годы, что мы знали друг друга, Роман видел во мне чудовище, которое использовало свою мать и сына как инструменты для манипуляций.

Полгода назад у нашего сына обнаружили рак. Врачи рекомендовали нам готовиться к худшему. Роман редко бывал дома и не виделся с сыном, хотя Ваня очень хотел попрощаться с ним перед смертью. Даже умирая у меня на руках, сын сказал, что любит папу.

Слёзы снова невольно потекли по моим щекам. Я опустила голову, не желая, чтобы эти двое видели мою слабость. Когда я чуть успокоилась, я подняла голову и мёртвым голосом сказала:

— Если ты так думаешь обо мне, будь по-твоему. И раз вам так пригляделся этот дом, я уйду, не буду вам мешать.

С этими словами я взяла свой чемодан и направилась к выходу.

Мария внезапно заговорила жалобным и полным сожаления голосом:

— Настя, это всё моя вина. Я не знала, что ты тоже хотела поехать с Ромой смотреть северное сияние. Но это же не такая большая проблема, ты ведь не станешь из-за этого злиться и угрожать разводом, правда?

Роман тут же мягко её успокаивал:

— Не вини себя. Это ведь был твой день рождения, юбилей к тому же.

Услышав этот абсурд, я невольно усмехнулась. Мне больше не хотелось смотреть на их лица, и я собиралась уйти, однако Роман, словно потеряв рассудок, неожиданно отпустил Марию, бросился ко мне и схватил за запястье. Гневно он задал вопрос:

— Настя, может, уже хватит...

Но не успел он договорить, как его взгляд упал на мои покрасневшие, полные слёз глаза. Он застыл на мгновение, но продолжил:

— Опять накручиваешь! Ну не поехали мы с тобой, что теперь? Сокрушаться?

Я, видимо, настолько эмоционально переутомилась, что мне почудилось, будто бы Роман смотрел на меня с некой заботой.

— Я скажу помощнику, чтобы он скорректировал график, и на твой день рождения я повезу вас на полюс, идёт?

На мой день рождения? Повезу вас?

Я просто не знала, как дальше смотреть в глаза Роману. Только сегодня я осознала, насколько этот человек хладнокровен, эгоистичен и бесчувственен. Я резко вырвала свою руку из его захвата и тихо бросила:

— Не надо.

На мгновение в глазах Романа мелькнуло недоумение, словно он смотрел на незнакомку. Ведь я больше не была той Настей, которая унижалась ради толики его внимания. Но очень быстро он пришёл в себя и, казалось, попытался снова меня остановить. Однако Мария схватила его за руку и жалобно произнесла:

— Рома, прости меня. Сестра уходит из дома из-за меня. Да, Ванечка ребёнок капризный, любит привирать, давить на жалость, но я всё равно не должна была как бы соперничать с ним за твоё внимание.

Я застыла на месте. Капризный? Любит давить на жалость?

Боль в сердце уступила место вспышке ненависти, которая заставила меня поднять руку и со всей силы ударить Марию по лицу.